Глава 12, демоническая история.

             Обещанный миллион Цунаде пока не занесла. Предполагалось, что за направлением на означенные ею курсы в Институте нужно самому подходить. Ни по тому, ни по другому поводу Саске не искал Цунаде, а ей самой было не до двух сирот, которых она вроде как устроила и посчитала своё благое дело свершённым. Напоминание в виде скандально поломанного пола в одном из проходных залов Башни Хокаге оказалось то ли не понято, то ли проигнорировано.       В пятницу Няоняк передал мальчикам заработок в виде двух пачек по двадцать тысяч рё, означавших начало покупок самых дорогих огненных кибакуфуда пятого ранга. Наруто всё ещё пытался осмыслить, что он отныне реально сам зарабатывает рё и, учитывая копчёные сыры и колбасы прошлой недели, получил эквивалент полутора месячных пособий за труд, являющийся для него тренировкой и длящийся всего полтора часа. Но вот он взял в руки очередную зарплату, ещё больше, чем днями ранее. Как же тут можно сдерживать радость и благодарность? Взрослый нехотя окоротил:       - Наруто, когда мы ходили за продуктами для себя и приюта, я заметил, как на тебя смотрят торговцы и что ты сразу заделался носильщиком. Мы сейчас пойдём покупать вещи. Расскажешь, в чем проблема? – Саске на коврике у выхода повернул за плечи к себе и заглянул в глаза.       - Меня обсчитывают, - нехотя признался Наруто, отвёл взгляд, а потом вновь его вернул. – Ты поможешь мне, друг?       - Конечно же я подожду, пока ты применишь решение, - дружелюбно улыбнулся Саске, поставив в тупик своим ответом.       - Эм…       - Наруто, у нас голова не только для того, чтобы в неё есть, - ткнув пальцем в лоб, как это иногда делал Итачи в отношении своего младшего брата. – Подумай, теперь всё просто.       Блондин нахмурился, наморщил лоб, почесал затылок, посопел, а через пару минут переминания его осенило:       - Хенге но Дзюцу! – выпалив название по мере складывания ручных мудр.       - Ниндзюцу правильное, Наруто, но облик ты выбрал опрометчиво. Отменяй. В данном случае нужен вымышленный персонаж. И мы будем покупать одежду и обувь с примеркой на себе, потому тебе нужно поменять только черты лица: убрать эти лисьи вибрисы со щёк и добавить на них милые ямочки, сделать глаза карими, а волосы каштановыми и вьющимися. И тебя они не узнают даже без правки голоса и походки. Вот для чего нужна голова, Наруто.       Смотрясь в зеркало прихожей, Саске сам себя видоизменил, став коротко стриженным рыжим и зеленоглазым, то есть сам на себя совсем не похожим. Наруто тоже справился с повторным преображением под описанный другом вымышленный образ. Оба заулыбались и заговорщически подмигнули друг другу, прежде чем отправиться тратить честно заработанные рё после качественно выполненной работы с созданием взрыв-тегов, уже унесённых очередным «позёром».       Саске пока не шиковал в магазинах с крепкой одеждой для шиноби – на мальчишках всё равно шмотки быстро снашиваются и становятся тесными. Потому тратить лишние тысячи рё за качество материалов не имело смысла, хотя тот же Киба обязан был носить только всё престижное, ибо по одёжке встречают не только в Невервинтере. А кое-какому сироте пока лишь бы свой гардероб заиметь вместо утерянного под завалами общежития. Когда накопится тысяч сто, тогда можно подумать о парадно-выходном комплекте.       Пока же купили: набор трусов, купальные шорты, просто шорты длинные и покороче, штанишки, майку, несколько футболок, мужское кимоно, пижаму с колпаком, банный халатик. Наруто выбирал оранжевое да с лягушками, что ему нравилось, тем более лягушачий ассортимент значительно увеличился из-за того, что Жабьего саннина прочили на пост Годайме хокаге. А ещё пару полотенец, зубную щётку, расчёску, домашние тапочки. Сандалии ниндзя, удобные и для бега, и для плаванья, а потому стоящие дорого, Наруто уже получил в подарок от Джирайи, так же поменявшего у ребёнка пижаму на шорты с футболкой. Оба мальчика существенную часть денег потратили на снаряжение: рыболовные снасти, бэушные кунаи, по паре сюрикенов и сенбонов, катушки лески и тонкой проволоки.       