Чему учит "Школа"?

Буквы разные писать,

Тонким перышком в тетрадь.

Учат в школе, учат в школе,

Учат в школе.

Вычитать и умножать,

Малышей не обижать.

Учат в школе, учат в школе,

Учат в школе.

ЧЕМУ НАСТОЯЩАЯ «ШКОЛА» УЧИТ НА САМОМ ДЕЛЕ: МАНИФЕСТ ДЛЯ ТЕХ, КТО ПОНЯЛ Существует сериал «Школа» 2010 года — нервный, сырой, истеричный, снятый будто на коленке, но врезающийся в память так, как не врезаются вылизанные голливудские драмы. О нём спорят, его пересматривают, им бредят ( потому что "жиза", или например передается "ой, а я тоже так чувствую"). Но почти никто не задаёт главного вопроса: а чему он, собственно, учит? Ответ, который лежит на поверхности, — «это трагедия, не будьте жестоки к детям, посмотрите, до чего доводят травлю» — и не правильный, и неполный. Он удобен и стерилен, как плакат о вреде курения. Настоящий же урок «Школы» гораздо более жёсток, циничен и — если у вас хватит смелости это признать — невероятно практичен, но при этом интересен и приятен. Давайте без соплей, как и подобает говорить о девятиклассниках, которые сами уже всё поняли про жизнь, просто не умеют ещё это формулировать. Урок первый: обычные люди мало чего здесь добьются — и это нормально. Они живут и это понимают. Они ничего не добьются и они примитивны, здесь - почти никто. Одна из сотен школ. Вглядитесь в этот класс. Спальный район Москвы, обычная школа, начало десятых годов. Кто из них станет новым Дуровым? Кто напишет роман, откроет бизнес, вырвется в люди? Единицы — если вообще кто-то. И сериал даже не пытается врать, что перед нами — будущие светила. Взрослая жизнь, к которой они идут, — это не стартапы и не креативные индустрии, тогда ещё неведомые их реальности. Это склады, офисы, торговые центры, работа от звонка до звонка, ипотека, дача по выходным. В лучшем случае — менеджер среднего звена. В худшем — продавец или водитель. И они это интуитивно знают. Они не говорят об этом вслух, но само их поведение — крик о том, что единственный шанс хоть что-то поиметь от жизни они видят здесь и сейчас. Заметьте: никто из них не готовится штурмовать МГИМО, не зубрит ночами, не строит долгосрочных карьерных планов. Они живут в системе координат, где будущее предначертано и бедно, а значит, единственный ресурс, который у них действительно есть, — это школьное время и школьные страсти. Здесь они пока еще смогут жить "интересненько", упиваясь тем, что пока еще милые школьники. Если будут сравнивать себя с кем-то другим – несуществующим, на другой плоскости, с кем-то одаренным, то испытают лишь щемящую пустоту. Очень хорошо в сериале показано, что они все по сути... Бедные. Без способностей. Но при этом совершенно нормальные. Можно каждого персонажа назвать благополучным. Потому что они нормальные, и в своей системе координат как раз цельные и своего добьются. Просто у них нет альтернатив – они живут в маленьких квартирах, с дешевой одеждой, получая посредственное ( не всегда полное ) образование, среди них нет богатых. И в принципе не будет. Кто там "незауряден", крут и очень богат? Отец Королева, перед которым все в восхищении и немного в шоке? Не стоит преувеличивать - у него просто дорогая машина, крупная квартирка и средний бизнес. Не наговаривайте - он тоже не то, с чем стоит сравнивать. Именно поэтому так много всего «слишком»: слишком яркие эмоции, слишком громкие скандалы, слишком отчаянные поступки. Это не подростковая дурь, это бессознательная попытка напоследок надышаться жизнью перед многолетним погружением в серую функциональность. Урок второй: следование всем правилам и дисциплине ведёт к жалкой, серой жизни — не жизни, а существованию. И школа готовит именно к этому; кто осознаёт — отвлекается на другое Школьная дисциплина, «надо», «ты должна», «веди себя прилично» — всё это, как ни посмотри, не приводит здесь ни к чему хорошему. Посмотрите на Иру Шишкову в начале сериала: образцовая, правильная, «пионерка». И что ей это даёт? Она никому не интересна, её считают скучной, она страдает от собственной незаметности. Стоит ей чуть отойти от шаблона, начать добиваться внимания Лёхи, бунтовать — и вот