Рыжая

Громкий стук по двери раздался в комнате. Мелиссу вырвали из приятного сна, да так, что она подскочила, громко вздохнув. - Лисёнок! - за дверью стоял дядя. - Время шесть, мы через час выезжаем, встава-ай! Девочка проморгалась, пытаясь собрать мысли после сна. Поняв, что происходит, она ответила дяде, что встала, и посмотрела на часы. 6.12 Пора готовиться к поездке. План несложный: умыться, сходить в душ, поесть, если, конечно, там еще что-то есть, и закинуть оставшиеся вещи по сумкам. Со всеми пунктами Мелисса справилась на отлично, поэтому уже через полчаса сидела на своей кровати, пытаясь вспомнить, куда она закинула кормушку, которую обещала поставить для вороны. Пошарившись в нескольких коробках, наконец нашла то, что искала, и насыпала в нее горсть семян, крупу и корма для попугаев. Девочка не знала, что будет с этой квартирой после того, как они уедут, да и спрашивать особо не горела желанием, ведь это точно ее дело. Главное, чтобы эта кормушка никому не помешала, и, если повезет, тут появятся такие же хорошие люди, которые тоже будут подкармливать ее пернатого дружка. Поставила кормушку на карниз, хорошенько закрепила веревкой, чтобы ветер не утащил ее в свои лапы, и мысленно попрощалась с вороной. - Лиска, ну что, поехали? - в дверном проеме возвышался дядя с ключами от машины. - Не хочу никуда ехать, - состроив грустное личико, обиженно пробормотала Лисса. Дядя уже открыл рот, чтобы начать оправдываться и объяснять, что это не он такой, а жизнь такая, как племянница прервала его своим «да, да, знаю, знаю... Всё-ё знаю» и пошла в сторону выхода. Выйдя на улицу, они погрузили вещи в свой «Джип Чероки». Машина эта была пережитком дядиных бурных приключений среди бандитов, преступности и драк. Служила ему верой и правдой уже добрые 7 лет, что, конечно, заметно по ее состоянию. Было бы отлично, довезя их эта «малышка» до места назначения без происшествий. Малышкой назвать ее и вправду было трудно, ведь она спокойно уместила в себе все их вещи, еще и место на задних сиденьях оставила для Мелиссы. Дядя сел за руль, племянница же плюхнулась назад, и они двинулись в дорогу. Путь этот, по словам Димы, должен занимать часов семь, что, конечно особо не радовало. Первый час дороги Лисса держалась - поддерживала разговор, слушала музыку из «магнитолы», смотрела в окно. Но ко второму часу сон все же взял вверх. Она сняла обувь, закинула ноги на сиденья и, улёгшись поудобнее, насколько это позволяло место, быстро заснула, убаюканная мотором, теплым ветерком с открытых окон и тихой музыкой. Сны были смешанные, рваные, будто пытались слиться в один, но каждый отторгал другой. Картинки быстро сменялись, не давая мозгу запомнить хоть какую-то из них. Но резко веретено из странных силуэтов и красок остановилось, и пред глазами встала женщина. Мелисса не знала ее. Женщина стояла напротив и молча смотрела своими янтарными глазами. В ушах зазвенело, картинка поплыла. - Кто ты? Вопрос, который задала Лисса, словно растворился в пространстве, отдавая эхом. Женщина не отвечала. Из-за ее спины вылетела ворона, нет, ворон. Большой, с громадными крыльями, хлопки которых отражались от стен, создавая ощущение, будто здесь целая стая таких большекрылых птиц. Пернатый взмыл ввысь и пролетел мимо девочки. Мелисса сделала несколько шагов навстречу к этой незнакомке, но та оставалась стоять на месте. Только вот расстояние не уменьшалось, сколько бы Лисса ни шагала. - Кто ты?! - крикнула та. - Что ты хочешь мне сказать? Тишина. В голове раздался громкий гудок, заполнивший все пространство, а сон прервался. Мелиссу тряхнуло на заднем сиденье машины так, что она чуть не свалилась на пол. - Ебанный осел, блять! - Дима ругался на какого-то мужика, машина которого стояла рядом с ними. - Ты че не видишь, куда прешь на своей тарантайке, а!? У меня здесь ребенок, блять, если тебе жизнь не мила, хули ты на наши покушаешься, долбоеб? Мелисса поняла, что, скорее всего, их подрезал тот мужик, который сейчас пытался вставить свои слова между дядиным гневом. Конечно же, смысла в этом не было, если Диму поперло — пиши пропало, язык его был колким, да неостановимым. Вроде шаман, душевная натура, который