Глава 2

*Я смог отвязаться от троих братьев, что пытались помочь своему раненому брату, я спрятался в канализации. Противное место, но жить можно. Там я уже прошел через вонючие, грязные и мерзкие коридоры, вышел к “пруду” дерьма и прочей гадости, обошел его мимо, и пошел дальше прямо. Воняло тут дико, но что не сделаешь чтобы просто жить. Я шагал, насвистывая какую то тупую мелодию, но не слишком громко, чтобы меня не услышали кто сверху, и не захотели поживиться чем нибудь свежим - например, мной. Труп ягненка под моей рукой, все еще болтался там. Я вспомнил о нем только сейчас, и перекинул на плечо. На одежде осталось пятно. Одежда у меня, и так, не особо то и чистая, вся в грязных пятнах, где то порванная, где то с порезами, а теперь еще и пятно крови. Придется отстирывать, что уж сказать. Шаги эхом отдавались по канализации, путь был длинным, пока я не дошел до укромного места, это было отверстие внизу, в которое я пролез, оказавшись в более менее нормальном месте, в моем доме. Тут на стенах висят одеяла, ковры, тряпки, ткани. Где то лежат подушки, стол украденный, стул, матрас, в некоторых местах ящики с чем то, полки и все остальное. Все украденное, но комфортно, и вообще, кто меня будет за это осуждать? Сейчас почти у всех все украденное, и это нормально.* *Положив труп ягненка на стол, и вытянув его из тряпок, откинув те, я осмотрел труп, и понял, они не просто зарубили его, они мучили его. На шее того была веревка, туго сжатая, но явно не до удушья, челюсть сломана, зубы некоторые вырвали, а некоторые оставили, на теле маленькой овцы было много мелких ран, шерсть в некоторых местах была горелой, видимо, подпалили и смотрели как горит, и конец - разрезанная глотка. Я смотрел на всю эту картину с отвращением* -”вот уроды.. живодеры, мать его. Чтоб вас так же, на мясо пустили.. Ладно.” *Вытянув нож, что был поблизости, я начал разрезать тушку бедного малыша, снимая аккуратно шкуру и вытряхивая органы. Позже, я положу их в самое холодное и темное место, на запас, если вдруг опять наступит голод* -”ну что, малыш? Мне тебя, конечно, безумно жаль, но надеюсь ты будешь хотя бы вкусным” *Я говорил это с сарказмом, мрачным, мне самому он не нравился, но это была противная привычка, от которой я все никак не мог избавиться. Я вообще не особо.. любитель такого, но приходится. И когда делаешь это на протяжение семи лет, становится уже почти все равно. Почти. Заботиться о себе я стал с девяти лет, почему? Потому то мать мою, съела голодная стая бешеных волков, которых потом расстреляли, а отца затоптали насмерть, когда люди в нашем “городке” убегали от других людей. Размазало того, не слабо. Все равно не любил его. Умерли они оба в одном месяце, Январе. По этому я не люблю Январь так же, как и отца.* *Пока я вспоминал это все, я сам не заметил как дочистил тушку, и резанул себе ножом по пальцу, спустив с себя не мелкий кусок кожи. Я сразу завизжал от боли, выронив нож, и пошатнувшись, кинулся к тому месту где хранил бинты - к крупному и массивному ящику в углу. Пулей вытащив все, тряпки, какие то банки, еще что-то, и нашел на самом дне бинты* -”чтоб я еще раз так глубоко их прятал…” - *Я прошипел это себе под нос, разматывая бинт, и быстро заматывая палец, не забывая его обработать.