она уже в центре собственной жизни, хотя бы и болезненной. Дятлов, Вера, Соня Каштанская и даже Аня в начале – им неинтересно быть "приличными, дисциплинарными и культурными". Так у них ничего интересного не будет – чем раньше они смогут делать что хотят, тем раскрепощеннее будут. В таком возрасте это можно делать безболезненно и безопасно. И еще на пользу в будущем пойдет. Тот же Фаликов со своей "наркотой" (которую на себя наговаривает), Будилова – раскрепощенные люди, действительно получающие кайф и от себя, и от своего возраста, и от пребывания в школе. Вот Вовец Фаликов действительно пример успешного нахождения в школе. Он успел и самовыразиться, и повыпендриваться в компании, и быть кем-то "нишевым" ( хотя это современный термин, но в те времена он тоже подходит.) Школьная система, какой она предстаёт в сериале, на самом деле не растит личности, а калибрует винтики. Хорошие оценки, послушание, отсутствие проблем — это программа для будущего винтика, который будет работать на складе и не жаловаться. Тот, кто это осознаёт, — освобождается. Будилова вообще не тратит время на учёбу всерьёз; её ресурс — это манипуляции и внешность. Епифанов умён, но свой ум он направляет на наблюдение за людьми и циничную философию, а не на олимпиады. Дятлов строит сложные внутренние системы, но школа для него — лишь декорация, в которой он ищет «своего» человека ( как это хорошо сказано). Единственные, кто по-настоящему вкладывается в «правильность», — это те, кто либо ничего не понял, либо у кого нет альтернативы. И их ждёт награда: скучная взрослая жизнь, где вспомнить будет нечего, кроме как «я хорошо учился». Урок третий: это дети Москвы начала 10-х, они привыкли готовиться к жизни индустриального общества; мало кто уйдёт из своего спального района — будет жить и работать, например, на каких-нибудь складах. Можно развлекаться, ностальгировать и страдать, а картинка за окном унылая. Спальный район здесь — не просто локация, это приговор. В кадре — серые панельки, подъезды, школьные коридоры, обшарпанные квартиры. Герои редко выезжают в центр; когда Будилова попадает в ресторан со взрослым любовником Никитой, это выглядит как вылазка в другую галактику. Может, ради этого Оля и будет таким заниматься в будущем. Ради ощущений. Прикольный отель, ресторан, ни к чему не обязывающий важный мужчина. Это помогает убегать от закостенелости и обыденности - каждый день как праздник. Уже как будто не в "Школе", а сериале о элитной дорогой жизни. Их мир — это индустриальное наследие позднего СССР в том виде, в каком оно дожило до 2010 года. Их родители работают, часто на неинтересных и тяжёлых работах. Отец Дятлова всё время на работе. Мать Епифанова больна. Семья Иры — обычные люди, которые хотят для дочери «лучшего», но это «лучшее» не простирается дальше хорошего аттестата и удачного (не разрушительного) замужества. Никто из них не обсуждает переезд, покорение мира, уникальные таланты. Они готовятся к тому, чтобы занять свою ячейку в индустриальной или постиндустриальной системе обслуживания. И дело не в том, что они тупые или бездарные. Просто их стартовая точка не предполагает резкого взлёта. И сериал честно это показывает: никаких сказок о Золушке. Епифанов, при всём своём уме, не строит иллюзий — он говорит: «Самые добрые погибают, самые злые выживают». Он готовится не к успеху, а к выживанию. И это, пожалуй, самое адекватное отношение к реальности, которое только можно выработать в девятом классе такого района. Урок четвёртый: исходя из этого, им стоит о школьных годах сохранить воспоминания — и чем безумнее они будут, насколько позволит их спальный район, тем сочнее и ярче воспоминание о «школьном надрыве»; это наоборот будет душевно для них, для русской души. Вот тут начинается самое опасное и самое искреннее. Взрослая жизнь будет серьёзной. В ней не будет места пьяным истерикам в школьном туалете, интригам на уровне класса, выяснениям отношений в подъезде, угрозам с фейковых аккаунтов, изнасилованиям (пусть и попыткам), предательствам и скандалам, от которых звенит в ушах. Всё это сменится ипотекой, отчётами