сливается и общается с духами, лесом, своим родом, а бранными словами раскидывается направо и налево. "Может, у нас все предки такими были, раз уж дядя такой, он же вроде с ними там общается..." - пронеслось у Лиссы в голове. Еще немного поорав, Дима успокоился, послал напоследок этого мужика и оповестил племянницу об остановке на ближайшей заправке. Девочка глянула на часы. 11.41 Половина дороги пройдена. И вправду, пора бы уже передохнуть, размять затекшие конечности. В окне тенцевали деревья с пушистой зеленой листвой, солнце так и пекло, с каждым часом в машине становилось все жарче и жарче. Мелисса и так проснулась от сна в поту, так еще и главная звезда на небе решила поднасолить своим теплом. Руки немного потряхивало, а настроение ухудшалось. "Семья" остановилась на первой заправке, которая попалась по дороге. Пока дядя заправлялся, покупал какие-то булочки и воду, Мелисса пошла к туалетам. Зайдя за один из них, она достала из кармана сигареты и, наконец, закурила. Тряска в руках уменьшалась, а настроение приходило в норму. Плохая привычка все же давала о себе, если долго не курить. Короткая остановка окончена, и они двинулись дальше. В этот раз спать Лиссе особо не хотелось, поэтому она села на переднее сиденье, чтобы поговорить с дядей. - Дим, - обращая на себя внимание, начала та. - Помнишь, ты года четыре назад дал мне зеркало и сказал ставить его на подоконник? Дядя посмотрел на племянницу, пытаясь понять, к чему она ведет: - Помню, помню. Что-то случилось? - Ага, в день, когда ты сказал, что мы переезжаем, оно треснуло, и я его выкинула. - У-у. Треснуло, значит, - мужчина задумчиво смотрел на дорогу. - С утра? Уверена, что не роняла его, не задевала ничем? Девочка кивнула. - В этом нет ничего страшного. Я его тогда заговорил и травами окурил, наказал, чтоб не подпускало к тебе всяких анахайев да абаасов. Ты ведь маленькой была и не могла сама, если что вдруг, справиться со злыми духами, которые решат постучаться ночью в окно. Я тебе еще тогда говорил, что зеркало у нас — проводник меж мёртвым и живым. Портал эдакий. И только ты, Лисёнок, решаешь, как его использовать, хочешь — с родом своим поговори, совета спроси, а захочешь — пусти к себе абаасов да душу свою отдай, - на последних словах дядя рассмеялся. Лисса не понимала, как в его речи могут быть одновременно ругательства, новомодные словечки и шаманские термины. Покивав и проведя глазами дугу по лобовому стеклу, спросила: - А то, что оно треснуло? Что это значит? Дядя лукаво улыбнулся: - А сама-то как думаешь? Давай знания твои проверим. Девочка вздохнула. Эти «проверки» частенько возникали во время их разговоров, так дядя пытался закрепить переданные знания, научить новому и подкорректировать то, что было усвоено не так, как должно. Конечно, в шаманизме нет особых правил, ведь эта магия направлена вглубь тебя, да к духам леса, рода и прочей шушеры. Только вот в настоящих реалиях одним шаманизмом жизнь себе не сохранишь и не улучшишь. Раньше-то люди как жили? Горы, леса, костер, единение с природой, забота о благородии почвы да ожидание дождя. Сейчас же головы людей заполнены всем, чем только можно: работа, долги, учеба, финансы, вот и пропала нить, связывающая народ с природой. В былые времена было четкое разграничение меж ведьмами, колдунами, шаманами и обычными поверьями. Сейчас же это разграничение стерлось, как и настоящие, коренные ритуалы, рецепты и знаки. Поэтому теперь шаманы, ведьмы, колдуны, волшебники, маги — все под одну гребенку. - Ну-у-у, - протянула Лисса. - Треснувшее зеркало обычно к несчастью, если смотреть по славянским корням. Если по шаманским — злым духам стало тесно в стекле, и они вырвались, чтобы вытянуть с меня душу. Ну а если смотреть с ведьминской стороны — на меня навели порчу. Девочка улыбнулась. Хоть она и придерживалась скептицизма в вопросах магии, но все равно отдалённо в это верила, не зря же у ее дяди все в жизни получается. - Лиса, лиса. Мы сейчас всеми званиями называемся, к любой силе потусторонней относимся с дружбой и принятием, будь то ведьминские поверья иль шаманские Йоли. Лучше скажи, как ты сама на это смотришь, не надо по «конспекту» говорить, чувствуй