Куоритч-человек

Да, он говорит, у него нет сына. У него себя самого-то нет: в нем от человека, кем был когда-то, лишь обрывки памяти разных лет. В этом теле, сильном, непобедимом, новом, незнакомом — где быть душе? Но плечо мальчишечье под ладонью искажает прежнюю суть вещей. В прошлом человеческом не до связей, он, их обрывая, лишь хоронил. В этом теле, странном и неподвластном, он вдруг осознал, что теперь един стал с планетой этой, ее народом, с сыном, обретенным среди потерь. Куоритч-человек бы не понял близость. Эйва говорит, что он смог — теперь.