Глава 1. Времени река.

«Э-пи-де-ми-я! Э-пи-де-ми-я!» - скандировал зал, разрывая глотки. А группа не спешила выходить из-за кулис. Первая часть концерта закончилась. Музыканты готовились ко второй. Но им нужно было время. А фанаты считали, что они слишком долго где-то ходят, и хотели их поторопить, а заодно показать, как они счастливы быть здесь и сейчас. Наконец, зажглись софиты. Вспыхнули мириадами звезд, ослепляя привыкшие глаза зрителей к полутьме зала. Проворная тень проскользила по сцене и спряталась за барабанами. Фанаты закричали еще громче, узнав в нем Дмитрия Кривенкова. Его виски раскрасила седина и подкралась к челке. Но она это делала осторожно и медленно, будто самой стыдно было за то, что пришла к нему. Но волнение и условия жизни, да и возраст, не щадили никого. Это был вопрос времени. И Дмитрий прекрасно это понимал. А потому просто смирился с тем, что годы берут свое. И, кажется, не думал даже на счет краски для волос. Следом за барабанщиком выскочил гитарист, держа свой инструмент над головой, как знамя или меч. Он же был иного мнения на счет своих волос. Он покрасился в темный цвет, чтобы никто не узнал о его маленьком секрете. Что возраст подкрался и к нему со своей сединой. Но мужчина не хотел видеть в зеркале седого старика. Молодость души так и вопила в нем. Гитарист чувствовал, что ему не больше тридцати. И ему хотелось, чтобы так и оставалось. Лучше умереть молодым душой, чем сварливым дедом, который жалуется на жизнь. Ведь и в своих злоключениях виноват он сам. Пошел в музыкальную школу, вступил в группу, согласился проводить почти все свое время в дороге, сам познакомился с нынешним и ушедшим кругом лиц, проявил чрезмерное любопытство, поссорился с друзьями. Все сам. И никто не виноват в этом. Жизнь была полна веселья. И оставалась такой до сих пор. Второй гитарист выскочил с широкой улыбкой и прищуренными глазами. Он пытался скрыть свою усталость за радостью, но пытливые взгляды могли все же могли заметить, как ему хочется закрыть глаза и лечь. Его волосы еще уверенно держались перед возрастом. Он только постригся. Вероятно, шевелюра несколько мешала ему, и мужчина принял твердое решение укоротить их до подбородка. А вот первые морщины уже опасливо выглядывали. Но о них еще рано было думать. Пройдет не один год перед тем, как их скрывать уже не получится. Следом показался усатый мужчина с серьезным выражением лица и гитарой с длинным грифом. Взгляд у него был уставшим и потерянным. Он был увлечен концертом и не видел ничего вокруг себя. Басист даже в зал смотрел пустыми глазами, будто ему было страшно здесь находиться. Его волосы прилипли ко всему, чему могли. Первая часть концерта прошла бурно и незабываемо не только для фанатов. И в самом конце явился вокалист с притягательной улыбкой. Такую увидишь раз и не забудешь никогда. Его русые приятные на ощупь волосы взметнулись в воздух от прыжка, а после рассыпались пушистым каскадом на плечи. Несмотря на свою прямоту, они были невероятно густыми. Взгляд светло-серых быстрых глаз зацепился за что-то или кого-то в толпе. Но он краем глаза заметил, как басист провел по струнам рукой, и взгляд заскользил дальше. Сейчас не время смотреть на кого-то определенного. Темно-розовые, словно у мертвеца, губы разомкнулись и вытолкнули наружу первую строку песни. А дальше слова полились сами в народ. Его голос звенел над толпой с едва слышной хрипотцой, будто бы он был сорван перед концертом. Он заменил Евгения Егорова, ушедшего из коллектива несколько лет назад по туманным причинам, как для фанатов, так и для самого нового вокалиста. Его не стали посвящать в разногласия между группой и певцом. Евгению все же не стали пятнать имя и распространять подробности, о которых музыканты пытались забыть. Но о Егорове все равно никто ничего не слышал с тех пор, хотя у него были все карты на руках, чтобы начать