* *Все таки, спирт и перекись у меня тоже были, и я знал как ими пользоваться правильно. Шипя и кряхтя от боли, моя кровь сочилась из пальца. На запах крови, приползли крысы: жирные, уродливые крысы. Эти твари любят кровь, особенно запах, но они гурманы в этом деле, на кровь животных они идут только тогда, когда голод становится невыносимым, а запах человеческой крови они могут учуять за 30 километров. Крысы вылезали из трещин и щелей моего дома, нюхая воздух, в итоге их собралось штук десять, наверно. К этому моменту мой палец уже был в бинтах и вскочив на ноги, я уставился на мерзких существ. Они медленно ползли ко мне* -”А ну пшли вон отсюда, уродцы! Проваливайте!” - *Я кричал на них, топал ногами и пытался выглядеть страшнее и больше.* *Некоторые крысы сначала начали пятиться, но потом с шипением, бросились вперед. Я с визгом паники, в последний момент поднял ногу, и наступил одной самой наглой твари на голову. Послышался хруст, и мое с отвращением громкое “фу!”, но сразу же, на меня набросились другие грызуны. Все пищали, издавали рычание, шипели и кусали меня, я пытался их отбрасывать, визжа от боли при каждом укусе.* *Только спустя минуту борьбы, я смог доковылять до еще одного предмета, что у меня всегда тут был, до зажигалки. И схватив, я зажег огонь на ней и поднес в сторону крыс, что сразу начали пятиться. Банально, конечно, но они боятся огня. Они были существами, что живут в влажных и темных местах, свет и огонь для них почти как яд. Я топнул ногой, резко закричал:* -”ну что, суки?! Будете еще лезть ко мне?! Вон отсюда! ВОН!” *Крысы пятились дальше, поджимая свои лысые хвосты и продолжая шипеть, прежде чем развернуться и убежать прочь. Выдохнув и убрав зажигалку, я поставил ее на место, и потом посмотрел на свое тело. Бешенства бояться мне не надо было, крысы… они перестали его переносить, почему то. Теперь большую часть им болеют такие животные, как - волки, зайцы, быки, жирафы и слоны. Да, отлично. Просто прекрасно.* *Посмотрев еще немного, я пошел обратно к бинтам, спирту и остальному медицинскому дерьму, что кстати, остались целы. С трудом опустившись на колени, я начал опять бинтовать себя и обрабатывать раны, тихо рыча. Туша ягненка была на столе, нетронутой* *Когда я закончил с собой, я медленно выпрямился, и подойдя обратно к столу - -продолжил возиться с трупом. Разделил на части, вытряхнул органы и отрезал некоторые части. Взяв их, я понес их в то самое холодное место. Вылез я уже из другой щели, в другое место. Тут было темнее, пространство узкое, не большое, но повернуться можно было, я подошел к камню что стоял там, прижатый к стене, и спрятал все то, что было в руках, и зажал камнем все куски плоти и органы. После этот уже вернулся обратно, взял оставшиеся куски, развел костер в сухом месте, и начал его жарить. Запах был лучше, чем вонь канализации, это точно. Пожарив, я начал есть. Не спеша. Все равно никто уже не отберет. Ягненок был вкусным, правда, не жирный и хилый, но все равно вкусный, и лучше уж так, чем пустой желудок. Доев, я собрал кости, некоторые оставил себе а некоторые выбросил в тот самый пруд, мимо которого проходил. Выкинув туда кости, я наблюдал, как те уходят ко дну. Медленно, булькая, будто бульон самого Сатаны. Сузив глаза, я развернулся, и пошел прочь из канализации, чтобы подняться обратно наружу. Я не собирался оставаться тут надолго, если остаться - могут найти не особо дружелюбные люди, а ты сам уже навряд ли останешься человеком, или хоть чем то похожим на него. Шагал по канализационным туннелям я уже другим путем, надо было вылезти в другом месте, более безопасном. Я все еще помню, что зарядил Ярославу чем то острым в глаз. Понимая, что этой свинье было больно, я немного улыбнулся, продолжая шаг. Где то в стороне булькнула грязная вода, я даже не посмотрел, продолжая свой новый, длинный путь через туннели, стены которых были полностью покрыты грязью, плесенью и чем то еще. Скоро должен быть выход.*