Глава 258 Двойной Бог и третий раунд

Небо над перевалом Цзялин было мрачно-золотым — остатки двух божественных намерений всё ещё висели в воздухе, словно сами небеса разрывались пополам. На стены перевала первый поднялся Тан Сан. Его шаги были тихими, но каждый гулко отзывался в сердцах тех, кто ждал его возвращения. Он не сказал ни слова — лишь посмотрел на Сяо Ву, слегка коснулся её руки и повернулся лицом к полю боя. Больше слов не требовалось.  Небо содрогнулось. Два сияющих силуэта вновь появились над лагерем Империи Духов — Бибидун в обличье бога Ракшасы и Цзянь Ренсюэ в облике Солнечного Ангела. Третье столкновение началось без объявления.  Тан Сан взмыл в воздух. В первый миг он выглядел обычным человеком — ничем не примечательным на фоне двух ослепительных божественных форм. Но в его глазах горела сталь. Морской трезубец в его руке вспыхнул. Синий свет прорвал небо. Вспышка столкнулась с ангельским золотом и фиолетово-чёрным пламенем Ракшасы.  От первого удара сотряслись стены перевала. Даже титулованные на земле вынуждены были отступить под давлением. На высоте трёхсот метров началась схватка, от которой воздух сам пытался сбежать.  Тан Сан двигался быстро, но Бибидун и Цзянь Ренсюэ были уже готовы. Они знали его прежние приёмы. Знали силу Морского Бога. Знали, чего ожидать. Но не знали одного — он вернулся другим. Морской трезубец провёл дугу, разрезав шлейфы фиолетового пламени. Цзянь Ренсюэ обрушилась сверху, Священный Ангельский Меч сверкнул ослепительной дугой.  Тан Сан ударил морской энергией навстречу, но его откинуло.  Воздух разорвался вспышкой. Вторая атака пришла почти одновременно. Бибидун метнулась из тени собственных зелёных вихрей, и удар Ракшасы вонзился прямо в защиту Тан Сана.  В следующий миг его отбросило вниз. Он остановился только у самой земли. Но вернулся в небо почти мгновенно — тело само двигалось, как будто дышало боем. Морской Бог не сдавался. Вновь и вновь он отбивал удары — трезубец звенел, каждый раз принимая на себя удар огромной силы. Но удары шли бесконечной чередой, Бог Ангела и Бог Ракшасы действовали, как две половины смертоносного клинка.  И в какой-то момент Тан Сан почувствовал — этого недостаточно. Одного Морского Бога — мало. Он не сможет победить их обоих в этом состоянии.  Ещё один удар Бибидун, хлёсткий и резкий, выбил у него воздух. Цзянь Ренсюэ ударила сверху, золотой огонь прожёг воздух.  Тан Сан упал, полоса крови коснулась губ. И тогда рядом вспыхнул розовый свет. Сяо Ву. Она появилась рядом с ним в тот миг, когда он едва удержался в небе. Не произнесла ни слова — просто обняла его. Эта близость была последним шагом, которого не хватало для завершения того, что давно созрело, но ещё не проявилось. Красный свет вспыхнул так ярко, что мир исчез. Меч Асуры внутри тела Сяо Ву отозвался, словно ждал только этого момента. Внутри неё всё распахнулось — и полыхнуло.  Тан Сан почувствовал, как в него вливается ледяной жар Асуры — жар, который не сжигает тело, но очищает душу. Сяо Ву дрожала — она не погибала, но словно растворялась в нём, возвращаясь туда, куда всегда принадлежала.  Их столкновение с Цзянь Ренсюэ, которая стремилась убить обоих одним ударом, спровоцировало окончательное слияние. Красный вихрь взревел, как живая стихия, отбросив Ангельский Меч и остановив Солнечный Огонь.  Ракшаса Бибидун в ужасе отшатнулась — она почувствовала силу, которой боялась даже на уровне божественности. Асура. Бог высшего уровня. Тот, кто мог судить даже богов.  Тело Сяо Ву исчезло в алом свете, её руки растворились на груди Тан Сана, оставляя только тепло и мягкий отпечаток любви. Она не умерла — она стала его частью. И стала вместилищем Меча Асуры — истинным носителем, которого этот меч ждал.  