Саске купил себе почти тот же набор шмоток, ведь он за полтора месяца подрос на сантиметр. Об эмблеме клана он совершенно не переживал – на заклинании Магическая метка и фуиндзюцу он уже достаточно набил руку, чтобы вместо рисования обычной краской разместить чакра-камон, при необходимости снимающийся создателем, а ещё служащий маячком для поиска вещи при краже.       Школьные принадлежности мальчики приобрели с субботней выплаты, составившей семнадцать тысяч рё на двоих, чего более чем хватило, ведь основной приобретатель всего один.       Субботним вечером Саске, согласно ранее составленной программе обучения у тени Фугаку, получил от него инструкции по применению ключа к секретному фуиндзюцу, которое может видеть лишь парный шаринган.       В обиходе территория клана Учиха называлась кварталом. Однако сие всего лишь чья-то хитрость для занижения значимости целого района со своими улицами. Впрочем, это же касалось тех же Хьюга и Инузука, живущих обособлено по своим соображением.       Храм Нака – храм Юной Радости. Освящённое место, занимающее квартал в районе. Тории - особой конструкции ворота из двух столбов и перекладин между ними. Такая конструкция обозначала вход в периметр, защищённый от зла. В Тени тории мягко светились, а территория храма имела чёткие очертания, словно островок реальности в сумеречном времени суток, игнорирующим красные оттенки неба. Увы, колдун не изучал План Тени на Фаэруне и потому не мог сказать о правильности цвета неба, но оно его смущало, не вписываясь в картину мира.       Саске спокойно вошёл на территорию храма Нака и постоял в шаге от тории, сосредоточившись на ощущениях освящённого места. Не святое – освящённое. И нуждающееся в регулярном ритуале. Он специально прошёл через священные ворота, хотя по бокам от них имелись лестницы в обход. Тории служат не только для добрых духов. Как есть фуиндзюцу, зримое лишь шаринганом, так только добрая душа способна увидеть защищённое от зла. Тонкий нюанс, о котором теневой Фугану не ведал – почему-то! Саске ни о пробуждения памяти, ни после ещё не интересовался вопросами верований и религий, но это обязательный пункт в плане сбора информации об этом мире, второстепенный пункт.       Само здание представляло из себя длинный «брусок». Спереди к центральной трети была приставлена углублённая арка с высокой двухскатной крышей, сверху защищённой бревенчатым аналогом серии торий. По другую сторону в том же стиле возведён квадратный зал с алтарём. Справа и слева два служебных крыла.       Узнав у тени отца правила нумерации татами и найдя седьмое, убрал напольный мат и своим додзюцу увидел лишь ленты чакры из символов фуиндзюцу. Поскольку он пришёл сюда в Плане Тени, то видел слабое отражение реальности, след от свершенного в реальности и его главный смысл. Опутанная лентами-письменами, словно подарочная коробка, плита служила буйком, соединённым с подземной каверной пространственно-временным нинфуиндзюцу с начинкой из стихии Земли, создающей лестничные марши для обычного спуска. Далеко не с первой попытки маленькому колдуну удалось правильно исполнить инструкции теневого Фугаку. Помог холодный разум, подсказавший, что демонические глаза требуют демонических эмоций, но в священном месте гнев должен быть праведным.       Справившись, Саске со своим светлячком спустился по совершенно чёрным лестницам в кубический зал, определённо находящийся вне освящённой области, но содержащий священный объект – Скрижаль Рикудо, для конспирации обозванную просто каменной скрижалью Сэкики. Она имела фиолетовый оттенок. На ней были выгравированы восемь сутр Ниншу – вероучения в основе практик ниндзюцу. Насколько понял взрослый разум, ниншу проповедовало объединение людей для физической и духовной общности, равнозначной клану. Смешивание духовной и телесной энергии внутри себя не предполагалось. Согласно одной из сутр ниншу, чакра равномерно распределялась между членами клановой общины.       Активное додзюцу обнаружило надписи чакрой внутри плиты. Саске не мог долго разглядывать из-за лимита чакры. Поэтому вместо вникания в текст сосредоточился на особенностях написания. Частичных способностей первой ступени Мангекё Шарингана хватило заметить искомый след в Тени – на Плане Тени этот отпечаток легко проявлялся его светлячком во всполохах стихийной чакры Огня. Таким образом прочесть суть, вложенную при творении Скрижали Рикудо, так же получится при помощи заклинания Магическое око, которое съедает крупный объём чакры-магии только в миг создания, а для поддержания расходуется мало – хватит на часы.       - Наруто, я обнаружил секрет Учиха и мне потребуется много раз бегать к тебе за чакрой, чтобы изучить его. Нарисуешь сам сотню взрыв-тегов? После обеда я их доделаю в простые кибакуфуда, - поутру воскресенья обратился Саске.       - Да, Саске. А как же наши тренировки? – сразу же интересуясь.       - Секрет важнее. Отработай сам, Наруто. И не дуйся. Мы всего две недели делим один дом – это очень мало для возникновения настоящей дружбы, тем более для доверия как к брату. Все люди разные и открывают свои сердца с разной скоростью и степенью, - тыкая в тощую грудь в словно бы пылающей футболке.       - Угум… - продолжая дуться, что его не посвящают в секрет, а чакру требуют.       Предупредив, Саске оставил Наруто заниматься каллиграфией с фуиндзюцу под присмотром Няоняка с его подружкой Няоми, а сам ушёл в кабинет, где подпитал Дверь между измерений и не забыл закрыть её за собой, когда перешёл на План Тени.       Второе посещение тени храма Нака оказалось поистине потрясающим и ужасающим до шока и трепета разнесчастного колдуна, выброшенного из круга реинкарнаций на Ториле.       «Здравствуйте! Я Хагоромо Ооцуцуки, старший сын Кагуи Ооцуцуки, отец Индры и Асуры Ооцуцуки. Эту скрижаль заветов я создал для потомков своего старшего сына Индры. Внемлите истине и остерегитесь пробуждать Риннеган!»       Таково оказалось предисловие. Дальше шло повествование о том, как свыше тысячи лет назад (от времени создания плиты) на планету упал метеорит с саженцем десятихвостого демона Джуби. Все поклонялись ему как Древу-Богу. Но в какой-то момент случился мировой катаклизм, а на Древе-Паразите начал формироваться Фрукт Чакры. Ближе к концу созревания в мир прибыла демон Кагуя Ооцуцуки. Она поглотила Фрукт Чакры. Её стали почитать как всемирную Императрицу и Богиню-Кролика.       Конечно, всё это писалось кандзи в архаичном стиле, который Саске едва угадывал, выхватывая главное.       Кагуя влюбилась в сына земного правителя и родила от него сперва Хагоромо, потом Хамуру. У её сыновей родились собственные сыновья. Индра и Асура у Хагоромо, от них пошли кланы Учиха и Сенджу. А у Хамуры родилось два сына Хьюга и Узумаки, а потом дочь Кагуя, от потомков которых образовались одноимённые кланы.       В какой-то момент Хагоромо нарушил запрет матери и выяснил, что все мёртвые, неизлечимо больные и калеки вместо похорон становятся частью Древа-Паразита. В результате дальнейших событий Древо-Паразит проявилось в ипостаси демона с десятью хвостами и Ринне Шаринганом во лбу - это додзюцу внешне выглядело как шаринган с тремя орбитами для девяти томое. Кагуя поглотила Джуби и к двум бьякуганам у неё во лбу открылся третий глаз – Ринне Шаринган.       Поняв демоническо-паразитарную природу сущности, отбирающей у планеты все соки, чистые сердцем Хагоромо и Хамура объединились против джинчурики Джуби и запечатали собственную мать в Луне, отделив душу от тела. Хамура с рождения обладал бьякуганами, а потеря матери пробудила у Хагоромо риннеганы.       