2 курс. Глава 10

События в школе достигали пика напряжения: на стенах всё чаще появлялись угрожающие надписи, и даже ученики начали подозревать друг друга. Атмосфера сгущалась, как тучи над Запретным лесом. Но руководство Хогвартса решило предпринять меры. В один из холодных декабрьских вечеров по всему замку разнеслось объявление: Златопуст Локонс и профессор Снейп проведут урок дуэльного клуба. Кейт Поттер восприняла эту новость сдержанно. На Слизерине за подобными событиями обычно следовали показательные выступления, и она не сомневалась: Снейп выставит своего фаворита — Драко Малфоя. И, скорее всего, против неё. Как обычно. Они уже давно перешли стадию "простых перепалок" — между ними горела вражда, плотная, как пыль в старой библиотеке. В Большом зале, превращённом в арену с деревянным подиумом и рядами зрителей, собрались все ученики. Стены гулко отзывались на каждый шаг, и возбуждение витало в воздухе. Локонс сиял так ярко, что казалось, он сам сейчас вспыхнет от восторга: — Сегодня вы научитесь отражать заклинания и защищаться в поединках! — Если вам повезёт выжить, — добавил профессор Снейп ледяным тоном, его глаза зловеще блеснули. — Продемонстрируем! Профессор Снейп, давайте! — с энтузиазмом воскликнул Локонс. Профессора взошли на подиум, поклонились. Затем Снейп без всякого предупреждения швырнул в Локонса "Экспеллиармус" — и тот, с криком, отлетел в стену. Кейт тихо хмыкнула. На её лице мелькнула тень злорадного удовлетворения. — Так, теперь вы. Парами! — прохрипел Локонс, поднимаясь с пола. Разумеется, Снейп тут же выбрал пары. Гарри Поттер — против Маркуса Флинта. Гермиона — против Трейси Дэвис. А вот когда Снейп дошёл до Кейт, его глаза сверкнули особенным холодом: — Мисс Поттер. Вы, конечно же, будете с мистером Малфоем. — Ну конечно, — пробормотала она, взбираясь на подиум. Драко встал напротив, опустив веки с ленцой, но губы его были поджаты. Его палочка блестела, будто от нетерпения. — Поклонитесь, — процедил Снейп. Они поклонились. Кейт — с нарочитой грацией, Драко — с почти издевательской резкостью. — На счёт три… Они не ждали. В тот миг, когда Снейп только открыл рот, две палочки одновременно взметнулись: — Экспеллиармус! — крикнули оба. Заклинания столкнулись в воздухе, вспыхнули, как салют, и исчезли. Толпа зашумела. Следующими были "Ступефай", "Импедимента" и даже "Риктусемпра". Они атаковали друг друга с бешеной скоростью, словно желая выместить всё, что копилось два года: насмешки, холодные взгляды, мелкие подлянки и взаимное раздражение. В какой-то момент Драко пустил "Таранталлегру", и Кейт едва успела отразить его. Она ответила "Акцио шнурки!" — и ботинки Малфоя с грохотом упали с ног, вызвав смех в зале. Он зарычал: — Ты… — Что? Потерял равновесие? — усмехнулась она. Снейп прервал их: — Довольно. Вы — вон с подиума. Они спустились, дыша тяжело, но глаза их встретились. Взгляд Драко был странным: в нём ещё теплился гнев, но что-то другое пробилось на поверхность. Что-то… растерянное. И он это почувствовал. Ужаснулся. Отвёл взгляд. Что, чёрт возьми, это было? — промелькнуло у него в голове. Неужели он только что любовался тем, как у неё волосы расплетаются, пока она вращается после его удара? С этой ночи он стал ловить себя на таких мыслях всё чаще. В спальне мальчиков он ворочался до поздней ночи. Забини, когда он в третий раз повернулся на скрипучей кровати, не выдержал: — Спать уже, Малфой! Но ему не спалось. Он всё ещё видел зелёную вспышку её щита. И выражение лица, когда она усмехалась в ответ. И Драко Малфой поймал себя на мысли, что ссоры с Кейт Поттер вызывают у него куда более острые эмоции, чем просто раздражение. Даже слишком острые.