«Вампиренок?»

Вернувшись в Пустоту, оба мужчины никак не ожидали увидеть картину, представшую перед их глазами. Кудо на мгновение застыл, а затем устало вздохнул, схватившись за переносицу и слегка потирая её, словно надеясь, что это всего лишь иллюзия. Что ж… оставлять за главного Третьего действительно было ошибкой. — Почему Шестой ёжится и трет глаза, а ты угараешь, Брюс? — хмуро поинтересовался он, подходя ближе к сокоманднику, который валялся на полу, давясь от смеха. — С возвращением, Лидер! — выдавил тот между приступами хохота. — Ха-ха… я просто решил познакомить Шестого с Пак-меном. На лицах Первого и Второго появилось откровенное непонимание. Йоичи, конечно, знал, о чём идёт речь ведь в сопротивлении его тоже когда-то познакомили с этой игрой, но все же реакция Эна всё равно казалась чрезмерно страной. Кудо приподнял бровь и внимательнее осмотрел друга. В руках Брюса он заметил выжатый апельсин. Тяжело вздохнув, он окончательно понял, что произошло. Окинув взглядом Пустоту, он заметил Пятого и Седьмую, которые пытались привести Шестого в порядок. Дайгоро вроде бы помогал, но уголки его губ то и дело дёргались в сдержанных смешках. Шигараки тем временем подошёл к Третьему, опускаясь рядом на корточки и с неподдельным интересом осматривал своего героя. Судя по выражению его лица, он очень хотел понять, что именно здесь произошло. Второй же направился к Четвёртому самому рассудительному и адекватному, по его мнению. Он лишь вопросительно выгнул бровь, не произнеся ни слова. Хикаге кажется понял его сразу. — Второй, если вы по поводу произошедшего, то… За несколько минут до возвращения Первого и Второго в Пустоту: Брюс спокойно восседал на своём троне, лениво наблюдая за Пустотой. Иногда его взгляд задерживался на самом младшем из них. Эн сидел напряжённо, с нахмуренными бровями, и выглядел заметно обеспокоенным. Вздохнув, Брюс вдруг вспомнил старую, проверенную шутку. На его лице медленно расползлась подозрительно довольная улыбка. Поднявшись, он неспешно подошёл к Шестому, который сразу заметил его приближение. — Третий, что-то случилось? — осторожно спросил Эн, не совсем понимая, чего от него хотят. Он лишь терпеливо ждал возвращения Йоичи-сана, чтобы расспросить его об Изуку. — Нет, всё в порядке. Просто хотел тебе кое-что показать, — ответил Брюс и в тот же миг создал в руках уже очищенный апельсин. Это вызвало у Эна ещё больше вопросов. Аккуратно отделив дольку, Третий повернул её так, будто у неё был рот, направленный прямо на лицо Шестого. — Шестой, знакомься, это Пак-мен, — с усмешкой произнёс он. — Вока-вока И именно в этот момент он совершенно «случайно» надавил на апельсин. Сок брызнул прямо в лицо Эну, заставив того резко съёжиться и зажмурить глаза. Брюс не выдержал и тут же разразился громким смехом, явно довольный собой. … Выслушав рассказ Шиномори, Второй лишь тихо вздохнул. — Как я и думал… — пробормотал он. Этот розыгрыш он помнил слишком хорошо. Если у Брюса появлялась возможность кого-то развеселить, он неизменно использовал именно его. Шестому в этот раз просто не повезло... Вернувшись на свой трон, Второй попросил всех занять свои места. Первый наблюдал за этим с лёгкой улыбкой. Все преемники быстро расселись, хотя глаза Эна всё ещё оставались прищуренными. — Йоичи-сан, вы рассказали Изуку об Один за всех? — мягко спросила единственная женщина среди них. — Да, — кивнул Йоичи. — Я рассказал ему о причуде. Шестой, можешь не переживать, мальчик принял всё хорошо он был очень рад, а сейчас Малыш спокойно спит. Эн заметно расслабился, услышав это. До возвращения Йоичи он слишком много думал о возможных последствиях разговора. Даже то, что он и Шиномори уже проводили время с мальчиком, ничего не гарантировало. — Предлагаю снова вернутся к тому случаю, — продолжил Первый. — По вашим рассказам, — он взглянул на Нану, Эна и Кудо, — я думал и все же решил, что этот случай был вызван сильными эмоциями. Поэтому предлагаю, чтобы каждый из нас по очереди был рядом с Изуку и наблюдал за его состоянием. Седьмая, ты говорила, что Восьмой планирует встретиться с мальчиком на следующей неделе? Нана кивнула, и Йоичи тепло улыбнулся. — Значит, до этого времени нам нужно сообщить обо всём Изуку. Лучше сделать это на выходных, когда нас всех пригласят. Преемники переглянулись. Идея звучала разумно их семеро, ровно столько же, сколько дней в неделе. — Тогда распределим дни, — предложила Нана. … В итоге они с трудом, но договорились, что будут идти от предшественника до преемника. Йоичи — понедельник. Кудо — вторник. Брюс — среда. Хикаге — четверг. Дайгоро — пятница. Эн — суббота. Нана — воскресенье. После недолгих споров это оказалось самым логичным и мирным решением которое предложил Четвертый. Теперь оставалось продумать план тренировок, который будет согласован и похожим с методами Сотриголовы и не перегрузит Изуку.

