1. Буря

      Элени никогда не лезла в чужую личную жизнь. Почти. Иногда любопытство всё же толкало задавать вопросы вслух, и тогда она чувствовала себя летящей с обрыва. Адиль и Эсме добры к ней и определённо не сбросят в ближайшую пропасть. — А кто тут рядом с тобой?       Небольшая карточка выпала из книги, которую Мирьяно взяла с полки почитать. На ней ещё школьницей Фадиме знакомо ухмылялась и смотрела на... кого-то, кого грубо оторвали от фото. На обороте виден остаток слова, написанного от руки, но смысл оставалось лишь гадать. Элени столкнулась с суровым взглядом младшей Кочари и сильно пожалела, что спросила. — Понятия не имею. — А как же... ? — она неловко указала пальцем на мужскую ладонь на плече подруги. — Не знаю его, сказала. Потому и оторвала.       Элени с сомнением взглянула на переплетённые в кадре пальцы. Может и правда случайный парень, которому Фадиме потом сломала кисть за наглость. Подруга резко отобрала обрывок и, не взглянув, засунула в карман. — Ты же почитать хотела? — натянуто улыбнулась Кочари. Возможно ли, что снимок важен больше, чем та хотела показать? Мирьяно не понимала. — Вот и читай, а не картинки разглядывай.       Как же просто бы жилось, если бы люди всегда говорили правду. Но нет. Всем здесь надо друг друга запутать, будто боятся, что без секретов заскучают.       После того случая прошла пара недель, и, за чередой разборок между Кочари и Фуртуна, Элени окончательно забыла о таинственной фотографии. До тех пор пока они с Оручем случайно не оказались на одном из старых складов его семьи. Бензин в машине кончился, связи в глухом лесу не было. Дождь за окном пока лишь капал по окнам, угрожая разразиться бурей, а ветер расшатывал ближайшие к дороге деревья. Оставаться внутри страшно. Переждать в тёплом помещении, где ничего не гремит, а свет не моргает — очевидно правильное решение. Даже если Адиль потом опять разозлится, что она проводит с «проклятым Фуртуна» время наедине.       Когда Оруч отпустил на этот счёт комментарий и с точностью повторил интонации Кочари, Элени невольно засмеялась. Он нёс в руках чай и случайно споткнулся о небольшой столик по пути. Блокноты с кучей исписанных листов разлетелись по полу. — Ох, Исо разозлится, — проговорил Фуртуна. — Я соберу!       Начав с ближайших бумаг, она внезапно остановилась. И понадеялась, что Оруч занят в стороне достаточно сильно, чтобы не заметить её шока. Знакомая фотография вновь была перед глазами — судя по всему, она лежала между страниц упавших тетрадей. Только здесь вторую половину никто не оторвал, и Мирьяно тупо уставилась на человека рядом с Фадиме.       Это же документы Исо. И фото принадлежало ему. Как и рука на плече младшей Кочари.       Они выглядели счастливыми и, кажется, не знали о съёмке. На обороте снимка оказались написанные слова: «Не смотри так». Сначала Элени подумала спросить Оруча, потом она поняла, что он о секрете может не знать, а раскрывать чужие тайные отношения не хотелось. В городе и так за последнее время случилось слишком много внезапных откровений. С Фадиме говорить тоже бесполезно — и травмоопасно, учитывая тему. — Я тут закончил, тебе помогу.       Элени быстро убрала фото в карман куртки и начала торопливо собирать листы, едва ли не желая наткнуться на что-то ещё.       Прошла пара часов, молнии продолжали сверкать за окнами, а беспощадный ливень долбил по металлической крыше. Забытый в сумке телефон внезапно пиликнул, оповещая, что поймал сеть. Несколько пропущенных звонков и сообщений от Адиля, на которые она ответила без подробностей: «Я в порядке. Спряталась от дождя. Сеть ловит плохо». Не хватало ещё, чтобы он приехал и застал с ней Оруча.       Пока Фуртуна отошёл, а связь подавала признаки жизни Элени сфотографировала найденный снимок и отправила Фадиме. Сообщение дополнила подписью «Вы милые» и смайликом с сердечком — спровоцировать на разговор очень хотелось, а на расстоянии подруга ей вреда не причинит.       За окном оглушительно прогремел гром и послышался хруст деревьев. Мирьяно нервно сглотнула.       Сообщение прочитано, но кроме погодных спецэффектов — никакого ответа. Оруч нашёл несколько пледов и подушек и разместился на полу, отдавая диван в её распоряжение. Под размеренный звук дождя Элени начала засыпать. Она понятия не имела, сколько прошло времени, когда грохот открывшийся двери и поток холодного воздуха разбудил их. — Давно здесь? Приехал вас в цивилизацию забрать!       На пол с одежды стекала вода, а из-под капюшона выглядывало промокшее лицо Исо. Он подошёл к лежбищу ещё сонного Оруча, бестактно скинул одеяло и вытащил из-под головы подушку. — Просыпайся, братик!       На Мирьяно он посмотрел так грозно, что сразу стало понятно — о находке ему известно. Младший Фуртуна дёрнуся, но голос Оруча отвлёк: — Ты как здесь оказался? — Доктор написала своим, — Исо кивнул в её сторону. — Они спросили у нас, подумали, наверное, что ты похитил. Собирайтесь, а! Бардак устроили... — Он снова обернулся на брата и кинул какой-то брелок. — Возьми ключ, заведёшь пока машину, а мне отсюда как раз кое-что забрать нужно.       Кивнув Оруч пошёл к выходу, а Элени схватила сумку и проследовала за ним. Перед Исо она остановилась и стыдливо протянула фотографию. Парень скривил лицо, но снимок забрал. — Проваливай, — глухо попросил он.       Мирьяно сделала несколько шагов, но развернулась и посмотрела на младшего Фуртуна. Наклонившись к одному из блокнотов он аккуратно положил фото туда, а обернувшись, заметил, что Элени наблюдала. — Что было написано на снимке у Фадиме? Она... оторвала ту часть.       Исо усмехнулся и покачал головой. Капли полетели в разные стороны словно от отряхнувшейся собаки. — Вот её и спрашивай.       В машине ехали молча, братья на передних сиденьях, а она сзади. Блокнот, куда младший Фуртуна спрятал фото, был крепко зажат в его руке, лежащей на коленях. Хорошо, что Оруч слишком занят дорогой и не обращал внимания на подозрительно охраняемые братом записи. Когда троица доехала до дома Кочари дождь почти прошёл. Через окно автомобиля Элени заметила Фадиме: словно заспанная кошка, она неспеша поднялась со скамейки на крыльце и направилась в их сторону.