Глава 7

Значительная часть воспоминаний Генмы об оригинальной истории «Наруто» сохранилась из обрывочных детских впечатлений, поэтому в них было много пробелов. Он всегда думал, что его персонаж в каноне держал во рту зубочистку. И только теперь понял: никакой зубочистки не было, её роль исполнял сенбон. Каштановые волосы, миловидное, но ещё по-детски невинное лицо и холодный блеск метательного оружия... Всё это смутно складывалось в образ того самого шиноби из его воспоминаний. Если память ему не изменяла, во время нападения Орочимару на Коноху он уже был специальным джонином. Теперь же, с преимуществом перерождения, он должен был достичь куда большего, чем просто стать джонином. Потенциал этого тела и так был весьма неплох, а в столь юном возрасте оно было ещё очень податливым. Теперь же, когда в нём обитала душа с предвидением и широким кругозором, даже покорение мира шиноби не казалось чем-то невозможным. При этой мысли Генма невольно сжал кулаки: "В этой жизни... я точно не буду слабаком." Незаметно пролетели ещё несколько дней. В отличие от первоначальной растерянности и нерешительности, Генма теперь полностью освоился в академии, даже лучше, чем раньше. Помимо обязательных занятий, после уроков он вместе с Гаем изнурял себя высокоинтенсивными тренировками по тайдзюцу. А вернувшись домой, переключался на отработку метания сенбонов. Записки отца он тоже не забрасывал. Например, самые скучные уроки по основам жизнедеятельности он полностью посвящал их изучению, благо учитель на это не обращал внимания. Перемены в Генме были очевидны, особенно его совместные тренировки с Гаем, что вызвало немалый переполох среди учеников. В глазах почти всех Гай был чудаком в нелепом костюме, чьи поступки не поддавались логике. Каждую перемену и после уроков все видели на тренировочной площадке его зелёный силуэт, который с безумным упорством выполнял непонятные упражнения. Прежде, никто из них и представить не мог, что найдётся желающий брать пример с такого изгоя, как Гай. Но теперь такой человек появился. И этим человеком был Генма, известный своей ленью и безразличием. Естественно, в последние дни Генма ловил на себе множество странных взглядов и выслушивал массу вопросов. Отношения с несколькими приятелями заметно охладели. С Эбису они и вовсе почти перестали общаться. Учитывая, что они сидели за одной партой, неловкости было не избежать. Хотя Генма и обладал разумом взрослого человека, эта ситуация всё равно доставляла нехилую головную боль. Поразмыслив, он решил прибегнуть к одному убойному средству. В прошлой жизни Генма из интереса почти десять лет занимался рисованием и бросил только в старшей школе из-за подготовки к экзаменам. Хотя его навыки и не дотягивали до профессиональных художников, на любительском уровне он был весьма хорош и даже умудрялся подрабатывать, рисуя портреты. В обеденный перерыв Генма быстро набросал эскиз, а затем, придя в класс пораньше, вложил рисунок в учебник Эбису по всеобщей истории... Двадцать минут спустя... — Скоро урок, потише, — произнёс Фунено Дайкоку, входя в класс с учебником под мышкой и чашкой в руке. Он неспешно подошёл к столу и постучал по нему. В классе мгновенно воцарилась тишина. Дайкоку прошёлся вдоль учительского стола и сказал: — Прежде чем мы начнём урок, я хотел бы поговорить с вами кое о чём другом... Думаю, вы все заметили перемены в Генме в последние дни. По классу прокатился смешок. — Не смеяться, — постучал по столу Дайкоку. — Я хочу похвалить Генму за его усердие и надеюсь, что вы все будете брать пример с него и Гая. Его голос приобрёл задумчивый оттенок. — Есть вещи, которые вы сейчас не поймёте, но я хочу сказать: мы родились в Конохе, и на нас лежит долг шиноби. — Кто такие ниндзя? — задал он вопрос и, сделав паузу, отчеканил: — Ниндзя — это сосуды войны! — Ниндзя — это сосуды войны. Без войны существование ниндзя теряет смысл. Спокойствие, которое даёт вам деревня и академия, — лишь временное явление. Рано или поздно вам придётся столкнуться с войной. Каждый из вас либо погибнет, либо станет свидетелем гибели родных и друзей. Я могу с уверенностью сказать, что подавляющее большинство из вас после своего первого боя искренне восхитятся Генмой и Гаем. Было очевидно, что слова Дайкоку произвели на учеников сильное впечатление. И на мгновение в классе повисла гробовая тишина. Спустя некоторое время учитель махнул рукой: — Довольно об этом, давайте начнём урок. Откройте учебники на шестьдесят восьмой странице. Сегодня мы вкратце поговорим о создании Ивагакуре в Стране Земли... Шурх-шурх... Послышался шелест переворачиваемых страниц. Генма, открывая свой учебник, искоса поглядывал на Эбису справа. Через две секунды глаза Эбису резко расширились, лицо вспыхнуло, а рука, перелистывающая страницу, задрожала. — Э-это... это... В середине учебника лежал белый лист бумаги, на котором были изображены две полуобнажённые красавицы. Их прекрасные тела переплелись в крайне двусмысленной позе, а глаза были затуманены от страсти... На взгляд Генмы, в этом не было ничего особенного, но для второгодки с небольшим жизненным опытом, как Эбису, рисунок был просто ошеломляющим. Он потерял дар речи и застыл, уставившись на него. Генма тут же наклонился к нему: — На что это ты смотришь? — Что-что?! — Эбису поспешно захлопнул книгу. Генма ничего не сказал, лишь многозначительно улыбнулся. — Нет, я не... это не моё, — сбивчиво пробормотал Эбису, всё ещё красный как рак. — Понятно. — Что... что понятно? Это правда не моё, не говори глупостей! Детская дружба — вещь хрупкая: она может оборваться из-за пустяка, но и восстановиться так же легко. Из-за одного этого рисунка холодность, которую Эбису демонстрировал несколько дней, мгновенно испарилась, а неловкость между ними растаяла без следа. И уже к вечеру Эбису, словно забыв о недавней ссоре, увлечённо обсуждал с Генмой, откуда в его учебнике мог взяться этот рисунок, и снова смеялся как ни в чём не бывало. После уроков они вышли из класса вместе с Гаем. Проходя мимо тренировочной площадки, Эбису скривил губы: — Вы двое опять тренироваться? — Ага, — кивнул Генма. — Я решил, что буду тренироваться здесь каждый день, по крайней мере, до выпуска. За эти несколько дней я уже чувствую, что моя чакра заметно увеличилась. — Правда? — удивлённо спросил Эбису. В этот момент Гай вновь одарил его своей фирменной сияющей улыбкой и, хлопнув по плечу, сказал: — Ну как, Эбису, может, с нами? Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend