Глава 2

Пользуясь привилегией не участвовать в тренировке, Генма молча разглядывал своих одноклассников, обливающихся потом на площадке. Среди них было немало тех, кто в оригинальной истории был известной личностью. Первыми в глаза бросились двое его вчерашних спутников в школьном медпункте, они же его соседи по парте: Гай и Эбису. Худощавый, с несерьёзным выражением лица и такой же внешностью — это был Эбису, а парень в зелёном обтягивающем костюме, с густыми бровями и большими глазами — без сомнения, Майто Гай. О Гае и говорить нечего — будущая вершина тайдзюцу в мире шиноби. Эбису же в оригинале был домашним учителем Конохамару Сарутоби и, как и Генма, относился к персонажам третьего плана. Он был скрытным развратником и первым джонином, павшим от техники соблазнения Наруто. Хотя сейчас Эбису было всего восемь, в нём уже проглядывали первые признаки пошлости. По сравнению с ним, Гай был куда скучнее: его голова была забита юношеским максимализмом, он усердно тренировался и в классе, и вне его, и был единственным, кто никогда не жаловался на учителя тайдзюцу. Кроме двух соседей по парте, в классе также были Учиха Обито, Нохара Рин, Гекко Хаяте, Сарутоби Асума, Юхи Куренай и другие. Хотя Какаши поступил в академию в один год с ними, он учился в другом классе, и даже не на том же курсе. Да что уж говорить, на самом деле, он уже через полгода после поступления перескочил в старшие классы и, скорее всего, выпустится из академии в следующем году. Наконец, урок тайдзюцу закончился. Под усталые, но радостные возгласы ученики второго «В» класса побрели в классные комнаты. Исключением был лишь один человек. Несмотря на окончание урока, Гай продолжал свою собственную тренировку — прыжки вприсядку. На самом деле, он тренировался не только на уроках тайдзюцу. При любой возможности он приходил на площадку и занимался, и так с самого первого дня в академии. Эбису же подбежал прямо к Генме, хлопнул его по плечу и с ухмылкой сказал: — Везёт же тебе. Наверное, теперь несколько дней можешь не тренироваться. Генма, не придав этому значения, встал, засунул руки в карманы и пошёл в сторону класса, попутно спрашивая: — Какой следующий урок? — Кажется, урок домоводства. Хе-хе, кстати, Генма, я вчера нашёл сборник любовных историй, хочешь почитать?.. — Эбису положил руку ему на спину и затараторил на ходу. Программа первого и второго курсов была очень базовой и состояла всего из четырёх предметов: «Общие знания шиноби», «Тайдзюцу», «Письмо» и «Домоводство». «Общие знания шиноби» были самым объёмным предметом, и вёл его, как правило, классный руководитель. Классным руководителем второго «В» был тот самый толстяк, которого Генма встретил вчера в медпункте, — Фунено Дайкоку. Все четыре предмета были в основном ознакомительными, поверхностными и не представляли никакой сложности. На уроках общих знаний упоминались ниндзюцу, но без углубления в детали, и учителя не обучали конкретным техникам. Только с третьего курса вводился официальный предмет «Ниндзюцу», где преподавали теорию и самые простые техники. В конце концов, академия готовила генинов, которых в народе называли «тайдзюцу-шиноби», а также именовали более громким званием: пушечное мясо. Крепкое тайдзюцу — вот главное качество, которым должен обладать хороший расходный материал. Конечно, на самом деле, выпускники академии шиноби ещё не считались настоящим пушечным мясом. Истинных бойцов на убой готовила другая школа Конохи — школа для чунинов. Если академия шиноби была школой, то школа для чунинов — настоящей казармой. Почти любой подросток из Страны Огня мог поступить туда по собственному желанию, независимо от происхождения. Однако выпускники этой школы в большинстве своём были малограмотны, почти не владели ниндзюцу и являлись пушечным мясом в прямом смысле этого слова, что они и сами прекрасно осознавали. Эта казарма была названа «Школой для чунинов», потому что её выпускники могли сразу получить звание чунина. Проще говоря, ученики с оценкой «А» выпускались уже в этом ранге. Но таких учеников было меньше одного из десяти, в год их насчитывалось всего несколько десятков. К тому же, по сравнению с чунинами из академии шиноби, их сила была в целом ниже, и они всё равно не могли избежать судьбы пушечного