Глава 1

‼️Рекомендую заглядывать в раздел "Саундтреки" и полноценно войти в вайб и насладиться атмосферой каждой главы. Желаю приятного чтения. Author : Писала первую главу под песню "Снится мне деревня" Беликова. Смеюсь от этого. Но вайб есть. Люблю этот вайб. Ромка наш пахнет этим вайбом. Так что послушайте тоже, вникните. Я буду оставлять песни под каждую главу для погружения в вайб. Хотела раньше делать клипы с Ромкой, но пока нет времени из-за ЕГЭ. Напишите обратную связь, может кому тоже зайдут треки) *** Снег обволакивал только что проснувшийся поселок мягкими белыми хлопьями. Дома просыпались, заводились и отогревались машины, слышен первый рев автомобиля по промозглый трассе. На часах около шести утра, темень стояла непроглядной стеной. Лиза отключила беззвучный, но раздражающий оттого еще больше будильник, и резко спрыгнула с высокой постели и зажмурилась с непривычки. Она совсем забыла снова, что на днях переехала в поселок вместе с родителями после того, как те нашли работу недалеко от поселка на заводе по убою индюшатины. Хорошо было то, что в этом поселке, похожим на село, но явно больше по размеру и численности, был домик , доставшийся матери Елизаветы по наследству от бабушки. Когда Елизавета приехала сюда прошлой ночью , то хмурилась от злости. Они променяли родной город на эту "деревню"! Однако утром, выйдя во двор , проехав с отцом на машине по окрестностям она забрала слова обратно. Неописуемая красота. Плотный лес опоясывал поселок, густой туман стоял среди деревьев. Дома казались маленькими, уютными на фоне огромных сосен. В каждом своя жизнь, свой уют, своя история. Елизавета улыбнулась и , как советовала мама, находила во всем плюсы. Прекрасный пейзаж, снег , уютные домики, своя школа, небольшой стадион, ларек с едой. Все-таки в этом она находила свою атмосферу. Елизавета была художником и видела все иначе. Своим взглядом, видением, мировоззрением. В ее замшевой, с меховой отделкой по краям, сумке всегда лежали пенал с архитектурными карандашами , кляксами и маркерами, скетчбук, наушники и плеер, кнопочный телефон , что был популярен сейчас, в 2000х годах в России. Родители неплохо раньше зарабатывали и купили дочери телефон на прошлый новый год. Закусив губу , Лиза оглядела темную комнату , что теперь была "ее". Раньше она была маминой. Мама выросла в этом поселке. Девушка включила свет , старая люстра зажглась , чуть мигая. Она снова осмотрела свою комнату, отмечая старые плакаты с любимыми группами мамы в отрочестве, туалетный столик из темного дерева, потрескавшийся по краям. Прошлый день она потратила на отдых, но сегодня она потратит на то, чтобы навести здесь свой уют. Хитро задрав курносый носик она прошмыгнула раньше отца и старшего брата в ванную, нагло усмехнувшись. Сонно вздохнула, села на унитаз и отсчитывала время до того, как в дверь постучат и крикнут: " Лиза, выползай!". Будто не слыша этих криков, она сонно открыла ржавый кран,который папа хочет поменять на днях , умылась, посмотрела на себя. Посмотрела хмуро на свои густые  черные кудрявые волосы, сплетенные в подобии косы, но явно напоминавшие грачиное гнездо или сыр косичку, на "пух" на голове, что было на самом деле просто кудрявыми пушистыми завитками , образовавшимися от сна. Почистив зубы, она медленно "выползла" из туалета, куда сразу вломился восемнадцатилетний старший брат. Евгений старше ее на один год, один класс, но иногда казалось, что пропасть между ними огромная. В непонимании друг друга. Но  Женя был сильно похож на свою сестренку: густые кучерявые черные волосы, темно-синие глаза ,будто смотревшие в душу , в коричневую крапинку , что досталось от карих глаз матери. Густые аккуратные черные брови обрамляли глаза и делали внешность несколько экзотической для этих краёв, но оттого изумительней; немного веснушек на курносом носу. Лиза мягко распустила косу и попыталась расчесать пряди. Крупные кудри , опустившиеся до поясницы , не слушались хозяйку. Через пять минут, с горем пополам, девушка заплела новую , более опрятную густую косу и критично осмотрела комнату, уперев руки в боки. Потерла нос пальцем и принялась наконец раскрывать коробки со своими "пожитками" и расставлять книги на полки, косметику и духи на