Глава 20

Римо

Я молча посмотрел на зашедшего в спортзал Нино и покачал головой. Что бы он сейчас от меня не хотел, это подождёт. — Почему ты тут? — вдруг спросил он. Я выгнул бровь, отвлекаясь от груши. — А где мне ещё быть? — Я думал, что ты будешь с Мирабеллой. — Она спит, — Нино хмыкнул, что я проигнорировал. Мне нужно было время, чтобы подумать о том, как поступить с Мирой. Я слишком хорошо успел узнать, что она за человек, и понимал, что она не сможет спокойно сидеть дома. Нужно было искать какой-то другой вариант, который устроил бы нас двоих. И ни один вариант меня не устраивал. — А ты в очередной раз выпускаешь пар, потому что? — Потому что не ебу как поступить с Мирабеллой. — Может, тебе стоит это спросить у меня, а не решать самому? — я резко обернулся на голос Мирабеллы, прервавшей нас. Девушка стояла в одной футболке, принадлежащей мне, но чувствовала себя неловко не из-за открытых ног, а из-за обнажённых шрамов. — Не расхаживай так по дому, — гаркнул я. Она закатила глаза и подошла поближе. Нино бросил быстрый взгляд на Миру и покинул зал, оставляя нас наедине. — Так, что ты надумал? — девушка вновь сократила дистанцию и подняла голову, внимательно смотря на меня. Я опустил руки ей на талию и пожал плечами. — Ничего из этого тебе не понравится, поверь мне, — к моему удивлению, Мирабелла рассмеялась и кивнула. — Как хорошо, что из нас двоих хотя бы у меня нет мышления собственника-капо, верно? — я выгнул бровь. — как насчёт того, чтобы я вновь сменила работу и нашла бы какое-то безопасное, по твоему мнению, для этого место? Не связанное с мафией, с клубами и ресторанным бизнесом в целом? Ты позволяешь мне работать, а я взамен живу в твоём доме. По-моему, неплохое решение. — И что ты умеешь, кроме как наливать бухло? — я сразу же заметил, как изменились эмоции на лице девушки. Вдруг промелькнула обида и недоверие, но я тут же отмахнулся от этого. — Вообще-то я работала не только барменом и официанткой. У меня есть опыт и в другой работе. Просто в общепите работу найти всегда быстрее, — я заинтересованно смотрел на неё, ожидая продолжения. Мирабелла раскрывала своё прошлое, но делала это так медленно, что это начинало раздражать. — И кем же ты ещё работала? — Администратором, продавцом естественно и флористом, — на последней профессии Мира отчего-то смущённо отвела взгляд, заставляя меня усмехнуться. — Ты? Флористом? — с недоверием спросил я. Девушка кивнула и пожала плечами. — Хотелось попробовать всё, прежде чем понять, что я хочу делать по жизни. Честно говоря, работать в цветочном мне нравилось больше всего, но мне пришлось переехать, а потом снова работать с цветами возможности не было. Я смотрел на неё и не мог поверить в услышанное. Мирабелла, первая реакция которой – это выпустить колючки. Которая пережила похищение русскими. Которая убила человека, чтобы защитить другую девушку, и сейчас спокойно живёт с этим. И ей нравится работать с цветами. Это просто не увязывалось в моей голове. — А ты полна сюрпризов, — хмыкнул я. Девушка легко шлёпнула меня по плечу. — Что это должно значить? — Ты не похожа на человека, который любит цветы, — я пожал плечами, заставив её задуматься. — Да, наверное, ты прав. Проведя столько лет в бегах от отца, мне пришлось поменяться и стать жёстче. Полностью забыть о том, кто я, и что мне нравится. А попав в цветочный, я будто вспомнила о том, кем была раньше. Просто девчонкой-подростком с розовыми очками и своими мечтами. Думаю, поэтому мне и нравилось там работать. Потому что я могла ненадолго вернуться к прежней версии себя. Ещё не сломанной. — С чего ты взяла, что ты сломана? — Мирабелла поджала губы и отказалась отвечать на мой вопрос. — Я уже говорил тебе, идиотка. Ты сильная. Перестань ныть. — Мы с тобой иначе смотрим на эти вопросы, Римо, — я схватил её за подбородок и приподнял лицо, заставляя посмотреть мне в глаза. — Я не держу возле себя слабых, котёнок, поверь мне. Это о многом должно говорить про тебя. Тем более, когда самый сильный человек в Лас-Вегасе говорит о твоей силе, стоит гордиться, а не прятать глаза в пол, — я увидел, как в глазах Мирабеллы что-то зажглось. Привычная игривость, дерзость и самоуверенность вдруг вернулись к ней. — Тебе не стоит говорить о мне таком, только если ты не хочешь, чтобы я загордилась. — Ничего, я справлюсь с этим, — Мира мягко улыбнулась мне. Так, как она это делает лишь изредка, от чего эта улыбка становится особенной. — ты хочешь снова работать с цветами? Мирабелла призадумалась на минуту, после чего уверенно кивнула. — Да, думаю, я бы хотела. — Хорошо, я открою тебе магазин. Будешь работать там и не ебать мне мозги, что ты сидишь дома. Устраивает? — её глаза расширились от удивления, и она не знала, что мне ответить. Я приподнял брови, ожидая хоть какой-то реакции на свои слова. — Ты серьёзно? — с недоверием спросила она. — Да. От ещё одного легального бизнеса я не обеднею. К тому же, если он будет приносить мне деньги, это нихуёвый бонус. — Это слишком, Римо. Я не могу это принять, —я заметил, как она замялась от моего предложения, и закатил глаза. — Мира, у каморры куча денег, которые мы тратим на хуйню похуже, чем открытие цветочного. — Ты правда сделаешь это для меня? — спросила она, всё ещё не уверенная в моих словах. Я почувствовал, как меня захлестнула волна раздражения, но постарался проигнорировать это. — Я держу своё слово, Мира. Не зная, что сказать, девушка просто шагнула ко мне и крепко обняла. Я замер. Я по-прежнему не знал, как реагировать на её объятья. Меня никто не обнимал раньше. Мне это и не было нужно. Но я чувствовал, что для Мирабеллы объятья – это что-то более интимное, чем секс. Так она проявляла свои чувства и показывала, что действительно ценит человека. Мои руки уверенно обняли девушку. Мира прижалась лицом к моей груди и молчала. — Спасибо, — прошептала она. — это много для меня значит. — Не за что. Но если ты снова провернёшь тот трюк с забором, я привяжу тебя к своей кровати, — девушка рассмеялась и кивнула. — Не проверну. Обещаю.