и вежливыми кивками коллегам. И именно поэтому «школьный надрыв» — это не то, чего стоит стыдиться, а то, что стоит коллекционировать. Чтобы потом с ностальгией вспоминать, это будет приятно. Необязательно даже со своей старой компанией общаться. Просто вспомнить, как пили, например, тайком, собираясь, Епифанов и Дятлов с "необязательными" для них девочками - это выглядело как тайный заговор, компания не на дружбе и интересе, а именно для того чтобы затусить и забыться; как одноклассники мотались по клубам и квартирам, неугомонной толпой, громко, друг друга не запоминая, но зато полностью развязно ( это когда они сбежали с ночевки - Оля, Лана, Даша и парни – те самые "неадекваты"- Горяев, Фаликов). Они могут даже не уважать друг друга, но им было весело. Это ощущается как победа. Мимолётная, но такая тусовка, которую хотя бы удалось позволить. Русская душа требует крайностей; ей мало тихого счастья, ей подавай «или всё, или ничего». Вспомните любой разговор с людьми за тридцать: самые тёплые воспоминания — это часто не «как мы хорошо учились», а «как мы чудили». Как напились в первый раз, как сбежали с уроков, как кто-то кому-то разбил сердце, как потом мирились или не мирились. Именно это остаётся, именно это становится тем легендарным багажом, который греет душу, когда внешняя жизнь превращается в бесконечный день сурка. Да даже если " разбито сердце ", вряд ли любовный интерес из школы был бы важным в будущем, и вспоминать его остаётся не без жалости. Сериал «Школа» — это, по сути, концентрированный экстракт такого «надрыва». Все его скандалы, измены, истерики, суицидальные попытки — это не столько трагедия (хотя она тоже есть), сколько будущая ностальгия. Спустя годы эти люди будут сидеть на кухне и рассказывать: «А помнишь, как Будилова…?», «А помнишь, как Дятлов…?», «А помнишь ту драку…?» — и глаза их будут гореть. И особенно если будут там сплетни и скандалы.Потому что то была жизнь, а сейчас — существование. Урок пятый: действительно душевно, когда воспоминания именно такие; настоящая близость — в странных компаниях, когда бухали в подъездах, когда ссорились против кого-то, когда была школьная интрига или любовь, которая закончилась драматически. В этом и есть особый " вайб школы", который был и в видео воспоминаниях о сериале, что кажется в нем милым, не скучным, "ради чего стоит побывать в той реальности или ситуации." Посмотрите, какая компания собирается вокруг Будиловой и Епифанова. Это не святые. Это хищники, нарциссы, манипуляторы, «волки»? Нет, простые люди, которые ищут "движа" и "веселухи". Но именно в этой странной компании — настоящая близость. Не та, о которой пишут в учебниках по этике, а та, которая возникает между людьми, вместе прошедшими через грязь и не осудившими друг друга. Епифанов принимает Будилову беременной от другого, зная всю её жестокость — и именно потому они становятся парой, что между ними нет необходимости притворяться хорошими. Они уже видели друг друга на дне и не отвернулись. Это и есть та странная, дикая, «волчья» близость, которая во взрослом мире встречается крайне редко, потому что там все играют роли. Школьная вражда, интриги, коллективное «обсирание» кого-то — это тоже, как ни странно, форма близости. Совместное злодейство связывает не хуже совместного добра. Хотя нет. Можно сказать - совместное злодейство связывает гораздо лучше совместного добра. И вспоминать это потом будет не стыдно, а смешно и тепло. Чем аморальнее ты был в школе, тем ценнее этот опыт, потому что тогда ты мог в это «поиграть», а потом — увы, нельзя; взрослая жизнь требует респектабельности, и даже если ты остался несерьёзным,это уже нельзя будет показывать, так как будет не в тему. Урок шестой, самый важный: школа — это важный инструмент, который растит именно так; её прогуливать нельзя именно потому, что только там можно в результате интриг «обосрать» человека, самому опошлиться, собрать скандалы и закабанеть психикой. Здесь мы подходим к главной функции школы, о которой никогда не скажут в педагогических институтах. Школа — это полигон для отработки жестокости, манипуляций, выживания