туалетный стол, много художественных принадлежностей на письменный старый стол. Ее кровать была довольно высокой, скрипучей, старой, но с новой чистой постелью. Ковер на стене отдавал запахом пыли и старины. Лиза пообещала себе снять ковер со стены, постирать и повесить обратно. Оставшиеся коробки с вещами, которые она не хотела пока трогать, пинком задвинула под кровать. К обеду, расправившись с обустройством, вынесла ковер вместе с матерью во двор. Постелила на снег и старательно ополоснула, занесла обратно в дом, расстелив его в прихожей к углу , к батарее, чтобы тот высох. К вечеру перемыла всю комнату, даже под кроватью и дальние углы и то, что называлось красным углом сверху у потолка с иконами. Поужинав с семьей, родители начали серьёзно разговаривать с детьми. Им необходимо было пристроить их в школу в ближайшее время. Женьку - в 11, Лизу - в 10. - Вам, дети, образование еще получать не забывайте! Так что никаких отговорок и завтра я записываю вас в школу, подаю документы, а послезавтра... Идите в новые классы, - строго , как всегда, проговорив дальнейшие планы, мама отрезала кусок пирога с грушей и положила детям по кусочку. Ольга была строгой женщиной, но заботливой и любящей, словно само имя говорило за себя. Дети и их отец между собой называли мать "Княгиней Ольгой" , конечно, любя. - Оль, ну ты дай им освоиться. Они здесь второй день, - откусив кусок пирога и тут же уронив половину на колени, Владимир цыкнул и усмехнулся самому себе. Отец семейства Филимоновых был самым добродушным человеком на земле, но немного неуклюжим, оттого еще любимым. - Нет, Володь! Никаких потом! Надо учиться! И так с этими переездами не учатся с октября. А сейчас декабрь уже! Следующие дни Лиза жила в переживаниях , но и предвкушениях. Ей очень хотелось обрести друзей, какую-нибудь классную компанию, как в городе. Сейчас у нее единственная связь с городскими друзьями - телефон и смски. Лиза переживала, что "сельские" ребята грубые и жестокие, живут по понятиям , как ее пугали в городе. Но тут же оговаривала себя и понимала, что это всего лишь предупреждения. Надо все увидеть своими глазами. Мама, как ошпаренная, подав документы в школу, носилась по дому, то отглаживая форму детей, то проверяя их портфели и так по кругу. Накануне дня "икс" Лиза рисовала темный пейзаж снежного леса, выплескивая свои переживания и страх на бумагу. Акварель впитывалась в листок , будто слезы, что шли из глаз Лизы. Хотелось спрятаться. Сердце сжималось. Нет, она не хотела себя называть плаксивой. Но плакала она много. То от страха, то от радости, то от книги, то от сериала на старом dvd. Она не была плаксивой или трусливой, а наоборот очень даже решительной, хитрой и изворотливой. Она была чувствительной. Часто ругала себя за всплески эмоций, за слишком явную радость, за слишком высокий голос, за слишком громкий смех, за передразнивания голоса... Не могла смириться со своей эмоциональной натурой. С чувствительностью ко всему, будучи художником с сенсетивностью. Лиза вздохнула, стерла слезы, шмыгнула носом, ощутив неприятную забитость в носу. Вьющиеся смольные пряди падали на лицо, бросая тени на рисунок, создавая подобие монстра в чаще леса. Она рывком отпихнула альбом для акварели и поднялась. Стянула домашние черные штаны , в которых было жарко спать и легла к стенке, ощутив приятный запах чистого ковра , висевшего на стене, и успокоилась. Заснула. А вот утро сразу началось суетливо с беготней. Она даже не успела сделать зарядку, быстрее пытаясь привести в порядок непослушные кудри. Заплела их в густую косу. Выбившиеся вьющиеся  пряди около лица мешают ей, но девушка лишь судорожно припудривает лицо, духарится туалетной водой , купленной летом на курорте,  со вкусом  дикой вишни и ванили, что так хорошо раскрывает дикую, необузданную и чувственную натуру Лизы. Она бегом натянула черные теплые колготки, пытаясь скорее влезть в них, боясь опоздать. Лиза совсем отвыкла от распорядка школы, вставая в период переезда то в 8, то в 10. Надела струящуюся черную юбку до колен, белую рубашку и поверх черную жилетку, заправленную в юбку. Надела любимые золотые серьги, которые ей подарили еще при рождении бабушка с дедушкой. Улыбнулась себе в зеркало, довольная видом. Но