Часть 7

Саблин медленно обвёл взглядом барную стойку и только теперь внимательно рассмотрел того, кто находился по ту сторону. За стойкой стоял мужчина средних лет, аккуратный и спокойный, словно время здесь текло иначе и не имело над ним власти. На нём была коричневая жилетка, слегка потёртая на сгибах, под ней — белая рубашка с аккуратно застёгнутыми пуговицами, а синие брюки сидели ровно, без единой складки. Он неспешно натирал стаканы чистым полотенцем, делая это с таким видом, будто занимался этим всю жизнь и не видел в этом ничего необычного. Саблин подошёл ближе, сел на высокий барный стул, который тихо скрипнул под его весом, и, как привык за долгие годы службы, поздоровался почти автоматически: — Здравствуй, товарищ. Мне, пожалуйста, по сто грамм водочки. Бармен на мгновение остановился, поставил стакан на полку и повернулся. Его лицо было спокойным, без удивления или раздражения, словно он ожидал именно этих слов. — Здравствуйте. Сейчас принесу, — ответил он ровным, почти нейтральным голосом. Пока бармен искал бутылку, Саблин начал осматриваться. Бар оказался небольшим, но уютным. Тусклый тёплый свет ламп падал на деревянные столы, на которых не было ни крошки, ни пятна. Стулья стояли ровно, будто их только что расставили. Ни одного посетителя. Тишина была такой плотной, что Саблину показалось, будто он слышит собственное дыхание. «Пустовато тут…» — подумал он, чувствуя странное ощущение, будто место существует само по себе и не нуждается в людях. Бармен наконец достал бутылку из-под стойки, аккуратно налил водку в стакан и поставил его перед Саблиным. Ни лишнего движения, ни суеты. Саблин взял стакан, не глядя, и выпил залпом. Он ждал привычного удара — жжения в горле, тяжести в груди, но снова ничего не произошло. Только слабое тепло, которое быстро исчезло. — Да-а… — протянул он, ставя стакан на стойку. — Пустовато тут у вас как-то. Бармен слегка усмехнулся уголком губ. — Эх… к сожалению, мало кто сюда заходит. Иногда вечером пара человек заглядывает, и всё . — Понятно, — кивнул Саблин. — Тогда ещё. Но уже по двести. Бармен молча налил. Саблин на этот раз пил медленно, маленькими глотками. Он сидел в тишине, слушая собственные мысли. В голове всплывали лица, голоса, обещания, которые так и остались обещаниями. Водка не помогала, но и уходить не хотелось. Через какое-то время он поднялся, опираясь на стойку. — Думаю, хватит. Пойду я. Спасибо, начальник. Удачного дня. — Не за что. Заходите ещё, — спокойно ответил бармен. Саблин вышел наружу и остановился. На улице был вечер. Небо потемнело, воздух стал прохладнее, фонари начали загораться один за другим. — Хм… — пробормотал он. — Думал, тут всегда утро. Ну и хуй с ним. Он пошёл обратно к дому, медленно, почти волоча ноги. Мысли снова накрыли его. Он думал о своей жизни, о людях, которым обещал изменить всё, и о том, как всё пошло не так. Груз этих мыслей давил сильнее любого алкоголя. Он настолько ушёл в себя, что не заметил, как задел кого-то плечом. Саблин споткнулся и неловко упал на землю. — Простите… — выдохнул он, поднимаясь. Перед ним стояла девушка. Белые длинные сапоги, тонкие чёрные штаны. На груди и поясе — серая одежда, больше похожая на лёгкую броню. Длинные белые перчатки до локтей. За спиной — большие крылья белого цвета с чёрными элементами. Над головой — чёрный нимб со стрелкой, напоминающей компас. Белые волосы. Золотые глаза. Саблин, находясь не в лучшем состоянии, просто кивнул, пробормотал ещё одно извинение и, не задерживаясь, пошёл дальше.