в условиях, максимально приближенных к реальным, но с одной важной скидкой: здесь ещё можно ошибаться без фатальных последствий (если повезёт). Каждый эпизод сериала — это учебная тревога, урок на тему «как не быть сожранным». Будилова учится манипулировать и носить маску — и она потом выживает и даже процветает. Епифанов оттачивает философию макиавеллизма и находит себе равного партнёра. Шишкова проходит через предательство и очерствляется, но именно эта чёрствость поможет ей не сломаться в будущем. Дятлов получает травму, которая либо сломает его, либо превратит в того самого «социального ниндзя», в холодного стратега-солипсиста, который больше никогда не позволит чувствам взять верх над расчётом.Но тут уже больше о персонажах, которые сами привыкли к драме и сами на нее обиделись. То есть про озлобленных.Остальные - не массовка, а тоже достаточно яркие персонажи, и для них все воспоминания станут простыми и даже приятными. О том, как тусили, пытались подумать о будущем и прогулять. Школа — это прививка от наивности. Тот, кто её прогуливает (в прямом или метафорическом смысле), — остаётся беззащитным. И следующий фанфакт - более шокирующий. Обладателями самого неправильного и нереалистичного представления о школе как структуре и школьном фундаменте являются дедушка и бабушка Ани Носовой. А они были связаны с школой ( даже конкретно с этой) всю жизнь. Все остальные люди в ней видели правду. Конкретно они - нет, и ошиблась больше всех. Они свою внучку пытались воспитывать в парадигме советской школы — с песнями о непорочных школьниках, старательно выводящих буквы и поющих чистыми голосами на параде. Бабушка и дедушка искренне верили, что школа — это храм знаний, где дети сидят за партами и тянут руки, а на переменах дружно играют в классики. Бабушка и дедушка жили в мире, которого больше не существовало. Их представление о школе было извращённым — не в смысле аморальности, а в смысле полного, катастрофического отрыва от реальности. Они не хотели замечать реальных детей постиндустриальных родителей, которые смотрят на мир с точки зрения «что мы можем получить от жизни сейчас». Они не видели, что школа — это не подготовка к светлому будущему, а само это будущее в миниатюре, со всей его грязью, иерархиями и борьбой за ресурс. И что в примитивных тусовках нет ничего плохого, это полезно и развивает. Они представляли школу по карте реальности, которая была нарисована по лекалам 1970-х. Для них школа - показатель нравственности, при этом даже не такой, какой был в реальности, так как и у них самих могли быть в школе как минимум не такие идеалы, как в "дидактическом" материале - но за десятки лет собственное представление о молодости забылось, остался только научный опыт. Что можно сказать о показанных учителях "Школы"- ну, это просто муниципальные служащие. Положение не даёт выглядеть успешно, но при этом если учитель ведет себя приятно и не выглядит неудачником, он может быть нормальным. Нормальным в смысле не мешать получать знания тем школьникам, которым это необходимо - это главная задача учителя, с которой не все справляются. Вспомните математичку, которая просто так занижала оценки Вере; и иногда учитель это не самый компетентный человек, с которым необходимо мириться даже не по своему интересу. Учителя здесь в принципе не мешают никому - и в этом они поступили правильно. Главное чтобы учитель не позволял над собой смеяться более свободным ( не связанным никакими обязательствами) детям. А может появиться и достаточно "уважаемо, престижно" выглядящий учитель, который привлекателен для детей - как не скрывающая своего материального достатка, сексуальности физичка Наташа, которая тем не менее пыталась какую-то воспитательную работу детям провести, те же театральные постановки – ее активность уважаема,но не моральные качества. Это тот самый " успешный " учитель, который, например, уведет твоего отца ( злополучный Королёв), и не будет в этом видеть чего-то предосудительного, при всех говоря о нравственности и хлопая ресничками. А ведь в более мелких школах, где все друг друга знают, это