Дальше Саске не особо понял, как без души могло жить тело десятихвостого демона, которого Хагоромо сперва запечатал в себе, а к концу жизни разделил на девять частей и сотворил хвостатых зверей. Прославившись в мире как Рикудо Сеннин, старший сын Кагуи предупреждал потомков о тысячелетнем цикле между зарождениями Фруктов Чакры из «соков мира» и о существовании где-то в космосе клана демонов Ооцуцуки. Хагоромо предостерегал потомков от пробуждения Риннегана, который превратит носителя из человека в демона. По своей природе демоны алчут Силы и Власти, поэтому пробудивший Риннеган неизбежно выпустит Кагую, после чего либо станет её сосудом, либо начнётся битва в целях поглощения соперника, что станет разрушительным для всей планеты.       В прошлой жизни Саске Галт никогда не задумывался, от кого произошли эльфы, чья колдовская кровь сделала человека волшебным существом, выбравшим стезю колдуна, развивающего личную силу. Во второй жизни Саске Учиха, благодаря знаниям, опыту, навыкам из другого мира, выяснил ужасную правду о том, что его родословная тянется от неких демонов, нашедших способ обретения божественного могущества и успешно применяющих его на протяжении тысяч лет во множестве миров. И демоническое проклятье «Потери» на додзюцу проистекает из «соков мира», к которому присосался демонический паразит-дерево.       Становиться демоном Саске категорически не хотел!       Но очень желал заполучить силу Риннегана…       В очередной раз подзарядившись у Наруто, который отрабатывал у Хенге изменение голоса, Саске вместе с поддерживаемым Магическим оком под заклинанием Невидимости прокрался в реальный храм Нака. Вскарабкавшись на бортик площади перед входом в храм, мальчик прошёл через торию. Тут он тоже сперва проникся святостью места, прежде чем пройти дальше, проникая к древней святыне Рикудо.       «В поисках спокойствия, единый бог разделился на Инь и Ян. Действуя вместе, эти две противоположности порождают всё сущее», - так видело додзюцу Саске. А в Тени на этом месте говорилось, как Хагоромо разделил свою силу между Индрой и Асурой. Перед смертью он назначил наследником Ниншу не старшего брата, а младшего. Из-за этого между ними началась вражда, вылившаяся в противоборство двух кланов.       «Когда тот, кто обладает силой Самсары, приблизится к Луне, раскроется глаз, что отразится на Луне, чтобы одарить вечным сном», - эту надпись Саске разглядел тоже лишь на плите в реальном храме. В Тени на этом месте повествовалось о том, что у Хьюга Ооцуцуки родились близнецы: один остался внутри Луны в роли сторожа духа Кагуи и оболочки Джуби, а второй ушёл на Землю к дяде и тёте. Хагоромо предупреждал, что гробница Кагуи и Джуби способна отразить на мир Вечное Цукуёми, чтобы погрузить всех существ в иллюзию и подключить к корням Джуби, что Кагуя смогла проделать без Луны, но её сыновья не поддались и ещё усерднее продолжили сражаться с матерью. Собственно, этот участок повествования объяснял, почему на Плане Тени небо красное – отпечаток Вечного Цукуёми от Кагуи Ооцуцуки.       Саске хватило первой ступени Мангекё Шарингана, чтобы различить оставленные Индрой инструкции по развитию шарингана с первой ступени до третьей. Ключ к успеху - сильные эмоции, лучше всего срабатывает страх потери, поэтому шаринган пробуждается и эволюционирует во время боёв насмерть. Прочие секреты Учиха и сама основа из повествования Рикудо Сеннина оказались в реальности недоступны Саске, даже с Магическим оком не смогшего узнать больше, чем позволено на первой ступени развития его додзюцу.       Отлынивать от обязанностей по дому Саске точно не собирался, ведь требовал того же от Наруто. Он честь-по-чести приготовил обед с роллами из риса с филе форели. А после трапезы вместо сна задумался о будущем и занялся очередным пересмотром своих планов - предыдущие вновь отправились лису под хвост.