Девушка, не сказав ни слова, спокойно развернулась и продолжила свой путь, словно столкновение с Саблиным было для неё всего лишь мелкой случайностью, не заслуживающей внимания. Её шаги были ровными и уверенными, движения — отточенными, будто каждое из них подчинялось строгой внутренней дисциплине. Белые крылья за спиной оставались неподвижными, не издавая ни звука, а чёрный нимб над головой с тонкой стрелкой, похожей на компасную, медленно вращался, едва заметно отражая свет уличных фонарей. Через несколько секунд она уже скрылась за поворотом улицы, растворившись в вечернем спокойствии этого странного места. Саблин же продолжал идти вперёд. Он шёл медленно, почти машинально, не оглядываясь и не пытаясь осмыслить только что произошедшее. Голова всё ещё слегка гудела, шаги были неуверенными, но он держался. Улица тянулась ровной линией, освещённая мягким, не слепящим светом. По обе стороны стояли аккуратные здания, слишком чистые, слишком правильные, словно декорации. Иногда мимо проходили ангелы — кто-то в одиночку, кто-то парами, — и Саблин ловил на себе их взгляды. В этих взглядах не было враждебности, но и тепла тоже не ощущалось — скорее любопытство и лёгкое недоумение. Наконец впереди показался дом. Его дом. Белоснежный, с золотыми элементами, всё такой же непривычный и чужой. Поднявшись на крыльцо, Саблин остановился, перевёл дыхание и на секунду закрыл глаза. Потом достал ключи, открыл дверь и вошёл внутрь. Замок щёлкнул глухо и окончательно, когда он закрыл дверь за собой. Тишина внутри была почти абсолютной — настолько, что он невольно прислушался, будто ожидал услышать шаги или голоса. Он снял туфли и аккуратно поставил их у стены, выровняв, как делал всегда по привычке. Затем медленно прошёл в спальню, по дороге расстёгивая китель. Сняв форму, он аккуратно сложил её и убрал в тумбочку возле кровати. Делал он это осторожно, почти бережно, словно форма была не просто одеждой, а частью его самого. И положил фуражку с ремнем на саму тумбочку, сто бы потом не рыскать по шкафам и не искать их по всему дому. Очки он решил не снимать — они по-прежнему давали странное, но успокаивающее ощущение защищённости. После этого Саблин вышел на кухню. Там, у лестницы, всё ещё лежали вещи, которые он оставлял сушиться. Он провёл по ним рукой — ткань была сухой, чуть тёплой. Лестница всё так же сливалась со стенами, и Саблин невольно поморщился, вспомнив недавнее падение. Он собрал оставшиеся мелочи и вернулся в спальню, убрав всё на свои места. Когда дела были закончены, пришло ощущение пустоты. Не усталости — именно скуки. Тягучей, медленной, такой, от которой хочется либо лечь и уснуть, либо занять голову хоть чем-то. Саблин постоял посреди комнаты, затем решил пойти в гостиную и включить телевизор. Он сел на диван, взял пульт и включил экран. Комнату залил мягкий свет. Саблин начал переключать каналы: концерты, передачи, реклама, странные шоу — всё казалось ему либо слишком чужим, либо откровенно бессмысленным. Он уже хотел выключить телевизор, но вдруг наткнулся на канал, где шла передача о местном устройстве мира. На экране спокойно и без лишнего пафоса рассказывали о том, как здесь всё устроено: о порядке, о ролях разных существ, о том, как работают города и кто за что отвечает. Саблин невольно подался вперёд. Это было важно. Он понимал: если он здесь надолго, ему нужно разобраться, иначе он снова окажется в положении слепого. Он смотрел внимательно, иногда хмурился, иногда тихо усмехался. В голове постепенно складывалась новая картина реальности — странной, непривычной, но по-своему логичной. Когда передача закончилась, Саблин ещё некоторое время сидел, не выключая телевизор, глядя в тёмный экран. — Значит, вот как… — тихо сказал он сам себе. Он выключил телевизор, вернулся в спальню и лёг на кровать, закинув руки за голову. Дом снова погрузился в тишину. Саблин смотрел в потолок и думал, что, как бы ему ни хотелось покоя, этот мир вряд ли позволит ему просто сидеть сложа руки. Что-то подсказывало: всё только начинается. Примечание:с новым годом мои дорогители читатели и спасиба за ждунов благодаря им я знаю что вам наряжавятся работа и появляется работать как на хлопковых полях и я думаю либо где-то в середине этого проекта я буду работать над еще одним и надеюсь он вам понравится и еще раз с новым годом 🎄