тут же критически осмотрела короткие ноги, чуть округлые у основания бедер. Лиза не очень любила свой низкий рост, составляющий примерно 158-160 см, потому что модные журналы и "тренды"  в городе, пришедшие из Запада, требовали высоких стройных девушек с длинными ногами. Нахмурившись, девушка отругала себя за сравнение и критику и вышла из комнаты. Скомкано позавтракала , так как ни один кусок не лез от стресса в горло. Женька казался спокойным, будто каждое нововведение от него отлетает, как горох от стены. Лиза иногда завидовала его умению быть всегда на "расслабоне". И вот, остановившись перед двухэтажным зданием школы, Лиза сжалась , но отступать поздно. Пошла вслед за братом , озираясь по сторонам. Надписи на стенах, ёлки , сосны, стадион за школой, погрязший в снегу, детвора у входа, крики, смех - все это поднимало градус ее стресса и накала. Хотелось отвернуться, скрыться, отделится от тела. Будто она не в своей тарелке, будто не здесь должна быть. "Ужасно, черт, как же ужасно!", - девушка хмурилась от мыслей. Настолько невыносима была тревога. В фойе ребят тут же встретил милый директор, перебиравший в руке все время носовой платок. - А, Филимоновы, наши новенькие! Здравствуйте, ребята , проходите. Скоро уже уроки начнутся, но ничего, вы опоздаете на первый. Я вам школу покажу в это время, и вы, ребята, учебники из библиотеки заберете. И так, с восьми до восьми сорока пяти , Игорь Геннадьевич дружелюбно, с некоторыми усмешками от явной неловкости показывал школу. Первый этаж, спортивный зал, раздевалки, туалеты , прокуренные и обрисованные на стенах, рекреации, второй этаж, музыкальный класс, столовую и тд. Лизе нравилась школа. Ничуть не отличается от городской, даже есть место для уединения. А вот Жене , казалось бы, было все равно. Лиза договорилась с библиотекаршей, что заберет половину учебников после уроков, а сейчас возьмёт необходимые. Вздохнула от их тяжести и тут же вздрогнула от резкого и громкого звонка. Перемена. Директор быстренько оставил новеньких одних, Женька махнул рукой и скрылся в коридоре, уходя к своему классу одиннадцатиклассников. - Эй, я тоже вообще-то старшеклассница, Жень! - Лиза зло прокричала брату , зная, что тот стесняется свою "маленькую сестрёнку". Девушка, пыхтя и отводя назад толстую кудрявую косу, подошла на второй этаж к 27 кабинету и постучала глухо. Вышла поспешно высокая женщина с очень строгим и деловым видом, в очках. - Елизавета Филимонова, да? Новенькая в моем классе? - учительница дежурно натянула улыбку и положила руку на ее плечо, - Так, теперь ты будешь учиться в моем 10А. Ты из города, небось , к другому привыкла? Детей не много в этом году пошло в старшие классы, поэтому кто уж есть...  Меня зовут Лилия Павловна, веду русский и литературу. Сейчас как раз мой урок, Лизонька. Заходи, знакомить тебя буду. Слушая ее монолог с натянутой и тревожной улыбкой, девушка тут же оказалась впихнута грубо и бесцеремонно в класс. Лиза хотела оправится, но ощутила на себе колкие и цепкие взгляды около двадцати душ. "Вот же и влипла ты, подруга..." , - Лиза прочистила горло и судорожно выдохнула. Без стеснений осмотрела своих новых одноклассников. "Не такие уж и ... Страшные они. Вроде нормальные. Только смотрят, как будто впервые обезьяну в цирке увидели". - Так, дети, я вам вчера говорила, но повторю для глухих, а таких у нас почти весь класс : у нас новая ученица - Елизавета Филимонова. Приехала к нам из города. Будет теперь с нами. Прошу любить и жаловать. Покажите ей тут все, помогите освоиться, - Лилия Павловна тут же тише сказала только для девушки, - Садись на свободную парту. Любую. Учителя неделю пока не будут тебя трогать, чтобы ты освоилась. Но ты не затягивай и не ленись. Тоже вливайся уже в процесс. Лиза кивнула, улыбнувшись и выгнула черную бровь, осматривая свободные парты. Не хотела сидеть ни с кем, но назло свободные места были только рядом с кем-то. Скользким потоком она ощутила на себе любопытство, взгляды, смешки и шёпот. "Городская значит, ясно..." "Ну мы-то ей неровня , наверное, вон как высокомерно смотрит" "А она ниче такая, я бы ее..." Лиза лишь прошла мимо второго и третьего ряда и остановилась у последней парты третьего ряда, вопросительно глядя на