Глава 3: Первый звонок новой крови. Часть 1: Невозможная жизнь.

Алисия почувствовала это не как человеческую женщина. Это было не утреннее недомогание. Это был сдвиг в самой ткани её сущности. Лунные циклы, от которых зависела её оборотничья природа, вдруг стали тише, как будто море успокоилось перед рождением нового светила. Но одновременно её звериные инстинкты взметнулись до небес — инстинкт защиты стал всепоглощающим, острым, почти параноидальным. Леон, чья связь с ней была теперь магической нитью, ощутил это как двойной удар. От Алисии к нему приходили волны незнакомой, теплой, пульсирующей жизни, смешанной с её яростью. А его собственная, холодная вампирская сущность… не отвергла это. Она заинтересовалась. Как древний хищник, учуявший не добычу, а нечто столь же древнее и сложное. Его тяга к крови ослабла, сменившись новой, странной жаждой — жаждой оберегать. Страх был первым. Они обратились к Старой Матери. Та, исследуя их ауры руками из сплетённого мха и теней, долго молчала. — Это не просто ребёнок, — наконец прошептала она. — Это зарница. Вспышка того, что было, когда мир был моложе, а тени и свет ещё не разделились. Его кровь будет петь песню, забытую всеми. Она либо исцелит раскол, либо станет причиной последней войны. Он будет желаннее золота и страшнее чумы. Беременность протекала вне законов биологии. Она длилась девять лунных циклов, а не солнечных месяцев. Живот Алисии светился в полной темноте тем самым призрачным фиолетовым сиянием, а в дни полнолуния на коже проступали сложные, меняющиеся узоры, похожие то на волчьи знаки, то на вампирские руны. Ребёнок рос не по дням, а по часам, питаясь не только плотью матери, но и магией их связи.