***

Открыв глаза, Мидория резко вдохнул и тут же ущипнул себя за щёку чуть сильно, почти отчаянно, словно боялся, что всё исчезнет в тот же миг. Боль отозвалась резким уколом, и сердце дрогнуло. Это не сон. Мальчик медленно выдохнул, глядя в потолок. С сегодняшнего дня он больше не считался беспричудным. Пусть и косвенно, пусть пока лишь в будущем, но сам факт того, что у него будет причуда, ошеломлял настолько, что в груди становилось тесно. Слишком много чувств разом навалилось, таких как радость, страх, неверие. Глаза защипало, и по щекам покатились слёзы. Изуку поспешно стёр их рукавом, словно смущаясь собственной слабости. Всё это ему рассказал Йоичи-сан. А он никогда бы не соврал. Он был самым добрым, самым тёплым человеком из всех, кого знал Изуку… и потому сомневаться в его словах просто не получалось. И всё же мысль о том, что его друзья… были прошлыми владельцами этой причуды, казалась странной и непривычной. Немного пугающей. По сути, теперь они были не только его семьёй или друзьями, но и его предшественниками. Людьми, чьи жизни, мечты и боль стали частью силы, которая однажды станет его. «Это правда… слишком много для одного утра…» Кстати, о самой причуде. Было ли это лишь накопление и усиление силы или нечто большее? Мысль зацепилась и не желала отпускать. Об этом он обязательно спросит у призраков позже. А сейчас… сейчас ему просто нужно умыться и поесть. Привести голову в порядок. — …Я до сих пор не могу поверить в это… — едва слышно пробормотал он, всхлипнув и поднимаясь с кровати. Сейчас было важно держаться за обычные, привычные действия. Они помогали не утонуть в мыслях. … Закончив с гигиеническими процедурами, Изуку заглянул на кухню. В доме стояла тишина, мягкая и сонная. Мама, кажется, ещё не проснулась. Это было даже к лучшему сейчас он не был готов к разговорам. Открыв холодильник, он увидел мисо-суп. Тёплое, домашнее блюдо, от одного вида которого внутри становилось чуть спокойнее. Наверное, мама приготовила его ещё ночью. Быстро подогрев еду, Изуку сел за стол и начал есть маленькими глотками. Мысли всё равно путались. Они наскакивали одна на другую, мешая сосредоточиться. От этого внутри нарастала тревога, неприятная и липкая. «Нужно выйти… просто пройтись…» — Надо оставить маме записку, — пробормотал он, словно напоминая себе, что всё ещё находится в реальности. Закончив с едой, он быстро помыл тарелку и вернулся в свою комнату. Немного подумав, он выбрал чёрные шорты и зелёную толстовку. Переодевшись, он провёл руками по волосам, взъерошив их, жест был нервным, почти бессознательным. Вырвав листок из тетради, он написал аккуратно, стараясь, чтобы почерк не дрожал «Я пошёл прогуляться по району, скоро вернусь». От Изуку. Оставив записку на столике в гостиной, он обул красные кеды и, глубоко вздохнув, вышел из дома. Дверь тихо закрылась за его спиной. Улица встретила его прохладным утренним воздухом. Было ещё очень рано только половина шестого. Город только начинал просыпаться, и это ощущение пустоты неожиданно успокаивало. Изуку шёл, не особо задумываясь о направлении. Мысли снова и снова возвращались к словам Йоичи-сана, к причуде, к будущему, которое внезапно перестало быть пустым. Он настолько погрузился в себя, что не заметил, как ушёл далеко от дома. Странные звуки из переулка вырвали его из раздумий. «Может… кому-то нужна помощь?» Сердце неприятно сжалось, но ноги сами понесли его вперёд. В переулке он заметил фигуру с пепельно-жёлтыми волосами. Она сидела на коленях, сгорбившись, словно пытаясь стать меньше. — Э-э… з-здравствуйте… вам нужна помощь? — неуверенно спросил Изуку, протягивая руку. Девочка подняла на него взгляд. У рта была кровь, глаза блестели от слёз, а в руках было безжизненное тело маленького грызуна. Изуку невольно напрягся, но, пересилив себя, аккуратно опустился рядом. — Т-ты… как тебя зовут? И почему ты з-здесь? — голос дрожал, но в нём не было отвращения только растерянность и беспокойство. Жёлтые глаза с вертикальными зрачками внимательно изучали его. Девочка медленно отодвинула «еду», обнажив маленькие клыки, и чуть наклонила голову. — Я тебя не пугаю? — тихо спросила она. — Нет… совсем нет, — поспешно ответил Изуку. — Ты выглядишь такой напуганной… Что-то случилось? Он улыбнулся чуть осторожно, но тепло и искренне. Девочка помолчала, затем вытерла слёзы рукавом. Совсем недавно она сбежала из дома… и теперь перед ней стоял мальчик, который не кричал, не отталкивал и не смотрел с ужасом. Эта улыбка… она была такой светлой. — Меня зовут Химико Тога! — наконец сказала она. — Приятно познакомиться, Химико… — Изуку улыбнулся чуть шире. — Меня зовут Изуку Мидория. Если хочешь… ты можешь рассказать, что случилось.!