Ночь. Убедился? Рогозиной нет. Тварь тёмная осталась.

Идут в какую-то старую часть города. Освещение улиц гораздо хуже. Фонарей мало. Снова пакеты и всякая дрянь летает по улице. Баки переполненные мусором. — Куда мы? — Ко мне. Узкие улицы. Домики старые. Позади остался Ленин. Указывает верное направление — в цент города. А они идут неверным путём, в отличии от товарищей. Храмы и тут же мечети. И ещё что-то. Неприятный район —гопоты полно в тёмное время. — Ваня, это бордель! Историческая ценность. Ты мог представить, что я тебе такие места буду показывать? — Ясно. Он уже не работает. Точно. Галина Николавна, поедем или пойдём обратно. В хороший отель, пожалуйста. Тут же должно быть приличное. Вы не должны в таких местах одна… Она закладку достаёт… О нееееет. — Убедился? Рогозиной нет. Тварь тёмная осталась. Сожрала… со всеми потрохами. Я с тобой до рассвета, Ваня. Провожу и уйду. Не хочу превратиться в тех, что видела столько… — Не надо. Пожалуйста. Нет. Не надо так, Галя!!! Молчит. Долго ещё гуляют. Смотрят на звёзды с какой-то горы. На ночной город смотрят. Она столько прошла и не устала или только кажется так. Сидят в обнимку долго. Это могла быть самая романтическая ночь. Самой трагической… обещает стать. Не хотят, чтобы заканчивалась оба. Вот и рассвет забрезжил… Нет. Не надо. — Ваня, пойдём. Ещё часа три -четыре я буду человеком. Я должна тебя проводить и … не опозорить. Мне хватит того, что в кармане. — Давай попробуем, пожалуйста. Давай я найду. Я поеду с тобой. Буду с тобой сколько нужно. Всегда с тобой рядом буду! — Уже нет шансов. Я всё узнала. Я пыталась. Мне конец. Поэтому я тебя провожаю. Я бы отпустить не смогла уже, если бы была надежда… Призрачная хотя бы. Пошли, Вань. Пора. Едут куда-то на маршрутке. Окна запотевшие и не важно. Всё неважно. ОНА рядом ещё. Вот единственное важное. Рука тёплая пока.