душу свою, - дядя легонько постучал по свой груди двумя пальцами. - Знаю, знаю. Мне кажется, оно просто действовать перестало, вот и все. Может, дух какой-то все же вырвался, а может, предупреждение такое: "Мелисса, будь осторожна с бабкой-ёжкой в том лесу", - девочка провела руками в воздухе, обрисовывая вывеску с надписью: - Мне сегодня еще женщина какая-то приснилась, пока ехали. Р-р-рыжая такая, с вороном большим. - Рыжая!? Дядя оживился, посмотрел на свою племянницу округленными глазами. Та кивнула, и мужчина разразился грохочущим смехом. Похлопав девочку, которая сидела с недоумевающим выражением лица по ноге, начал объяснять: - Передалась всё-таки тебе кровь ведьминская, передалась. По стопам своей прапрабабки ты пошла, это она, скорее всего была. Рыжая была, да птиц всех с округи собирала. Эх, вот и род твой к тебе наведовался, выросла уже. Ну а зеркало, значит, да впустило к тебе душу ее и треснуло. Она, кстати, в той же деревне жила, в которую мы едем. Молчала? Мелисса кивнула. - Конечно молчала, долго она еще молчать будет. Ко мне так мой прапрапрадед приходил, когда я готов был начинать свой шаманский путь. Жалко, папка твой отрекся от всего этого, вот и не повезло ему, не к кому было обратиться за советом. Ты, Лисёнок, старайся все сны с этой женщиной запоминать, она многое тебе показать и рассказать может, о судьбе твоей, о предстоящем будущем, еще и предостеречь, если что вдруг. А если непонятно что будет — мне скажи, вместе подумаем, что она донести до тебя хочет. Я так и думал, что за тобой ее душа закрепится, ты ж как и она по животинкам мастер. - Она ведьмой была? - Ведьмой, ведьмой, та еще проказливая была, всегда всех порчами пугала, да зельями любовными. Иногда с домовым в паре всякие проказы устраивала. Домовые. Лисса знала, что они существуют, часто в этом убеждалась, когда теряла что-то или просыпалась средь ночи. Много вопросов у нее было: почему шаманы теперь со славянскими духами в хороших отношениях, почему ведьминские заговоры используют и почему утратили свою индивидуальность. Дядя объяснял, что сейчас сложно придерживаться одному «направлению», ведь всё перемешалось, да и одному правилу все должны придерживаться: уважай ту сторону, и она будет добра к тебе. А как этому правилу придерживаться — дело каждого. - А кто еще у нас был в роду? Был кто-то супермегасильный? - заинтересовано спросила Лисса. - Радует меня, что интересоваться ты начала этому. В нашем роду всегда кто-то да и связан был с той стороной. В давние-давние времена, конечно, были могущественные колдуны, что даже дождь вызывали, ла недругов своих наказывали. Прадед мне рассказывал об одном таком, вот от него-то и пошла вся нить рода нашего. Передавать силу не каждый может, ты ведь часть своей души отдаешь вместе со знаниями. А если душа у тебя слабая — то и передать ничего не сможешь, и смерть свою быстрее встретишь. Ну а... Ебанный рот! Дима резко остановил машину, Мелисса, которая до этого слушала, вникая в его слова, встрепенулась и посмотрела вперед. Из-под капота стремился ввысь клубок дыма. Дядя вышел из машины, матерясь под нос, и начал копошиться во внутренностях железной ласточки. Долго он провозился этой проблемой, но все же справился. Сказал племяннице, что до деревне как-то уж дотянут, ну а потом машину нужно будет либо чинить, либо менять. Так и поезали дальше, но уже в тишине. Поломка испортила настроение и дяде, потому что придется возиться потом с ней, и Мелиссе, из-за того, что задержала их. А она хочет поскорее уже приехать и расслабиться. Остальная часть пути прошла на удивление быстро, Лисса погрузилась в себя, наблюдала за дорогой и думала о том, как бы поскорее выкроить момент, чтобы покурить. И вот, наконец, они въезжают в деревню. Как оказалось деревенька не такая уж и маленькая, как представляла девочка. Было даже две-три пятиэтажки, которые они проехали. До нового дома они ехали еще минут 20. Доехав до него Мелисса удивилась: дом был прямо рядом с лесом. На ее памяти дом прабабушки был дальше, сказав об этом дяде она получила ответ - тот дом уже негоден к проживанию, поэтому пришлось купить у знакомого, который переехал в город, пустующий.