Часть 1. Любовь под сакурой💝

Светлое дневное солнце играло на лепестках большой сакуры, мягко падая на траву. Обанай тихо сидел под сакурой, прислонившись спиной к её стволу, глаза были прикрыты, а в голове кружились мысли. Вдруг появилась лёгкая тень — это была Мицури. Её шаги были почти неслышными, словно она не хотела нарушить тишину парка. Она подошла к Обанаю и села рядом, слегка коснувшись травы. — Привет, Обанай! Как ты? — сказала она немного смущённо. — Я увидела тебя и решила подойти поздороваться. Обанай приподнял голову, встречая её взгляд. Его лицо слегка покраснело, и на губах появилась тихая улыбка. — Привет. Я хорошо, а ты как себя чувствуешь? — спокойно спросил он. — Я прекрасно себя чувствую! — улыбнулась Мицури. — Спасибо, рада, что у тебя тоже всё хорошо. Она невольно провела взглядом по его развевающимся на ветру чёрным волосам. Обанай посмотрел на розовую сакуру и вспомнил, что хотел сделать. Он перевёл взгляд на Мицури. — Я хотел тебе кое-что подарить, — сказал он, доставая что-то из своего хаори. — Вот держи, это тебе. Думаю, тебе очень пойдёт! Он протянул Мицури маленькую розовую коробочку. Внутри лежали красивые розовые серьги. Мицури, увидев подарок, покраснела и с улыбкой поблагодарила его: — Вау! Какие же они красивые! Спасибо тебе большое, я буду носить их каждый день! Обанай снова слегка покраснел: — Пожалуйста, носи с удовольствием! Мицури тоже решила порадовать друга. в ответ она достала коробочку с данго, — Вот, я купила сладости и решила угостить тебя. Угощайся. Она осторожно поднесла данго к его губам, но рот Обаная всегда был закрыт повязкой, которую он почти никогда не снимал. Обанай заметил, как Мицури хочет его покормить, и почувствовал лёгкое смущение. Что же мне делать? Я ведь так хочу этого… — думал он про себя. Он не хотел напугать её своим шрамом. Мицури увидела его задумчивое лицо и уже хотела положить данго обратно, как вдруг Обанай мягко снял повязку и откусил кусочек сладости. Мицури с лёгким удивлением посмотрела на друга. Она почти сразу заметила большой шрам на рту Обаная, но, увидев его, совсем не испугалась. Не сдержавшись, она положила свою руку на его слегка покрасневшую щёку и улыбнулась. — Ты оказывается такой милый без повязки… Тебе очень идёт, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. Обанай слегка дрогнул от её слов. Она меня не испугалась? Мой шрам ей не страшен? Ей он понравился? — думал он, встречая её взгляд. Придя в себя, он смущённо сел на своё место Когда он хотел снова надеть повязку, Мицури осторожно остановила его руку. — Стой… можно мне… ещё немного полюбоваться тобой… — сказала она смущенно Обанай замер, встречая её взгляд. Сердце застучало быстрее, но в глазах Мицури не было ни страха, ни отвращения — только тепло и искреннее любопытство. — Я… — начал он, но слова застряли где-то в горле. Мицури слегка улыбнулась и осторожно сжала его руку, которая держала повязку. — Не нужно её одевать прямо сейчас, — тихо сказала она. — Мне нравится видеть тебя… таким. Обанай почувствовал, как смущение смешалось с лёгким теплом в груди. Он осторожно отпустил повязку и опустил её на колени. Мицури наклонилась чуть ближе, и их руки едва касались друг друга. Лёгкий ветер шевелил лепестки сакуры вокруг, создавая ощущение, что весь парк завороженно наблюдает за ними. — Тебе правда идёт… — повторила она, чуть тише, почти шёпотом. — Я… я рада, что могу видеть тебя таким. Обанай снова слегка дрогнул, но теперь уже не от страха. Он слегка наклонился к ней, и их плечи соприкоснулись. В этот момент слова стали лишними — достаточно было лёгкого взгляда и мягкого касания. Лёгкая улыбка появилась на его лице, а сердце Мицури забилось чуть быстрее. Они оба поняли, что этот момент — особенный, что между ними есть что-то большее, чем дружба.