Красный свет погас. Перед двумя богинями стоял уже не Морской Бог. И не просто Асура. Это был двойной бог. Тёмно-алые доспехи с острейшими выступами покрывали тело Тан Сана. Его глаза сияли дважды: морской лазурью и кровавым светом убийства. Позади него стояла синяя тень — Морской Бог, который существовал рядом, наслаиваясь на силу Асуры.  — Вы спрашивали, возможно ли это? — его голос звучал спокойно, но в нём было что-то ледяное. — Одному смертному — нет. Но двум, чьи души соединены так, что смерть не смогла их разделить… да.  Он поднял Меч Асуры. Воздух закричал. Цзянь Ренсюэ побледнела. Бибидун отступила, впервые за сотни лет не скрывая страха. Но времени на страх не было — Тан Сан исчез.  Он двигался не как человек и не как бог — он двигался как две независимые силы, действующие в едином теле.  Удар. Меч Асуры рассёк Солнечный Огонь так, будто это была бумага. Цзянь Ренсюэ отбросило назад почти на километр, золотое сияние вокруг неё погасло наполовину.  Второй удар — Бибидун едва успела развернуть косу Ракшасы, но алый убийственный свет прожёг её защиту. Она вскрикнула — впервые не выдержав силы восприятия Асуры.  Она дрогнула. Ракшаса дрогнула перед богом Асуры.  Тан Сан снова исчез — в этот раз он вернулся в виде Морского Бога. Синие крылья рассекли воздух, трезубец ударил сверху, как океанская лавина.  Бибидун отбросило вниз, врезая в землю колоссальной силой. Земля треснула.  Но Цзянь Ренсюэ уже была рядом — она бросилась на него с последней силой, вбирая в Ангельский Меч собственную жизненную энергию. Солнечный Огонь стал бело-золотым — слишком ярким, слишком горячим, слишком отчаянным. Она горела собой.  Тан Сан встретил её и понял: это удар решающий. Не для битвы, а для неё самой. Он перешёл в Морского Бога, щит золотого света принял удар… и треснул.  Одеяние Морского Бога плавилось. Трезубец раскалился. Цзянь Ренсюэ рычала от боли — её собственная жизнь уходила, превращаясь в свет. Она жертвовала своей божественностью. И всё равно проигрывала.  Тан Сан, разорвав остатки золотой защиты, развернулся — и огромные морские крылья ударили по ней. Они поглотили часть солнечного пламени, рассеяли его и взорвались ослепительным голубым светом.  Солнечный Ангел рассыпался. Цзянь Ренсюэ отлетела, тяжело раненая, её крылья треснули, золотые линии на теле погасли. Она почти потеряла своё божество.  Бибидун, видя это, рванулась вперёд — последний отчаянный удар Ракшасы.  Тан Сан встретил её уже в облике Асуры. Красный свет прорвал воздух, подмяв зелёное пламя. Коса Ракшасы дрогнула, как живая, в ужасе отступая перед силой Асуры.  Бибидун вскрикнула — кровь выступила на губах. Её божественность тоже рушилась. Лишь один удар — и она падёт.  Тан Сан поднял меч. Воздух исказился. Ангельская и Ракшасская энергии кипели вокруг, пытаясь удержать остатки силы.  Цзянь Ренсюэ с трудом подняла голову. Бибидун пыталась стабилизировать косу. Они обе понимали: следующий удар решит всё. Тан Сан шагнул. И в этот миг — мир остановился. Не замедлился. Не погас. Не изменился. А именно остановился.  Воздух, летящий песок, пыль, божественное свечение. Всё застыло. Меч Тан Сана замер в сантиметрах от лба Бибидун.  Ветер перестал существовать. Свет перестал пульсировать. Даже божественные силы двух богинь погасли, словно их выдернули из реальности.  Всё — без движения. Всё — без времени. Тан Сан почувствовал удар тишины: не физический, но абсолютный. Его двойная божественность вспыхнула, пытаясь понять, что произошло. Но в мире, где не текло время, вспыхивать было невозможно. Ничто не шевелилось. Даже сердце. Даже мысль. И только одно существо во всём мире сделало шаг.