Глава 252 Бой Божеств на перевале ч.2

Высоко над перевалом Цзялин, там, где воздух уже не был похож на воздух, а солнце становилось белой пустотой, Тан Сан и Цзянь Ренсюэ остановились друг напротив друга. Пространство вокруг дрожало, как поверхность кипящей воды: две божественные сферы давили друг на друга, каждый раз смещая воздух так, будто небо вот-вот разорвётся. Снизу никого не было видно — ни армии, ни друзей, ни Ченсянь, ни Шрек. Только облака, пробитые потоками золотого и лазурного сияния. Цзянь Ренсюэ первой нарушила мёртвую тишину. Её голос был холоден, как клинок. — Тан Сан… ты действительно стал богом. Он держал трезубец у груди, а его голубые глаза отражали сияние солнца. — Ты знала, что это случится. И знала, что я вернусь. Её шесть ангельских крыльев раскрылись полностью — так резко, что небо за ними будто вспыхнуло. Огненная ангельская сила поднялась, сжалась и превратилась в ослепительное поле света… а затем сорвалась вниз ударом. Сотни метров чистого божественного пламени обрушились на Тан Сана. Он не остался на месте. Восемь крыльев Морского Бога вспыхнули сапфировым светом; от них разошлись волны влаги, собирая влагу даже из искажённого высотами воздуха. Мгновение — и Тан Сан исчез, оставив на своём месте лишь водный образ, рассечённый огненным клинком Цзянь Ренсюэ. — Трусливые уклонения? — холодно бросила она, мгновенно оборачиваясь на настоящий источник его ауры. — Тактическое преимущество, — спокойно ответил он. — Ты теряешь контроль каждый раз, когда злишься. Твоя сила — сияние. Но сияние слепит и тебя саму. Её глаза вспыхнули гневом. Это было ударом не по телу — по сердцу. — Хватит! Ангельский Раймент закружился вокруг неё, как золотой смерч. Она подняла меч — и призвала Истинный Солнечный Огонь. Солнце над ними будто ответило: луч потёк вниз, соединяясь с её клинком. Тан Сан уже сегодня это видел… и всё равно почувствовал, как теперь сила стала ещё чище, ещё мрачнее. Она перестала себя сдерживать. Он поднял трезубец. Лезвие наполнили золотисто-голубые токи. Его собственная сфера колыхнулась, и кажется, на мгновение огромная масса лазурного света накрыла всё небо. Два божества ударили одновременно. Взрыв был таким, что даже Титулованные на земле присели инстинктивно, хотя не видели ничего: волна прошла через облака и ударила вниз божественным давлением.  Бай Ченсянь мгновенно задействовала свой второй дух: тёмное оружие, которое даже не имело формы. Пылающая невидимая сила разрезала воздух, стабилизируя пространство вокруг неё. — Это… божественный удар… — прошептала она, не отрывая взгляда от неба. Но там никто не мог разобрать ничего: лишь слепящую вспышку, растянувшуюся на километры. Наверху Тан Сан снова отступил на несколько сотен метров, разворачивая трезубец и перераспределяя давление через крылья. Цзянь Ренсюэ же зависла на месте, но её дыхание сбилось — она скрывала это, но он видел. — Ты проигрываешь, — сказал он без злорадства, только с ясностью. Она не ответила. Только снова подняла меч, вплетая в него всю ярость и фанатизм ангельской веры. Её аура выросла… и стала нестабильной. Тан Сан напрягся. Она собирается идти до конца. — Ты хочешь умереть вместе со мной? — спросил он. — Твои люди внизу всё ещё бьются. Ты нужна им живой. — Мне не нужен этот мир, пока ты жив. Тан Сан нахмурился. Это была не ярость… это была боль. И отчаяние. — Ты сама знаешь, что неправильно. Даже твоя мать бы… — Не смей! — сорвалась она. Ангельская сфера вспыхнула, золотой пожар вытеснил холодный воздух вокруг. — Ты не имеешь права говорить о ней! — Я имею право говорить о том, что вижу, — тихо ответил он. — Ты ненавидишь не меня. Ты ненавидишь одиночество, в которое тебя загнал ваш храм. Она задрожала. Но не от слабости, а от того, что слова попали точно в рану. — Закрой рот. И умри. И она спустила с небес весь свой свет. Солнце будто рухнуло на мир. Цзянь Ренсюэ исчезла в потоке божественной ярости. Она больше не сдерживалась: каждое из шести крыльев испускало силу, которая должна была испепелить всё живое. Но Тан Сан… лишь сделал вдох. — Восемь волн. Вода вокруг него вспыхнула сапфировыми спиралями. Он поднял трезубец одной рукой — и ударил вверх, навстречу её солнечному клинку. Первая волна встретила пламя. Вторая перебила давление. Третья треснула оболочку света. Четвёртая уже заглушила половину атаки. Пятая… рванула золотую сферу изнутри. На шестой Цзянь Ренсюэ дёрнулась, не веря. Седьмая волна полностью разорвала структуру истинного солнечного удара. Восьмая… Восьмая ударила прямо в неё. Цзянь Ренсюэ отбросило, словно её сбил лазурный метеор. Она летела почти километр, прежде чем смогла удержаться, расправив крылья. Грудь болезненно вздымалась. На губах блеснула кровь. — Почему… ты… сильнее?! — сорвалось с её губ. Тан Сан ответил не сразу. — Потому что я не один. Потому что я не сомневаюсь. И потому что я не использую силу лишь ради ярости. Она смотрела на него, как на нечто невозможное. — Я — Богиня Ангелов…! — А я Морской Бог.— он поднял трезубец. — И я закончил сдерживаться. Цзянь Ренсюэ поняла, что сейчас будет удар, который не остановить. И впервые… она испугалась. Не смерти. Правды. Тан Сан говорил ровно, его глаза сияли холодным светом. — Цзянь Ренсюэ… бой окончен. И он исчез. Не отступил, а телепортировался прямо в её слепую зону, выше и сзади, где её крылья не могли закрыть защиту. Лазурная сфера обрушилась сверху, как океан. — Нет! — она развернула меч, но слишком медленно. Трезубец уже был у её шеи, его лезвие сияло ледяным золотом. Тан Сан остановился. Миллиметр до кожи. — Сдайся. Долгое мгновение она молчала. Лишь лёгкая дрожь крыльев. Потом она рассмеялась — тихо, безумно, почти без воздуха. — Ты… не сможешь меня убить. Ты слишком добрый, Тан Сан. Он смотрел прямо в её глаза. — Я просто не убийца. Но ты ошибаешься, если думаешь, что я дам тебе утянуть меня в смерть. И он оттолкнул её вниз, отпуская сферу, которой уже было достаточно, чтобы смять её защиту. Она летела, удерживая равновесие, но злая трещина серебрилась на её доспехах. — Это был предупреждающий удар. Следующий будет настоящим. Цзянь Ренсюэ тяжело дышала, но впервые с начала боя её глаза были ясными, не затуманенными яростью. — Тан Сан…— её голос был почти шёпотом, обидно человеческим. — Если я проиграю… Империя Духа падёт. Ты понимаешь это? — Да. — его голос был твёрд. — И именно поэтому я должен победить. Её крылья дрогнули. Она понимала: он не солгал ни разу. Золотой и голубой свет снова вспыхнули, сталкиваясь в небесах, — и два бога бросились навстречу друг другу в новой, ещё более беспощадной схватке.