Катерина

Я лежала на кровати, наблюдая за тем, как Римо натягивает трусы. Его желание всегда после секса покинуть постель немного расстраивало меня, но я прекрасно понимала, что он не привык действовать по-другому. Лежать и обниматься после секса – не для него, как бы обидно это ни было. Римо кинул на меня нечитаемый взгляд и направился в ванную. Оставшись одна, я поспешила одеться. Глаза зацепились за ожог на руке, и я аккуратно провела по нему пальцами, погружаясь в воспоминания. Когда-нибудь мне придётся открыть тайну о том, кем я являюсь. И это будет не самый приятный момент в моей жизни. Мне по-прежнему нужно было продумать, как стать к Фабиано ещё ближе. По непонятной мне причине он заботился обо мне и испытывал какие-то чувства, природу которых я не понимала. Но этого было мало. Чтобы избежать его гнева и гнева Римо при раскрытии правды, нужно привязать Фабиано к себе ещё сильнее. Я уже потихоньку входила в его окружение. В конце концов, я была девушкой Римо Фальконе. Также нужно как-то достать биоматериал Фабиано и место, где можно сделать ДНК-тест и не попасться на глаза подчинённым Римо. Вместе с этим, мне необходимо периодически подкрашивать волосы и всё время ходить в линзах, чтобы не раскрыть свою настоящую внешность. В ушах снова зазвенел ненавистный голос отца. «Почему ты так похожа на эту шлюху Джианну? У всех твоих сестёр и у Фабиано светлые волосы, только лишь у тебя и этой суки рыжие. Может мне обрить тебя налысо, чтобы ты не напоминала её?» — Откуда у тебя этот ожог? — я вздрогнула, услышав голос Римо, только что вышедшего из ванной. — От отца, — честно призналась я, понимая, что скрывать нет смысла. Римо выгнул брови, намекая, что мне стоит продолжить. — пытался воспитать меня раскалённым утюгом. Фальконе какое-то время молчал, внимательно рассматривая ожог, и думал о чём-то своём. — Я могу убить его для тебя. Он всё ещё имеет над тобой власть, не так ли? — я горько усмехнулась и кивнула. Хотела бы я, чтобы Римо это сделал, но это невозможно. Он не может просто взять и убить консильери Наряда. — Да, но это неважно. Его смерть мне не нужна, — Римо уловил мою ложь, но ничего не сказал. Я сказала, что его смерть не нужна мне, но это было очередным обманом. Я отчаянно хотела, чтобы он сдох. Причём самым долгим и мучительным способом. Этот ублюдок не заслужил ни капли сострадания. Он должен подвергнуться пыткам, которые заставил меня пережить, и только после этого умереть, горя в аду. — Не надо мне врать, Мирабелла. Я же вижу, что ты хочешь его смерти, — я тяжело вздохнула и уставилась взглядом в стену. — Хочу, но она мне ничего не даст. Этот ублюдок не заслужил ни минуты ни моего, ни твоего времени. Пускай живёт свою гнилую поганую жизнь. Всё равно сдохнет, как собака. — Когда ты расскажешь мне, что ты скрываешь? — я испуганно посмотрела на него, на что он лишь широко улыбнулся. — я позволяю тебе врать, только потому что уверен, что это не навредит ни моей семье, ни каморре. Но это будет длиться недолго, Мирабелла. У меня большие проблемы с терпением. И твой пиздёж начинает мне надоедать. — Я пока не могу рассказать тебе, Римо. Но я обещаю тебе, что это делается лишь ради моей безопасности. У меня нет намерений навредить кому-либо, — Римо внимательно смотрел на меня, оценивая правдивость моих слов. — Если ты что-то сделаешь, я лично убью тебя. Поняла, котёнок? — я сглотнула, ощущая всю серьёзность его слов. — Да. Я знала, что он серьёзен. Римо никогда не шутит с такими словами, и от этого становилось ещё страшнее. Убьёт ли он меня после того, как узнает, что я сестра Фабиано? Если подумать, то я представляю собой угрозу. Дочь вражеского консильери из Наряда, которая спокойно живёт и дышит в Лас-Вегасе, да ещё и в одном доме с Фальконе. Это было опасной игрой на острие ножа. Ставки были слишком высоки. Но отступать уже некуда.