Почему ты плачешь? (Энни)

Всё вернулось на круги своя. Ядро побеждено, Амфибия спасена, девочки вернулись в свой мир. Всё хорошо. Но когда пыл событий спал, у Энни появилось время обдумать некоторые вещи.

Например то, что она умерла.

Конечно Страж сказала, что она идентична Энни, но... Получается она всё равно умерла в 13 лет. Это было так странно. Вроде ничего не изменилось, но сейчас, лёжа в кровати и глядя в потолок, она не могла оттолкнуть эти мысли. "Идентична". Не она. Другая, даже если та же. Как сложно. Энни закрывает глаза, в стремлении уснуть. Но за ве‌ками оказывается не желанная темнота, а свет. Белый цвет в темных трещинах. Это была Энни Бунчой - тринадцатилетняя девочка, пожертвовавшая собой во имя спасения не своего, но такого родного мира. Та, что после смерти была избрана Стражем, но всё же вернулась обратно. Но сейчас, как было видно со стороны, она лежала в окружении Плантеров и всех остальных, говоря какие-то слова утешения. Даже сейчас она улыбалась. Последний раз до того, как развеяться пылью по ветру. Энни открывает глаза, чтобы развеять видение. Но вот перед ней парит та самая Энни. Белоснежная, лёгкая, безжизненная. В её глазах нет блеска, но они гипнотически сияют в темноте комнаты. – Почему ты плачешь? Призрак не открывает рта, но голос звучит как будто везде. Может быть прямо в голове? Но с краешков глаз действительно бегут две слезинки. Они обжигают кожу. – Потому что ты, ты... – Что - я? – Ты же умерла! Призрак как будто на мгновение задумывается. – Да, ты права. И что? – Н-но ведь ты... Я... – Кто - ты? – Я... Я не знаю... Призрак наклоняется ближе, и отсутствие дыхания кажется странным. Но логичным. – Ты - Энни Бунчой. Это не вопрос. Это утверждение, из-за которого остаётся только сглотнуть неуверенность. – Но ведь... – ...я умерла. Это правда. Но ты жива. И ты - это я. Белоснежная рука ложится на щёку, и появляется ощущение, что прикосновение ощутимо. – Ты - Энни Бунчой, не сомневайся в этом. И отпусти призраков прошлого - тогда нам обеим будет легче. Энни моргает - и видения как будто и не было. Но на сердце действительно легче.