Уж попал...

К утру все-таки удалось выбраться к человеческому жилью. Озябший и изголодавшийся Матвей готов был целовать доски выросшего перед носом забора. - Вот и славно. Вот и чудненько, - бормотал он, пробираясь по обочине к воротам, - Хоть узнаю, куда это я попал. Может и телефон задут зарядить. Матвей решительно распахнул калитку и остолбенел. За обычным дачным забором его ждал…. Постойте, как там называли такую хоромину? Точно! Перед ним во всей красе высился белокаменный терем с расписной крышей и резными наличниками. Во дворе, в тени яблоневого сада за накрытым столом сидела барышня, до того круглая и румяная, что Матвей только присвистнул: - Реально, красна девица! Девица вкушала разложенные на столе яства, иначе и не скажешь, и, громко прихлюпывая, запивала чаем из блюдечка. В дверях показалась бодренькая старушка с подносом. - А вот не изволишь ли еще отведать, моя голубушка… Бабуся заметила Матвея, с открытым ртом замершего у калитки. Поднос со снедью полетел на землю, а воздух сотряс вопль, достойный системы гражданского оповещения. Тонкий визг красной девицы вплелся в вой слаженным дуэтом. Из терема с криками «Куды прешь, деревенщина!» набегали девицыны защитнички с крепкими кулаками. - Уж попал, так попал, - охнул Матвей.