мяса. Отец Генмы, Ширануи Гёкен, был выпускником Школы для чунинов, причём одним из лучших — он закончил её вторым в своём потоке. Его считали редким гением среди так называемого пушечного мяса, у которого был шанс дослужиться до звания джонина. Впрочем, к несчастью, вскоре после выпуска, во время одной из миссий, Гёкен потерял правую руку, и его сила перестала расти. В итоге он погиб во время Второй Мировой Войны Шиноби, так и оставшись в звании чунина. В прошлой жизни Генма часто задавался вопросом: почему академия шиноби казалась такой небольшой, а на экзамен на чунина собиралось не более сотни человек, но в последующей объединённой армии шиноби было целых восемьдесят тысяч воинов? Теперь же стало ясно: академия шиноби была «элитной школой», работающей по принципу «мало, но качественно». Попасть туда мог далеко не каждый. И чунин чунину рознь — не у всех была возможность участвовать в объединённом экзамене нескольких стран. Если бы не его родители-герои, погибшие в звании чунинов, он, вероятно, тоже не смог бы поступить в академию шиноби. Но тут он задумался: а как же сюда попал Гай? Хотя, согласно оригиналу, отец Майто Гая, Майто Дай, в будущем откроет Восемь Врат и ценой своей жизни уничтожит четырёх из Семи Мечников Тумана, чтобы спасти сына, на момент поступления Гая в академию, Дай, скорее всего, ещё не овладел этой техникой и был обычным «вечным генином». Так как вечный генин, владеющий только тайдзюцу, мог устроить своего сына в такую престижную школу...? .......... Как и ожидалось, урок домоводства оказался невероятно скучным. Учитель без всякого энтузиазма монотонно объяснял то, что большинство могло узнать и дома. Даже сейчас, когда Генма твёрдо решил усердно учиться, после десяти минут лекции его начало клонить в сон. Тем временем Эбису не переставал хвастаться своим с трудом добытым «Сборником любовных историй», но для Генмы, человека с богатым опытом из прошлой жизни, эта литература для начинающих не вызывала ровным счётом никаких эмоций. Учебный день быстро подошёл к концу. После уроков Генма в одиночестве вернулся домой, наскоро перекусил и лёг на кровать, задумчиво глядя в потолок. Мир Наруто, безусловно, был захватывающим, но далеко не спокойным. Хотя он и не был ярым фанатом, о Третьей Мировой Войне Шиноби он, конечно, знал. Если ничего не изменится, то она начнется через три-пять лет. В то время даже Каге могли погибнуть, что уж говорить о простом генине, которому будет трудно себя защитить. Поэтому в ближайшие несколько лет его главной задачей было освоить как можно больше знаний и навыков, стать настоящим шиноби и пережить грядущую войну. Чтобы стать хорошим шиноби, без ниндзюцу не обойтись. Однако самые базовые техники начнут преподавать только в следующем году. До тех пор, кроме тренировок тайдзюцу, школьные знания никак не повлияют на его пока ещё несуществующую силу. Если он будет учиться по стандартной программе, то к началу войны, скорее всего, останется генином. С таким статусом на поле боя, где сражаются даже шиноби уровня Каге, он определённо станет пушечным мясом, ненамного сильнее тех, кого массово выпускала школа для чунинов. В таком случае Генме останется только уповать на судьбу и надеяться, что ему удастся выжить: "Нужно что-то делать. Не хотелось бы помирать просто так, как свинка на убой". С этой мыслью он вскочил с кровати и бросился в спальню родителей, где принялся рыться в вещах. Вскоре он извлёк из почти заплесневелого ящика со всяким хламом немного потрёпанную тетрадь. На обложке было написано имя: Ширануи Гёкен. "Должно быть, это она", — подумал Генма. Это были записи его отца, которые тот вёл во время учёбы и выполнения миссий. В них содержались все знания и опыт, накопленные за всю его жизнь, предназначенные для передачи из поколения в поколение как семейное наследие. Хотя Ширануи Гёкен и не был выдающимся шиноби, он всё же был чунином. И если бы не потеря правой руки, возможно, дослужился бы и до джонина. Его знаний для нынешнего Генмы было более чем достаточно, чтобы учиться до начала Третьей Мировой Войны Шиноби. По крайней мере, это позволило бы ему заранее изучить некоторые ниндзюцу. Генма кивнул, стряхнул пыль и открыл отцовскую тетрадь. Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend