6 глава.

      Очередное испытание тройки сильнейших. На этот раз Марьяна, Максим и Саша Шепс отправились в славный город Орёл. Героиня — Александра, которая уже похоронила троих мужей. Двоих убили, третий умер от рака. Каждый из экстрасенсов построил собственное видение. Максим посчитал героиню берегиней, и мужики с ней даже больше протянули, чем отмерено. А Саша считал, что всему виной колода карт таро, с которой героиня взаимодействовала. Марьяна же силу не чувствовала, назвав героиню Александру чёрной вдовой. Но каждый имел право на своё мнение. И всё это предвещало бурю на консилиуме, которую Марьяна лихо могла устроить. И Иван Борисович прямо потирал ручки, активно обсуждая это с Артемием. До съёмок консилиума было три часа.       Марьяна сидела в своём номере с бокалом в руках. Блики света дневного солнца красиво плескались в красном вине. Романова обдумывала своё странное состояние, которое уже длилось около недели. Волнение перед испытанием, стресс? Бывало всякое накануне выезда или вылета на испытание. К тому же была бессонница.       Эта неделя прошла странно. Повысилась чувствительность и появилось раздражение. Особенно сильно это проявилось, когда ей один из операторов показал испытание Максима. И то, что Александра к нему неравнодушна, очевидно. Надо как-то перетерпеть этот остаток съёмок, вернуться в Москву и поспать. А уже потом разобраться со своим состоянием. Марьяна решила прогуляться до Парка культуры, который находился в пяти минутах ходьбы от гостиницы. Когда Марьяна дошла до парка, то улыбка на её лице возникла сама собой. Как же красиво вокруг.       Деревья в золото-багряных тонах, частично растаявший снег на земле. Мамочки с колясками. Пожилые женщины, занимающиеся скандинавской ходьбой. Влюблённые парочки, державшиеся за руки. Также мужчины с дипломатами и женщины с рюкзаками за спиной, спешащие на работу. Марьяна двинулась в глубь парка, в более уединённое место, чтобы вдоволь попеть или потанцевать, как пойдёт. Это положительно заряжало.       Такое место нашлось. Вдалеке среди разноцветных клёнов мелькнула синяя скамейка, которая располагалась около маленького утиного пруда. Романова нашла ветку и решила подойти поближе и начертить символы, связывающие её со змеиными духами, и попросить дать ей немного уединения, чтобы сюда временно никто не приходил. Но тут Марьяна что-то почувствовала и подняла голову. И увидела Максима на какой-то полянке.       Максим кормил голубей разных окрасов: в основной массе были серые, мелькнуло штук пять белых, трое коричневых и один белорыжий. Прямо на Марьяну похож. Птицы клевали пшено, чуть поодаль скакали вороны, чёрные с серым, выясняя отношения за куски колбасы. Левин вставил сигарету в рот и чиркнул зажигалкой. Его тоже привели сюда думы об испытании, а точнее то, что произошло потом, вне камер. Они с Александрой встретились за кадром вдали от любопытных операторских глаз. Александра заявила Максиму, что хочет пообщаться тет-а-тет в более интимной обстановке. Максим усмехнулся и сказал, что они вроде и так пообщались уже, играя в казаков-разбойников, убегая от операторов. Только стрелочки не рисовали. Если в магическом плане вопросов нет, то пора и честь знать.       Хотя и ежу понятно, что Александра флиртовала. Максиму это льстило. Женское внимание подпитывало его, дарило вдохновение. Колдун со шрамом мог в ответ пошутить, пофлиртовать, сделать комплимент. Но никогда Максим не заходил за рамки — вполне хватало и этого, чтобы получить положительные эмоции и подарить взамен. Александра прижала Максима к стене, действуя активнее, чтобы он понял уже. Героиня — огонь, и локоть откусит. Максим вырвался из цепкой хватки и пошутил, что инициатива — это прекрасно. Но с ним не по пути. Совсем. Понятно, что берегиню тянет к нему, как к колдуну, который выдержит и не сдохнет.       Максим объяснил, что обычного мужика ждут вилы. Другое дело — колдун помоложе. Вот у него энергии хватит, плюс он более эмпатичный. И научит силой управлять попутно. Даже лет десять разницы вполне терпимо, но лучше пятнадцать. Героиня понимающе кивнула, но погрустнела. Максим пообещал подогнать амулет, который посодействует в поисках. Александра улыбнулась и вскоре ушла.       Максим прямо выдохнул и тоже направился в парк. По пути колдун со шрамом купил пшено, пирожки с малиновым вареньем и картошкой и стал размышлять о том, что женское внимание приятно, но очарован одной единственной женщиной, и ей все сливки и достанутся, собственно говоря. Рыжеволосая такая, с глазами цвета небесного свода, с татуировкой змеи в зоне декольте, которую он любил осыпать губами в интимные моменты. С Марьяной Максим чувствовал себя моложе, живее. Да и она расцветала рядом с ним. И глаза её голубые сияли. Марьяна — буря в стакане, но желанная всегда. И нахрен никто больше не нужен. Ну, вот так рыжеволосая шаманка засела словно заноза в колдовскую душу. И постоянно о ней мысли. И Левина это устраивало.       И вот даже сейчас стоит, красивая, но расстроенная. Приревновала, ведьма, но промолчит, а потом в один прекрасный день магически вернёт должок. Особенно если настроение будет скверным. Сгоряча ведьмы способны наворотить много чего нехорошего. Ну, надо устроить ей марафон потрахушек в гостинице, чтобы почуяла, что одна у него такая вот особенная. И на носу себе навсегда зарубила. Перед консилиумом время есть. Но для начала расположить, откопать в ней подходящее настроение. Максим направился в сторону Марьяны, а затем вручил ей кулёк с пшеном. И кивнул головой в сторону пруда.       Романова сжала кулёк, а затем направилась к пруду и стала спускаться по каменной лестнице до предпоследней ступеньки. Левин с интересом за этим всем смотрел. Марьяна присела на корточки и рассыпала пшено на последней. Утки, селезни, не улетевшие на юг, дружной компанией подплыли. Марьяну немного качнуло в сторону воды, и она было бухнулась, но Максим поймал её за воротник и оттянул назад, а потом протянул руку.       Марьяна взяла его за руку, поднялась и благодарно кивнула. А затем шаманка и колдун направились к скамейке и сели. Утки с селезнями вовсю клевали пшено. Марьяна ощутила лёгкое щекотание внутри своей ауры. Тёплое, словно ласковое поглаживание мамы по голове. Максим улыбнулся и достал из рюкзака мешочек, в котором лежали пирожки с картошкой и малиновым вареньем, и термос с горячим шоколадом. Пирожки вкусные, ибо Максим слопал парочку и оценил.       Марьяна поблагодарила и принялась есть, отпивая из крышки горячий шоколад. Вкусно, сладко и сытно. Пернатые к этому моменту почти склевали угощение. Максим выбросил окурок в мусорку, дождался, пока Марьяна доест, и горячо поцеловал её в губы, крепко обнимая за талию. Сладкий поцелуй со вкусом теста и малинового варенья и жареной картошки. Марьяна ощущала на губах табачную горечь и чувствовала опьяющий аромат его одеколона. И ей нравилось.       Позже Марьяна с Максимом добрались до номера Максима в гостинице, частично сбросив одежду в коридоре гостиницы, в прихожей номера. Максим взял Марьяну буквально на пороге спальни. Неистово целовал везде, касался рьяно, местами грубо, словно моряк, который после годового отсутствия добрался до берега. Дорвался до женщины. И совершенно ничего не соображал. Движимый страстью. Без каких-либо манер.       Глубокие толчки, укусы, довольно чувствительные. Умеренный темп, переходящий в быстрый. Его руки ласкающие её тело и его страстные поцелуи везде. И стоны Марьяны, иногда переходящие в рычание или вой. Её ногти, царапающие его спину. Максим говорил довольно прямолинейные комплименты, но Марьяне они нравились. Было в них что-то собственническое и завораживающее.       Как итог — приятная усталость и дрожащие ноги. И Максим, который укрыл пледом и поцеловал в макушку. Позже, лёжа в обнимку под пледом, Марьяна поняла, что она единственная, любимая, и чёрт с ним, что на испытании произошло. Доказал — так доказал. И не было теперь никаких сомнений. Особенно после фразы, что маловато поработал, надо ещё пару раз. Ибо такие дикие вопли в сексе прямо дарят вдохновение. И хрена лысого он теперь оставит её в покое…       А вот на консилиуме было не так жарко. Обсуждались возможные решения проблемы, как и всегда. Но Марьяна и не очень активно спорила. Саша даже был удивлён. И Максим подарил Александре кольцо. Как и обещал, подсобил с амулетом, который притянет молодого колдуна, достойного соратника по жизни. И Александра уже поверила в это, мысленно представляя своего будущего соратника, молодого колдуна.       Марьяна восприняла это спокойно, ибо настроение было великолепным. Но захотелось второй части марализонского балета, где снова она желанная. Романова вспомнила своё журналистское прошлое, где приходилось внедряться в разную среду, чтобы потом написать статью. И сыграла роль, без истерик, но подкалывала Левина. Максим усмехнулся, ну Марьянка дала огня. Ну, раз дама просит. Он не против. В этих выкрутасах на камеру даже что-то есть завораживающее.       Потом, позже, в своём номере Максим снова доказал Марьяне, что желанна и любима им. Немного по-другому, но это тоже вскружило рыжеволосой шаманке голову. Колдун со шрамом был привычным, дарящим ласку, постепенно распаляя. Поцелуи в губы, в шею, плечи и в татуировки её — в змейку в зоне декольте и имя Лилит на древнем языке на тыльной стороне руки: от кисти до локтя. Его руки, касающиеся её тела, вызывали приятную дрожь. Медленный и дразнящий темп, постепенно нарастающий. Марьяна достигла оргазма с шёпотом его имени на губах и со слезами блаженства на щеках. И уже потом придя в себя на шёлковых простынях, поняла, что она самая счастливая женщина на свете. Сейчас. Сегодня. И теперь, кажется, всегда.       Максим позже организовал ужин, довольно сытный: спагетти с сыром, куриная котлета, салат из креветок и графин апельсинового сока. Было сытно. И после ужина Марьяна заснула в объятиях Максима. Под его голос, сладкий, словно мёд, рассказывающий как будто сказку, случай из жизни про одного дурачка, который на месте силы чушь сотворил. И если перед испытанием Марьяна не спала, так как Максима не было рядом, то теперь заснула, не дослушав рассказ до логического завершения. Последнее, что Марьяна ощутила перед сном: руку Максима, которая гладила её щёку, следом поцелуй в висок. И то, как потом колдун обнял, прижимаясь ближе, и шёпотом пожелал сладких снов.              

День спустя в московской квартире Максима:

             Марьяна покрутила педали на велотренажёре, приняла душ, высушила голову, вплела искусственный рыжий хвост, и теперь собиралась помедитировать под мелодию тибетских чаш. Но внезапно ощутила накатывающийся приступ тошноты и еле успела добежать до унитаза. И её вывернуло. Неужели от вчерашних креветок? Хотя Максиму нормально, он убежал бодрым на встречу со своим редактором по поводу будущей книги.       Марьяна решила сделать тест на беременность, чтобы исключить это и искать причину своего состояния дальше. К тому же настроение скакало от плаксивости и раздражительности. Наступающий климакс был второй версией. Романова, как и обещала после съёмок консилиума, решила разобраться, что с ней эту неделю происходит. И вроде на консилиуме уже была норма. Но в зале ожидания на вокзале снова накрыло. Плакала над мультиком «Мама для мамонтёнка». Максим тогда знатно охуел. Но успокоил, посчитав, что Романова просто перетрудилась.       Марьяна сделала тест, и результат был настолько ошеломляющий, что она присела на пол. Марьяна была в шоке. Ибо тест показал две яркие полоски. Марьяна нервно рассмеялась, вспоминая свой осмотр у гинеколога полгода назад. Та сказала ей, что можно отменить приём противозачаточных и ни в чём себе не отказывать. Хотела бы она видеть лицо своего гинеколога сейчас. Вот уж действительно подарок от Максима Николаевича Левина. Марьяна решила сделать ещё несколько тестов. Вдруг бракованный. Но все они оказались полосатыми. Все девять. Романова встряхнула рыжие волосы. Ужас, катастрофа.       И слёзы полились само собой. Марьяна провела дыхательную практику, пришла в себя. Ребёнок уже зачат, и она точно его оставит. Марьяна улыбнулась, но поняла, что совершенно не хочет афишировать своё положение. Пока. И даже Максиму пока не хотела говорить. Через несколько часов будут съёмки в усадьбе Стахеева. И надо на них сосредоточиться. Хотя не очень хотелось туда ехать. Хотелось остаться здесь, в квартире Максима. Или уехать к чёрту на куличики, в какую-то деревню со змеями, проводить практики, говорится, к родам.       Марьяна вышла из ванной и рванула к чемодану, откуда достала кинжал, красные свечи и потрёпанную тетрадь со своими написанными от руки заговорами. Попутно Марьяна прислушалась к своим ощущениям. И да, тёплая энергия была внутри живота. Так она постоянно чувствовала беременных на улице, в кафе, в торговых центрах. Романова погладила плоский живот и не передумала скрывать беременность. Уже потом, в более спокойной обстановке, расскажет Максиму. Марьяна нашла шалфей, который насыпала в миску, подожгла, порезала безымянный палец кинжалом, подняла футболку и уже собиралась рисовать защитные скрывающие символы на животе.       Но тут раздался настойчивый звонок в дверь. Марьяна махнула рукой и начертила символ. Но звонки не прекращались. Романова разозлилась и уже собиралась наслать проклятие. Но вспомнила, что колдовское слово имело силу. Да и интуиция подсказывала ей, что вернулся отец её ребёнка. И она в его квартире. И он опять забыл забрать дубликат, вручив ей свои ключи ещё перед поездкой на испытание. Романова открыла дверь, а затем страстно поцеловала Левина и сообщила, что хочет его прямо в ванной. И чтобы он ждал её там. Максим не сдвинулся с места. Он чувствовал, что Марьяна что-то ему не договаривала. Марьяна возмущалась, что теперь хрен попадёт в финал «Битвы сильнейших» и принялась колотить грудь своего благоверного.       Левин дождался, когда Романова возьмёт паузу, а затем закинул на плечо и донёс до комнаты. И поставил на пол. Марьяна тут же швырнула в него несколько журналов. Максим же заинтересовался ритуалом и схватил тетрадку. Там был написан текст на русском. Красивым, среднего размера почерком. Романова же почувствовала новый приступ тошноты и побежала в ванную. Левин дочитал заговор и усмехнулся. Вот и причина в поведении на вокзале, да и в принципе эту неделю. Беременные женщины — это бушующий шторм. Он этот шторм укротил, доказал, что любит по-свойски, по-левински. Теперь придётся укрощать всегда. И заботиться вдвойне.       Максим усмехнулся, думая про себя: да, Левин, тебе почти полтинник, а ты вёл себя как подросток, совершенно позабыл, что презервативы надо надевать. Не иногда, а всегда. Но критическое мышление махнуло ручкой. Ибо гормоны бушевали так, что вообще об этом не думал. Получи, распишись, Максим Николаевич. Сорок плюс это не восемнадцать, но результаты идентичны. Девочка может залететь и в возрасте рыжеволосой шаманки. И у него была знакомая семейная пара, которая стала родителями в 50. Причём без ЭКО. А вполне себе естественно. Расслабились и получили. Как и они с Марьяной, собственно говоря. Максим был железобетонно уверен, что и родят, и воспитают. И он всегда будет рядом. И решил познакомиться со своим будущим ребёнком и настроился на частоту Марьяны. И вскоре почувствовал виток зарождённой жизни. Максим улыбнулся и направился к Марьяне.       У Марьяны был длинный рыжий хвост, который она держала высоко над головой, а у самой был токсикоз вовсю. Максим прошёл, присел рядом на корточки, а затем забрал у неё волосы. Романова упёрлась руками в унитаз, а затем её продолжило выворачивать. Марьяна мучилась и ненавидела то, что Максим увидел её в самом уязвимом состоянии из возможных. И шаманка была теперь уверена, что колдун со шрамом всё понял. А ведь ещё дурацкие съёмки в гот-зале вечером. Где тоже будут волнения. Накалённая атмосфера и тема кольца всплывёт и будет обсуждаться. Обсасываться. Под восторженные вопли Ивана Борисовича за кадром. Когда активная стадия токсикоза закончилась, то Марьяна поднялась, умылась. А затем её немного пошатнуло, и Максим её поймал, а затем отнёс и положил на диван. Марьяна устроилась на подушках и стала исподлобья смотреть на Максима.       — Левин, без комментариев! И, как ты только выдержал это всё и не умер! — с сарказмом проговорила Марьяна, которая не хотела оправдываться за ритуал и поэтому сделала выпад.       — Собственно говоря, токсикоз не самое страшное, что я в жизни своей видел. Блять, как, я дочь соседа лечил от подселения было эпичнее. Она кровью с могильной землёй блевала и ещё чем-то. Около часа с перерывами. Вляпалась девчонка в магию, хотела жену одного мудака со свету сжить. Ну, и, получила, дура по полной программе! А, я взаимодействуй, лечи! Сосед прямо уговорил. Мужик он мировой, ну, а то, что дочку упустил, каждый не застрахован. Да, и, Манька, хорошая, красивая, просто не тех притягивает. Тоже кстати кольцо ей подарил. И нашла парня потом нормального, — проговорил Максим, а затем снял кулон, сжал его и положил Марьяне на живот.       Марьяна почувствовала, как из ладоней Максима через кулон распространяется тепло. Становилось легче. Романова прямо ощущала, как все эти неприятности, токсикозные, уходят. Левин ещё что-то типа шептал, но нельзя было расслышать. Максим обращался к своим силам, но вопрос этот был интимный. И он считал, что Марьяне не обязательно это знать. Когда сеанс закончился, Романова поднялась, поблагодарила Левина, а затем направилась на кухню. В микроволновке были голубцы, которые она благополучно забыла разогреть. Забывала кстати о чём-то часто, но ничего серьёзного. Пришлось разогреть. Марьяна достала из холодильника банку сгущёнки, а затем забыла, где у Максима лежит открывашка. Но и зависла. Максим порылся в ящике, достал открывашку, а затем без труда вскрыл банку и вручил женщине, которая ждала от него ребёнка. Теперь полнейшая ответственность. И это он понимал.       Марьяна ела голубцы, приправленные сгущёнкой. Она раньше считала, что эти все беременные пристрастия в еде — миф, выдуманный. Ибо у неё такого не было в первую беременность. Но теперь. На что Максим подпёр рукой подбородок, присаживаясь, и сказал, что это его отцовские гены сладкоежки проснулись. Романова улыбнулась и провела рукой по лёгкой щетине отца своего будущего ребёнка. Левин поцеловал её в запястье, встал, открыл холодильник и увидел остатки окрошки в герметичном контейнере. Окрошка на квасе, как он любил. Ну, и на кефире тоже уважал. Максим уточнил, нужно ли Марьяне. На что шаманка отказалась. Колдун со шрамом приступил к трапезе. Доели и поднялась тема съёмок.       — Сегодня съёмки в гот-зале! Жалко нельзя перенести. Ну, не факт, что я снова не сорвусь. Причём, даже самое невинное в виде песенки для мамонтёнка может вывести меня на эмоции, — усмехнулась Марьяна, а затем убрала последний голубец в холодильник, направляясь в свою комнату.       — Ладно, хрен с ним, отдыхай. Буду отбиваться сам. А если спросят, где ты, скажу, что после любовных утех восстанавливаешься. Тем более, да, иногда ты после оргазма спишь. Минут тридцать-сорок. А я любуюсь этим созданным творением, собственно говоря. Ибо кисточка моя, ети его мать, поработала как надо. Ибо такой шедевр на выходе, — рассмеялся вдогонку Левин, понимая, что шаманка хандрит, и решил её таким образом взбодрить.       Марьяна вывалила вещи из шкафа на кровать. Их было не так много, но она не успела перевезти к Максиму все свои вещи. Но и среди перевезённых были отличные наряды. Романова отложила выбранный наряд в сторону и сообщила, что поедет на съёмки в гот-зале. Но Левин словно воды в рот набрал. Марьяна вскочила и побежала на кухню. Максим стоял на балконе и курил, смотря вдаль. Но тут Левин словно что-то почувствовал и развернулся. Романова улыбнулась. Редко он когда на балконе курил. Любил кофе с утра попить, покурить и просто побыть наедине с собой. Теперь вот ради неё будет курить там всегда. Максим сообщил, чтобы она одевалась, ибо, ежели что, он тоже прогуляет.       Минут через два двадцать Марьяна с Максимом уже ехали в сторону усадьбы Стахеева. Доехали до заправки. Левин вставил заправочный кран в бензобак и отправился оплачивать. Романова включила мобильный интернет и решила полазить по соцсетям. Увидела вчерашнее фото Изосимовой. Ангелина с обнимку с Олежей валялась в постели, ела домашние чипсы со сметаной, на заднем фоне был виден телевизор и кадр из фильма «Ешь, молись, люби». Ангелина была счастлива с горящими глазами. И ниже от бабоньки был рецепт чипсов. Марьяна улыбнулась.       Ей нравилась такая Ангелина: беззаботная, счастливая, делящаяся рецептами. Это хороший признак. Когда Ангелина слала рецепты, значит, на личном фронте всё спокойно и отлично. Марьяна решила ответить на рецепт и скинула геолокацию крутого мясного магазинчика, где Максим купил мясо для шашлыка и охотничьи колбаски, которые потом пожарил. И они это съели, любуясь северным сиянием на крыше её многоэтажки. А потом спустились в квартиру и завершили вечер, наслаждаясь друг другом в ванне с пеной.       Максим вскоре вышел из здания, дошёл до машины. И вскоре литры на табло побежали. Марьяна осознала, что безумно хочет хот-дог. Даже живот заурчал. Романова стала рыться в сумке. А потом, когда подняла голову, то увидела лицо Левина. Марьяна открыла дверь и сообщила, что сходит за хот-догом. Максим кивнул, вручил ей карточку, а затем вернул заправочный пистолет на место и закрыл бензобак. Марьяна и сама могла расплатиться, ибо карточка была при ней. Но Максим её балует. И это было приятно. Марьяна направилась в кафе при станции АЗС. Максим же отъехал, чтобы очередь за ним не прокляла. Тут же позвонил по видеосвязи его друг, барабанщик Андрей Каталкин, или Каталыч для самых близких. Левин ответил на звонок. Марьяна сидела за столиком в ожидании заказа. Помимо хот-дога в заказе ещё была большая картошка фри и крылышки. Внезапно захотелось. Вдруг в телефоне пикнуло уведомление в телеге.              Сообщение было от бывшего друга. Отношения с ним давно испортились. Но Марьяна любила потренироваться в язвительности на нём и всегда доводила его до истерики и соплей. Хороший был тренажёр. Но в этот раз что-то пошло не так. Он просто записал кружочек, в котором говорил, что ебал её в рот, ибо она ему жизнь сломала. Товарищ был в дрова. Но Марьяна текстом довольно цинично ответила, что тот её заблокировал и пообещал лично сжечь на костре. Потом принесли заказ, который Марьяна стала есть, попутно отвечая на вопросы в личке обратившихся и учениц.       Когда Романова доела, то крепко задумалась о выражении бывшего козла-друга. Зацепился мозг за это хамство. И его голос загремел в голове. Звучала та мерзкая фраза. Марьяна бросилась в женский туалет и там дала волю эмоциям. Максим зашёл в кафе после разговора с Каталычем и почувствовал переживания Марьяны, и направился в сторону женского туалета. И вошёл, увидев зарёванную Марьяну у окна.       — Максим, можешь уйти, пожалуйста, — произнесла Марьяна умоляюще.       — Хера лысого я уйду! — грозно процедил Максим, а затем взял Марьяну осторожно за подбородок и более спокойно произнёс, — Ну, говори, что стряслось? И, собственно говоря, если надо, простоим тут до завтра. Просрём съёмки. Да и хуй с ними. Заплачу штраф за нас обоих, точнее за троих. Ибо ребёнок тоже саботирует, в лучших традициях своих мамки и папки. Кстати, выиграет кучу рук, когда подрастёт. Вот, зуб даю. Будет вопить вороном и материться как сапожник, лютейшая смесь. Вся нечисть разбежится.       Марьяна рассмеялась сквозь слёзы, а затем показала кружочек. Максим отпустил её подбородок и уставился в телефон. Марьяна высморкалась в бумажную салфетку и вытерла слёзы. Максим достал свой мобильник, забрал её и удалился. Вернулся через десять минут и отдал Марьяне её телефон. Бывший приносил свои извинения и клялся больше так не делать. Рыжеволосая шаманка изумлённо посмотрела на Максима. Перевоспитание было на лицо. Моментально. От этого человека редко было сложно дождаться извинений. А у Максима получилось это выбить. Марьяна поцеловала Максима в губы, а затем обняла его за шею и уточнила, что же он сделал с её бывшим другом. Максим просто сказал, что нашёл и написал ему в личку. Прислал скрин и предложил встретиться и сказать ему, как мужику Марьяны, это лично в лицо. Перед этим позвонил знакомым и попросил пробить по базам. Бывший друг прямо охуел, когда назвали его ФИО и питерский адрес. И спесь сразу спала. И он извинился и пообещал, что перед Марьяной тоже извинится. Не соврал.       — Максим, что-то день сегодня не задался! Настроение моё в любой может испортиться. Примитивное хамство человека, которого я когда-то считала другом. А гот-зал — это замкнутое пространство, и эмоции накаляются ещё сильнее. Что-то намеренно подогревается. Я люблю шоу «Битва сильнейших». Интересно взаимодействовать с людьми, попавшими в сложные ситуации. Решать их проблемы, раскрывать тайны. И даже подкалывать мужчин в гот-зале. Остальное я тоже люблю. Просто вне кондиции. Ну, баба-конь устала, — рассмеялась Марьяна.       — Да, и у меня уже режим опекающего включился! Не выдержу я ни одного ёбаного выпада в твою сторону! Сразу порву, как тузик грелку! Так что скорее по пизде съёмки пойдут опять! Хотя к операторам у меня вопросов нет. Пыхтят ребята, честно едят свой хлеб. И сценаристы с режиссёром тоже трудятся на благо шоу. Только этот уёбок Тёма мутит что-то. Но, бля, моя женщина беременна! Так что тут, собственно говоря, только один выход! Максимально уберечь тебя от переживаний! Мне главное сейчас, чтобы ты была стабильна, и наш ребёнок спокойно в животе ждал своего часа появления на этот свет, — нежно и трепетно проговорил Максим, а затем поцеловал Марьяну коротко в губы.       — Ох, Максим, — лишь промолвила Марьяна, поглаживая его по шраму.       И уже через пять минут они ехали по трассе. Максим достал термос, в котором был чай, и попросил Марьяну выпить его. Марьяна удивилась, но выполнила просьбу. Максим тоже отпил из крышки и прошептал какие-то слова. Марьяна решила уточнить, что это за чай, и Максим объяснил, что данный чай и заговор защищают ребёнка от негативного влияния переживаний мамы. И всё это будет доставаться отцу. Мол, эмоции будет испытывать Максим в процессе их зарождения. А Марьяна выдавать в реальность с мимикой, голосом и прочим. Как одно целое будут работать. Романова аж оторопела от такого заявления. Левин, оказывается, и на такое способен.       Марьяна стала уточнять, откуда он такое выдумал? На что Максим спокойно объяснил, что данное ноу-хау придумала его племянница. Когда ей был лет пятнадцать. Хотела, чтобы парни чувствовали всю боль вместо неё при расставании. А она была бы словно пустой. Ну, и ей приснился родовой бес, который насоветовал, что именно и как нужно делать. Ну и какое-то время племянница так развлекалась. Сначала абсолютно искренне, а потом уже специально. Ну, и Максим объяснил ей, что это поганое дело, и нужно использовать только по делу, а развлечение может плохо закончиться. Ибо откат прилетит.       Ну, и чай стал храниться у сестры. Ну, а потом Левин стал его использовать, доработав заговором, чтобы понять, что происходит с теми, кто от него закрывался магическим заслоном, иногда неосознанно, и убрать этот заслон было сложно или же вообще никак. Ну, и клиентам, мудакам, потом стал давать, которые не понимали суть своих беременных дам или жён, недавно родивших. А сегодня утром Максим заварил чай, потому что почувствовал, что пригодится. И действительно пригодился.       

Полтора часа спустя:

      Ангелина с Олегом подходили к зданию, в котором располагался гот-зал и прочее. Настроение у колдовки и медиума было великолепным. Несмотря на мелкие бытовые неурядицы, и ссору. Олег порвал Ангелине бельё и безумно этим гордился, ибо так её хотел, что не выдержал. За что Ангелина влепила ему пощёчину звонкую, и они потом помирились на столе, правда потом пришлось убирать осколки тарелок, слетевших со стола в порыве страсти. Тишь и благодать наступила в квартире Олега. Но потом Шепс снова накосячил. Изосимова достала пачку тампонов и направилась в ванную. Голова заболела. И так всегда было перед месячными. Плюс она всегда точно определяла дату и время. Олег искренне удивился, почему у неё не климакс.       Ангелина приложила его крепким словцом и пообещала с лестницы спустить, но так как голова болит, то шваброй его ёбнет. Олег ушёл, но вернулся с пакетом вкусняшек и спазмалгоном. И приводил Ангелину в порядок, даже ванночку для ног ей сделал. Крепкий чай с чабрецом. И бабоньке полегчало. Ангелина сначала отмахивалась, ругалась, но потом позволила за собой ухаживать. И Олег дал ей эту заботу и внимание. И колдовка даже задремала в кресле во время массажа ног. Пальцы Шепса были нежными, мягкими, тёплыми. И Ангелина практически сразу отправилась в царство Морфея. Олегу безумно не хотелось её будить, но подходило время съёмкок, а нужно было ещё доехать до усадьбы Стахеева, заранее выехав, ибо пробки. Разбудил, его обматерили и послали во все возможные места. Шепс усмехнулся, что туда направлять надо тех, кто съёмки придумал. Изосимова согласилась и отправилась собираться.       Ангелина с Олегом шушукались, смеялись, щипались перед усадьбой Стахеева. Вели себя как дети и попутно ели конфеты, которые Шепс захватил из дома. Саша периодически поглядывал на них во время разговора с Владом. Старшему Шепсу было радостно за младшего брата. Просто он редко видел Изосимову в таком хорошем настроении. И это было странно, словно затишье перед бурей.       Марьяна ходила и что-то писала в телефоне, постоянно улыбалась. Максим не отходил ни на шаг и был постоянно рядом с матерью своего будущего ребёнка. Юлий с Тимофеем обсуждали, как звук влияет на сознание. Руденко не всегда соглашался с Котовым. Вика же подошла к Саше и Владу и что-то с улыбкой стала рассказывать.       Съёмки не задались с самого начала. С захода в здание. Ангелина упала, поскользнулась на листве, Олег успел её поймать. И так уж получилось, что упали вместе. И Изосимова прямо на Шепса и даже как-то умудрилась стукнуть его локтём в причинное место. Примирение рухнуло, как сломанный карточный домик. Олег выругался, что Ангелина его чуть не прибила. И даже спасибо не сказала. А он её спас. Ангелина в долгу не осталась, послала нахуй и пообещала отрезать член серпом. И что в спасении она не нуждалась. Ну, и вспыхнуло. Саша посчитал, что прогресс уже есть. Не ругались несколько часов. И надеялся, что вообще перестанут. Но, явно, не сейчас.       С горем пополам заход в усадьбу Стахеева сняли. А там уже всё пошло так, как надо. Тема оценок Максима перекликалась с кольцом. В восьмёрке даже два кольца увидели. Ангелина тоже подкалывала, развлекалась. Но, скорее так, чтобы Олега подёргать. Но Олег словно не обращал на это внимание. И заявил, что занят на всю страну. Ангелина улыбнулась и даже ласково на него посмотрела. Также Максима подозревали в подвохе. Но Вика поддержала, увидев в этом сильный жест покровительства. И это вызывало у Райдос уважение к Левину. Ибо сама бы она не решилась расставаться с намоленныии вещами. Марьяна была согласна с Викой, ведь слышала историю про дочь соседа Максима. И от Юлика десятка, прямо удивительно.       Когда очередь дошла до оценок Марьяны, то Максим прямо ощутил всё её внутреннее напряжение. Ибо шестёрка от Олега Шепса Марьяну сильно расстроила. И она естественно стала с ним спорить и припоминать, что он на неё обиделся. Олег тоже поспорил, потому что забывать все эти разговоры про яйца не хотел. Плюс ещё ревность к Ангелине отразилась. И докипел он только сейчас. И опять дошло дело до Юлика. Светловолосый мистик звука чертил, рисовал, постоянно оценку исправлял. Но в итоге поставил семь. И сказал, что с версией не согласен.       Максиму было тяжело, ибо эмоции Марьяны прямо разрывали его изнутри. И колдун со шрамом понимал, что рыжеволосая шаманка просто стала чувствительной. И она научится с этим жить, привыкнет. Но не сразу. Ибо беременность для организма — шок, но он перестроится. Марьяна и сама это знает, но гормоны будут иногда ебашить. Но, ничего страшного. Рвануло Максима, когда по щекам Марьяны потекли слёзы. А Левин ощутил всю боль, всё разочарование и обиду за то, что она игрушка для хейтеров. Сливной бочок для их негативной энергии. Накопительный эффект. Плюс гормоны. Максим подошёл к Марьяне, вытер ладонями её горячие слёзы, крепко поцеловал в губы, обнял и прижал к себе. Марьяна обняла его в ответ. И Иван Борисович объявил перерыв на съёмки. Впервые на сегодня. Успех, по сравнению с прошлым финальным гот-залом.       — Максим, ты, что реально всё вместо меня ощущаешь? — с улыбкой пролепетала Марьяна.       — Ну, серьёзно! Ты возбудилась! А как итог, я сам себя хочу теперь? — возмущённо прошептал Максим.       — Господи, Левин, ты такой дурак! — рассмеялась Романова, хлопая его по плечу.       — Прекращай, ну серьёзно! Мне твоё возбуждение нахрен не нужно! А то выебу прямо сейчас! — выругался Левин, а затем более спокойно добавил: — Просто надо опять чайку хряпнуть, чтобы твои эмоции к тебе вернулись. Чтобы я немного передохнул, и потом снова за нас двоих буду чувствовать.       Минут через пять Максим с Марьяной уже страстно целовались в машине. Марьяна теперь ощущала весь спектр эмоций самостоятельно. И ей было от этого прекрасно! Максиму тоже было хорошо! Он не вёз груз двойных эмоций. И теперь отвечал только за себя. Но двойное возбуждение всё-таки сыграло с ним злую шутку. И Левин безумно хотел Романову. И это было взаимно. И пусть весь съёмочный процесс подождёт. А потом он снова будет чувствовать за двоих. А пока же будет ласкать, целовать любимую женщину и не только…       Ангелина стояла в дальнем углу гот-зала. Настроение у неё было не такое паршивое, но всё же Олег подошёл к ней и вручил подарочный пакет. Изосимова залезла в пакет и с удивлением обнаружила, что там было нижнее бельё её размера. Вот же Шепс, гад, всё-таки исправляется прямо на глазах. Главное, чтобы и дальше исправлялся. А то он только в начале пути. Но, она готова простить его прямо сейчас.       — Бельё охуенное, но вдруг я в следующий раз локтём прицелюсь специально, — усмехнулась Ангелина.       — Я плётку ещё заказал, так что охлестаю тебя, — проговорил Олег, показывая второй подарочный пакет, а затем тоном змея искусителя добавил: — Или хочешь наказать меня за то, что я подвернулся под твой локоть?       — Милок, ну, язык враг твой, давай плётку, — потребовала игривым тоном Ангелина. — Можно сказать, что прощён.       На что Олег подошёл к Ангелине, обнял и страстно поцеловал в губы. Ангелина ответила на поцелуй, прихватывая его за щёки, отвечая с тем же желанием. Этот тёмноволосый кудрявый мальчишка с глазами цвета грозового неба что-то в ней открыл давно спрятанное и закрытое на семь печатей, чтобы не было больно. И вот она начинала оттаивать, открывать в себе ту самую влюблённую девчонку, которая любила танцевать на балконе и любоваться облаками. Шепс разорвал поцелуй, а потом выругался, хлопая себя по лбу. Изосимова удивлённо приподняла бровь. Олег извинился перед ней за то, что так горячо поцеловал, распыляя в ней желание. Ведь у неё сейчас такое состояние.       Ангелина усмехнулась, назвала его дураком и напомнила, что состояние временное, слава богу. Да, и к тому же у него есть пальцы, ежели что. А плётку можно использовать когда хочешь. Олег погладил её по щеке, а Ангелина обвила его за шею и поцеловала крепко. Его руки оказались на её талии. Вновь увлечённые друг другом. Сашка любовался ими издалека. Олег был счастлив, и это было самое главное. Много было у него искусственных, красивых кукол до, но Ангелина настоящая, живая, страстная, любящая, принимающая чувства и также легко отдающая их. Старший Шепс понимал, что не всегда будет просто у них. Но всегда готов был помочь брату, если возникнет какой-нибудь чп на любовном фронте. Советом, подзатыльником, в зависимости от поведения. Второе особенно, когда у Олега возникает ребячество в одном месте. И не всегда терпелив. Но влюблён и любим, и это самое главное. Остальное второстепенно.       

***

      Марьяна крутилась перед зеркалом, нежно положив руку на живот. Гот-зал отсняли. И теперь можно насладиться реальной жизнью. Максим был в магазине, покупал киви и бананы. Правда, Романова в течение получаса накидала в переписке ещё несколько хотелок, которые Левин не прочитал. Марьяна пожала плечами, ну, не судьба, так не судьба. В конце концов, она и сама потом сходит. В её положении даже полезно. Кухня была пропитана романтической атмосферой. Свечи, салат оливье, тортик и курица по-пекински, и два графина с соком: томатным и апельсиновым. После бешеного дня хотелось немного покоя и сосредоточенности на себе. Квартира Максима была пропитана какой-то энергией. Но всё-таки в Питере энергия в его доме была сильнее, с его слов, и он обещал её туда свозить. Кстати, надо будет обсудить, где они будут жить, когда живот станет больше. И решить, где она будет рожать.       Марьяна была в красивом светло-зелёном платье с цветами. В нём она впервые увидела Максима на съёмках, когда пришла вместо Ольги Якубович. Раздался звонок в дверь. Марьяна отправилась к двери и посмотрела в глазок. Левин стоял, держа кучу пакетов в руках. Романова пожала плечами, а затем открыла дверь. Максим зашёл в квартиру, занося шесть пакетов, а затем разулся и стал поочерёдно таскать на кухню. Марьяна решила помочь и схватила за ручки, с её точки зрения, лёгкий пакет. Максим пришёл, покачал головой, а затем жестом попросил вернуть пакет. Романова вернула пакет, закатывая глаза. Ведь пакет был даже не тяжёлый. А её уже записали в парализованные бабки после инсульта.       Максим отправился мыть руки, по пути целуя Марьяну в лоб. Вернулся и стал рассовывать продукты по холодильнику и шкафам. Марьяна активно помогала. Позже, когда дело было сделано, Марьяна присела на стул. Левин сел напротив, решая, что за дубликатом сходит завтра. Романова закинула ногу на ногу, перекрестила руки на груди, а затем посмотрела своими голубыми глазами в карие глаза своего мужчины. Хотелось кое-что обсудить, чтобы в дальнейшем не было разногласий.       — Максим, ты меня всегда теперь опекать будешь? — спокойно поинтересовалась Марьяна, она не злилась, просто хотела выяснить.       — Блять, ну, естественно! Ты носишь моего ребёнка под сердцем! И, естественно, я буду, как пришибленный, над тобой порхать. Потому что я счастлив, нахрен. С зачатием ребёнка так и происходит. Стоит расслабиться, и, как говорится, получите сектор приз на барабане. Ожидал я, что у нас так получится. Ну, собственно говоря, нет. Но, Марьянка, теперь я реально на седьмом небе. Как после охуенного секса, ну, серьёзно! Мир к твоим ногам не брошу, но что-то более приземлённое — запросто. Мне бес наш родовой намекнул, что за ребёнком уже мои родичи стоят. А не только твои. Так что двойная колдовская родовая защита.— речь Максима была наполнена восторгом, нежностью, юмором и любовью.       — Боже мой, — лишь смогла вымолвить Марьяна и улыбнулась. Она никак не ожидала, что Максим вот так вот выдаст эмоции. Он в принципе редко проявлял чувства. А тут у неё по щеке покатилась слеза.       — Ну, и чего опять ревёшь, рыжая? Из-за пакета ебучего обиделась что ли? Но хрена лысого ты будешь тяжести таскать! Гулять, йогой заниматься, да, хоть маткой дышать, сколько угодно! Остальное я на себя возьму. Ну, если тебе принципиально ходить побольше, можешь по одному продукту таскать на кухню. Я пакет в следующий раз повыше поставлю, чтобы ты не наклонялась. Беременность — перестройка организма, подготовка к родам. Так что не гони! На роды вместе пойдём! Ребёнок, вылезающий из чрева — это точно нечто удивительное, — Максим продолжал шокировать Марьяну своим поведением.       — Максим, а ты меня больше не захочешь? Или сознание потеряешь? — спросила Марьяна, которая уж точно не рассматривала партнёрские роды в принципе. А тут такие новости. И ведь Максим, реально, если решил, то не свернёт.       — Если каких-то мудаков пугает манда с разрывами, пусть идут нахуй, собственно говоря! Ну, такое случается, да, это жизнь! Любишь кататься — люби и саночки возить. Ехал я как-то в поезде в Красноярск, в отпуск! Насладиться местами силы и порыбачить с одноклассником! Ехала в соседнем купе девчонка беременная! Ну, и рожать начала! Врача нет. До остановки часа два! Её парень орёт, как истеричка, ну, и пришлось ему въебать и напомнить, что вообще-то она через боль его ребёнка рожает, которого он за пару минут настрогал, — Левин эмоционально об этом говорил, и глаза матери его будущего ребёнка становились всё шире.       — Ты что, роды принимал? — Романова была в шоке, даже вскочила.       — Етишкина мышь, частично! Дед её акушером был! Помер. Ну, и он подселился в меня и всё сделал! А тот истеричка помогал! Естественно, я нихрена не помню в целом! Но ребятки те в честь меня хотели кожаного человечка в слизи назвать. Ну, я посоветовал в честь её деда Елисея назвать. Так что, блять, с тобой по сути сознательный первый раз. Но сознание не потеряю, ибо головку в проходе видел! А если тебе врачи запретят интим, ну, переживу! И со своей стороны поколдую, чтобы зажило всё быстрее! — усмехнулся Максим, а затем подошёл к Марьяне, присел на корточки и поцеловал в плоский живот, в котором уже находилась маленькая жизнь, к созданию которой он имел отношение.       Марьяна улыбнулась, а затем погладила Максима по голове. Да, с таким будущим отцом ничего не страшно, определённо. Он и жемчуг со дна болота достанет, и успокоит, и даст поддержку, и защитит. С ним словно за крепостью. И даже баба-конь иногда хочет просто быть женщиной, которую любят, лелеют и с которой занимаются жаркой любовью. Со всем Левин справлялся отлично, по-свойски, с последним особенно, подарив ребёнка. Оставался только вопрос, что делать с битвой дальше? Продолжать или нет? Марьяна с одной стороны безумно хотела! С другой стороны она боялась!       — Максим, что нам с битвой делать? — поинтересовалась Марьяна, ласково проводя рукой по шраму Максима.       — Боишься, что с ребёнком что-то случится? — догадался Максим.       — Да, ну, если бы этого страха не было, то! — Романова замялась.       — И на хуй сесть и на ёлку залезть, — усмехнулся Левин, поднимаясь, а затем обнял свою женщину и поцеловал в висок.       — Так чего в итоге то? — Марьяна сомневалась.       — Сама решай. Я со своей стороны, етишкина мышь, буду рядом! Если приспичит тебе продолжать! То я буду колдовать! Неподалёку! Если твоя колдовская суть прёт, как из рога изобилия. Значит, всё нормально будет! Только если они до мая затянут, то, без обид, но с пузом ты ползать не будешь! Кстати, блять, постарайся не ползать, даже сейчас! И всякую хрень с земли не жрать. Ну, серьёзно. Понятно, что духи тебе могут в таком виде показать. Но, пусть идут нахуй! Ну, на крайний случай могут к матерщинику, алкашу Левину прийти, если вопрос жизни и смерти, — произнёс Максим.       — Ну, Максим, я же не умалишённая, чтобы в своём положении ползать и что-то есть! Но, спасибо за заботу, — рассмеялась Романова.       Затем Марьяна с Максимом поцеловались и вернулись к столу. Но во время трапезы режим опекающего будущего отца у колдуна прямо на максимуме заработал. Едва рыжеволосая шаманка съела небольшой кусок курицы и ложку оливье, так её тут же принялись опекать. Максим подставил стул ближе, зачерпнул ложку оливье и стал кормить, как маленькую девочку, напоминая, что она должна есть за двоих, а не так, как птичка. Марьяна смеялась и ела, ощущая, что аппетит разыгрывается всё сильнее. И после нескольких скормленных ложек оливье захотелось куска курицы, да пожирнее. Максим коротко чмокнул Марьяну в губы, а затем стал отрывать куриные ножки от курицы. Романова смотрела на это всё, гладила живот и шёпотом приговаривала будущему ребёнку, что папа у него замечательный. И для мальчишки будет опорой, примером, поддержкой, а из девочки сделает принцессу, отдавая ей всю свою любовь и заботу, и станет каменной стеной. Ухажёрам их дочери точно будет непросто. А если сын, то научится обращаться с женщинами правильно и станет настоящим мужиком.