типичная ситуация, где не докажешь правды. Заключение: зачем мы всё это смотрим Сериал «Школа» — он не про мораль, не про трагедию и не про осуждение. Он — учебник. Или сбивчивое слайд-шоу о вайбовых моментах для ностальгии. Учебник выживания для тех, кто понимает,что единственный способ не сломаться — это научиться играть в эту игру. И даже получать от этого кайф. Его настоящий урок не в том, чтобы мы ужаснулись и сказали «какие ужасные дети». Его настоящий урок в том, чтобы мы вспомнили свою школу — с её подъездами, интригами, пьяными вечеринками и драматическими любовями — и сказали: «Да, это было аморально, грязно и страшно, но именно это сделало меня тем, кто я есть». Пить что попало вообще полезно для раскрепощенности и кровообращения мозгов. И если вы сейчас работаете на скучной работе, живёте в спальном районе и изредка вспоминаете школьный «надрыв» с теплотой — значит, вы прошли эту школу правильно. Значит, вы поняли главное: дисциплина и правила дают серое существование, а безумные воспоминания — ощущение, что ты вообще жил. И вот что интересно: сериал «Школа» — это ведь по сути ранний, ещё подростковый, но уже совершенно точный слепок того самого жанра, в котором позже, уже во взрослой жизни, будут существовать все эти люди. Жанр этот называется «Мужское / Женское» или любое другое ток-шоу с разоблачениями, криками, изменами и публичной истерикой, ставшее для России такой же национальной формой психотерапии, как кухонный разговор или баня. Герои «Школы» — это будущие гости этих программ, и не потому, что с ними случится что-то особенное, а потому, что сама их жизнь уже сейчас выстроена по законам такого жанра: скандал как способ коммуникации, предательство как сюжетный поворот, «ты меня не понимаешь» как главная реплика, а телекамера или пристальное внимание одноклассников — как единственный способ удостовериться, что ты вообще существуешь. Обратите внимание: практически все конфликты в сериале решаются не тихими разговорами в кабинете психолога, а громкими сценами на публику — в коридоре, на лестнице, в подъезде, при свидетелях. Потому что так интереснее и события сериала по жанру подходят именно к такому вайбу, — всё это форматы будущего «Мужского / Женского», где личная драма немедленно выносится на всеобщее обозрение и в этом акте публичности происходит её странное, почти магическое разрешение. Иными словами, «Школа» уже тогда, в 2010 году, схватила ту интонацию, ту эстетику, тот способ жить и чувствовать, который через несколько лет станет мейнстримным на федеральных каналах. Эти девятиклассники — не просто школьники из спального района, они — прототипы героев народного ток-шоу, где русская душа и коллективное бессознательное будут выплёскиваться в формате «он меня бросил, а я ему родила». Они в этом жанре родились, они в нём и умрут — потому что это, как ни крути, самый честный способ для обычного человека остаться в чьей-то памяти, пусть и в виде мема. Итак, а что же можно посоветовать? Для зумера чуть старше возраста персонажей могу сказать, что за школьниками во-первых просто интересно наблюдать, во-вторых - своими действиями они компенсируют создание движа. В школах можно сделать этот "движ" более благородным, и нацелить его на продуктивность, чтобы школьники имели не пустое существование только со своими отношениями и учебой, но и занялись чем-то значимым. И тут речь не о "пионерии" - просто о каких-нибудь мероприятиях, которые станут многоплановыми, позволят получить и ностальгию, и новые впечатления, при этом будет не для показухи, не просто ради слова, а действительно для подростков, и направлены будут на полезные действия. Создать эту схему – и вероятно, времяпребывание таких личностей будет продуктивным. На данный момент подобное делают – но будет ли это действительно эффективно, не просто ради слов и плакатов, а интересно, не осуждаемо и не будет создавать вокруг себя интриги, подобные тем, что бывают в школах? И как это контролировать? Рассуждаю как педагог-организатор, не видевший практики, но создающий методичку из терминов, которые к сожалению абстрактны (◡‿◡✿)