сольную карьеру или построить свою собственную группу. Разбираться никто не собирался. Их дело не портить жизнь старому знакомому, а его, в свою очередь, решать, что с этим делать. Не воспользовался шансом? Трудности Евгения. Обиделся за то, что выгнали? Сам виноват. Голос у нового вокалиста тоже был хорош. Да и внешность пусть была и броской, но модельной. Пусть ему не хватало той харизмы, которая сносила весь зал еще до того, как звучал голос над головами. Но ему все равно удавалось цеплять фанатов. Может, из-за этой хитрой полуулыбки. Может, из-за доброты в глазах. Может, из-за отзывчивости. Что-то было в нем такое... необъяснимое, что тянуло к нему, как магнитом. Да и после концерта не надо было волноваться за него и не спрашивать, куда он так спешит. Не опаздывал и на выступления, и они теперь чаще начинались вовремя. А если и приходилось задержать, то по техническим причинам. Одним словом, в плане организованности был гораздо лучше своего предшественника. Песни исполнял тоже хорошо, пусть и местами не всегда дотягивал до экс-вокалиста. Но он ведь пришел в коллектив не за сравнениями с Евгением, верно? У них разные голоса, они звучат по разному, и это было ожидаемо. Если люди привыкли к старому, то с этим ничего нельзя поделать. Им проще уйти, чем пытаться подстроиться под изменения. А если все же хватает сил принять перемены, то наслаждаться тем, что есть. Сделанного не воротишь. Лучше оставить все так, как есть. - Люди будут рады увидеть Женю на юбилейном концерте... - вдруг тихо проговорил Юрий и прикрыл глаза, боясь услышать ответ, стоило им зайти в гримерную комнату. Они всего раза два или три говорили о нем с тех кровавых событий, навсегда оставшихся на страницах жизни этих людей. Это не было запретной темой, но она как будто бы исчерпала себя. Зачем прошлое вспоминать? Он не лезет к ним, они не лезут к нему. Да и рана души, нанесенная Евгением, никак не хотела затягиваться. Зря Илья полез в то дело. Теперь ходит мрачнее тучи и старается вообще никуда не совать свой длинный нос, будто бы мир вокруг перестал существовать для него. Ему уже говорили, что не следует зацикливаться на уроке жизни. Необязательно совершенно утрачивать свое любопытство. Но Мамонтов объяснил это тем, что у него нет золотой середины. Уж лучше не проявлять излишний интерес вовсе, чем умереть от очередных своих подозрений. В прошлый раз он уже стоял у края, и только чудо спасло его от шага в загробный мир. - Ты же знаешь, что это невозможно. - возразил Дмитрий Процко и собрал волосы в хвост. Концерт окончен, и теперь можно собрать свою надоедливую шевелюру в одну копну. Мелисов тяжело вздохнул и кивнул. Он покосился на Илью, челюсть которого нервно дернулась. Юрию даже показалось, что послышался ее хруст. Все еще таит обиду в душе, но пытается скрывать это. И басисту удачно удавалось это делать. Сейчас просто разговор зашел про Евгения. - Знаю, но сказать должен был. - напомнил уставший гитарист. - Давай не поднимать эту тему, пожалуйста. - дрогнувшим голосом попросил усатый и нервно сглотнул, убирая гитару в кофр. Юрий хотел что-то ответить, но понял, что здесь все давно решено. Евгений повесил на себя клеймо среди них и уже больше не сможет от него избавиться. Они, может, и не вынесли сор из избы, но в этом коллективе все же не считали, что о нем следует говорить. - Два года прошло вообще-то... - напомнил барабанщик, вставая на сторону гитариста. Объевшийся молодильных яблок Дмитрий осторожно перекрестился и поспешил ретироваться из гримерной комнаты, бросив напоследок. - Я принимаю сторону большинства. Мужчины посмотрели ему вслед, а после переглянулись между собой. Они не замечали, как постепенно градус между ними повышается. А вот Процко понял это и решил уйти, пока не поднялся шум из-за давно пережитого. Он не знал, чью сторону принять. Они все были виноваты. И Илья с Евгением