белобрысого парня в очках. Он показался ей самым доброжелательным и приятным. Парень чуть покраснел и отвёл взгляд, сразу же отодвигая стул, как бы приглашая ее сесть. Лиза села и тихо прошептала "Спасибо", приготовилась к литературе. Но тут же ощутила на себе ядовитый, тяжелый взгляд. Не девчонок с первых парт, те , что шептались больше всех, нет... Ощутила сбоку, чуть подальше... Она повернулась и замерла. На нее впритык смотрел какой-то парень, сжимая ручку в руке так, что скоро лопнет. Его карие глаза были черными от явного напряжения и злости. С ним рядом сидел молодой человек с азиатской внешностью и отсутствующими передними зубами, ухмыляющийся и что-то шепчущий другу. Шатен тоже зло ухмыльнулся, посмотрел на нового соседа по парте Лизы с нескрываемой ненавистью. Лиза отвернулась, но чувствовала на себе этот тяжёлый , прожигающий взгляд. Не по себе. Посмотрела на доску, учительницу и заметила другой, более добрый и ласковый взгляд - девушки с черными прямыми волосами и голубыми глазами. Она улыбалась приветливо и помахала рукой. Лиза улыбнулась в ответ. " Кажется, двоих друзей я уже смогла отыскать. Это не так-то и сложно " , - улыбнувшись самой себе она повернулась к блондину и начала тихо знакомится. - Приятно познакомиться, Антон... Мне тут все в новинку, переехали сюда с родителями из города. Не против если я буду в твоей компании? - Нет, а... Нет, конечно! - будто запаниковав, Антон улыбнулся и его белая кожа забавно покраснела, - Да и компании -то как таковой нет... Я и Полина - эта та девочка на второй парте. Что помахала тебе. - Отлично! Это уже неплохо. Я переживала, что не найду друзей. - Я тоже переехал сюда 5 лет назад и переживал, но... Свыкся. Все наладилось. Не переживай, Лиз, все будет хорошо. Ты правильно поступила, что села ко мне. Остальные... Скажем, не совсем доброжелательные личности в нашем классе. - Да?.... А... Тот? Ну, тот , что смотрел на тебя странно. Шатен в олимпийке. Антон сначала непонимающе, а потом как-то испуганно посмотрел на Лизу. - А... Это Рома. Рома Пятифанов. Или коротко - Пятифан... Он якобы местный авторитет, глава хулиганов и так далее... Ты , Лиз, лучше не связывайся с ним. Полина вон... Сама не могла отделаться от него долго. Лиза округлила глаза и посмотрела на Антона, вопрошая ответ на немой вопрос. - Да так... Он был влюблён в нее в шестом классе, а Полина испытывала от этого лишь дискомфорт. И мы долго не могли ее избавить от этого. Только к седьмому классу смогли, но... Скажем, большой ценой. По его понятиям .. По понятиям этих хулиганов на поселке - отбить девушку  или уход девушки  - это сильное предательство.... Но тебе лучше не вникать в это. Правда. Лиза усмехнулась, услышав слово " понятия". Это было смешно. Какие-то подростки возомнили себя невесть кем. Однако с другой стороны... Она посмотрела на внушительное телосложение "Пятифана" и невольно закусила губу. Да, по нему видно, что он явно занимается боксом и "избиением кого-то" как профессиональным видом спорта. Черная олимпийка натянулась на его широкой спине. Рома провел мозолистой рукой по каштановым волосам и вздохнул, перевел взгляд вбок, на Лизу. Резко, тяжело, неожиданно. Девушка замерла, выгнула чёрную бровь и продолжила смотреть синими глазами в его - ореховые. Рома нагло усмехнулся и тоже начал играть в гляделки с новенькой. Он привык к тому, что одноклассницы, девчонки из младших классов, средних классов его обожали, тащились по нему. И внимание новенькой из города явно было очевидно. Но тут Лиза с нескрываемым презрением медленно оглядела его сверху вниз и обратно, будто насмехаясь над видом, телосложением парня, стилем, поведением. Фыркнула, откинула назад толстую косу и посмотрела на Антона. Другими глазами. Более добрыми. Тот улыбнулся ей в ответ, и Лиза расплылась в ответной улыбке.  Ее редкие , но заметные веснушки у носа чуть подрагивали от движения носика. Рома нахмурился, его брови насупились, образуя черную полоску между собой. Это сродни унижению и неуважению к нему. "Да она знает кто я такой, блять, вообще ?!" Перешёптываясь с Игорем (Бяшей по погонялу), он затевал что-то неладное. Что-то... Ужасное. Надо было показать городской стерве, кто здесь главный. И как на него надо смотреть.