особенно. Один слишком любопытный. Второй забыл уточнить о том, что у него есть некоторые проблемы с законом. А потому Дмитрий выбрал свою сторону. Нейтралитет. И соглашался с мнением большинства. Лишь бы не вступать в этот бессмысленный спор. Юрий, кажется, делал попытки принять нейтралитет между группой и Евгением, пытаясь понять мотивы Егорова. Но потом находились аргументы против него. - Послушай... - осторожно проговорил Кривенков и покосился на усатого басиста. Тот решил дослушать и только потом уже высказывать свои возмущения. А потому Дмитрий продолжил, обращаясь к Юрию. - даже если ты и хочешь пригласить Женю на наш юбилейный концерт, что изначально звучит, как самоубийство, то ты сначала его найди. Я что-то о нем не слышал с тех самых пор, как он попрощался с нами. Из театра уволился. Концерты отменил и не назначал новых. Мне что-то кажется, что он выбрал свой путь. И он явно не связан с музыкой. Выбор был сделан. Мы дали ему шанс не уходить из мира музыки. Гитарист несколько раз задумчиво кивнул и нервно сглотнул. Он и сам знал, что Евгений бесследно исчез два года назад. Но надежда все же оставалась. Хотя она была пустой. Такое долгое молчание от него могло значить только одно. - А если я найду его? - поинтересовался Юрий, пытаясь понять, насколько враждебно они настроены в принципе по отношению к Евгению. Лично Мелисов был не против взглянуть ему в глаза и поинтересоваться, как у него идет жизнь без концертов и выступлений в «Эпидемии». Просто поговорить и посмотреть, сколько злости и агрессии будет у него в голосе при виде отголосков прошлого. Может, этот интерес сгубит и его, как сгубил однажды Илью. Может, не следует так тянуться к их экс-вокалисту? Он не тянется к ним. Так почему музыкантам должно быть интересно, как он живет? - Ты точно хочешь его пригласить? - поинтересовался со вздохом Илья уставшим голосом. - Я у вас хочу узнать. Герр в последнее время все это на нас вешает. Я знаю, что он скажет. Остаетесь вы. - Юр, два года прошло. - с укором напомнил басист. - давай мы все оставим в прошлом. Для всех так будет лучше. - У меня сердце не на месте. Мне казалось, что музыка для него капля счастья в море ужаса. - с отчаянием проговорил Юрий. - Значит, ты промазал. - виновато развел руками усатый все тем же монотонным голосом. - меня напрягает твоя страсть к разговорам. Второй по старшинству среди них прикусил губу и потупил взгляд. Дмитрий покосился на басиста с немым упреком в глазах. У него тоже были некоторые сомнения относительно деятельности Евгения. Но иногда приходится уходить оттуда, где тебе больше по душе. Они не знали, как дела обстояли на самом деле. - Может, хотя бы спросим, как у него дела. Может, он даже не согласится присутствовать на этом концерте. - заступился за Юру барабанщик и развел руками. - У него голос дрожал в день нашего прощания... - вдруг вспомнил Юрий и тут же встряхнулся, возвращаясь в настоящее. - но все зависит от тебя, Ларс. Он по тебе больше всего катком проехался. Мамонтов закатил глаза и ушел в свои размышления. Времени вроде бы и прошло уже немало. Он со всех сторон осмотрел этот вопрос и долго думал над всем, что было. Его вина тоже присутствует. Ларса предупреждали, чтоб не лез. Просили остановиться. Евгений все знал и пытался уберечь их. Да, не смог от всего. Да, пытался убить. Да, вспылил. Но до этого он долго закрывал глаза на незаконное расследование. Илья довел его до края. - Ладно, говори, с кем хочешь. Мне плевать. Я сомневаюсь, что он вообще тебе ответит. - со вздохом сдался Илья и закинул на плечо кофр. Юрий кивнул и тихо поблагодарил его. Дмитрий, убедившись, что драки не планируется, попрощался и скрылся за дверью. Мелисов хотел спросить, почему басист вдруг сдался и дал ему поискать Евгения, но усатый не стал ждать ни его, ни вопросов. А потому гитаристу пришлось оставить при себе размышления.