•Симпатичный..•

Лина Карпань — Лина, сокращённое имя от Ангелины. Так её называли в школе: проще для всех, и для неё самой тоже. Обычная ученица девятого класса, простая, своя в компании. В ней смешались две крови — украинская и русская: отец был русским, мама — украинкой. Но родилась в Америке, знает русский и украинский, также свободно владеет Английским  Брюнетка с мягким профилем лица, прямым, чуть удлинённым носом, чёткими густыми бровями и ростом 163 сантиметра. Утро в старшей школе Прейри начиналось шумно и живо, как всегда. Было около 7:46 — коридоры были забиты учениками, кто-то смеялся, кто-то громко спорил, кто-то кричал через весь холл. Через четыре минуты прозвенит звонок на первый урок. Лина шла по коридору вместе с друзьями. В одном ухе у неё играл тихий трек, второй наушник она сняла, чтобы слышать разговор. Девочки болтали без остановки, перебивая друг друга и смеясь над какими-то глупостями. — Ты видела, как он вчера на неё смотрел? — возмущённо сказала одна из них. — Да ладно, это ничего не значит, — ответила Виктория. Лина улыбалась и поддакивала, чувствуя себя на своём месте. Она никогда не была одиночкой — у неё была своя компания, свои шутки, свои разговоры. Они подошли к столу и уселись все вместе. Разговор быстро перешёл на привычную тему — мальчиков. Кто кому написал, кто с кем переписывается, кто «кринж», а кто «норм». В какой-то момент Виктория резко повернулась к Лине и пододвинула телефон почти к самому лицу. Виктория: — Окей, оцени. На экране был красивый парень. Лина сняла наушник полностью и посмотрела внимательнее. Лина: — Симпатичный… Он из нашей школы? Виктория хитро улыбнулась и молча указала пальцем куда-то в сторону туалетов. Лина повернула голову — и в ту же секунду внутри что-то сжалось. Там стоял он. Сердце вдруг забилось быстрее, будто она только что резко побежала. Лина почувствовала, как тепло поднимается к лицу, и поспешно отвела взгляд, делая вид, что ничего особенного не произошло. Эммануил Деменько. Украинец с примесью румынской крови. Родился в Америке и говорил только по-английски. Ни русского, ни украинского, ни румынского — разве что пару матов и знакомых слов. Кудрявые тёмные волосы, простой и аккуратный стиль без показного выпендрёжа. Красивый греческий нос, пухлые губы, голубые глаза и рост около 172 сантиметров. Лина снова посмотрела в ту сторону — украдкой. Лина: — А как его зовут?.. Виктория: — Эммануил. Имя странно отозвалось внутри. Слишком знакомое, будто она уже слышала его раньше — во сне, в разговоре, или просто в голове. Звонок разрезал шумный коридор. — Пошли, пошли, — зашептали девочки, поднимаясь. Первым уроком была астрономия. Лина сидела рядом с подругами, иногда перешёптывалась, иногда улыбалась, но мысли всё равно ускользали. Учительница говорила про звёзды и планеты, задавала очередное задание, а Лина ловила себя на том, что машинально рисует маленькие точки в тетради. Весь день она была с друзьями — в коридорах, в столовой, между уроками. Смех, разговоры, шутки — всё было как обычно. Но каждый раз, выходя из класса, её взгляд сам собой скользил по толпе. Она искала его. Эммануил так и не появился перед ней снова, но мысль о нём не отпускала ни на минуту. На следующий день всё было почти так же, как и всегда. Те же подруги, те же разговоры, смех между уроками — всё по стандарту, всё привычно и по-своему хорошо. Лина была одета просто: светлое худи и серые джинсы. На ногах — Adidas Samba, аккуратные и чистые. Волосы собраны в ровный, аккуратный хвост — без лишних прядей, всё выглядело ухоженно и спокойно. На лице — лёгкий макияж: немного тонального, только чтобы выровнять кожу, накрашенные ресницы. Яркие макияжи она не любила, как и плотный слой тональника на своем лице, но любила как он выглядит на других. Иногда ей больше нравились пучки, но последнее время предпочитает обычную тушь, и этого было достаточно. Утро прошло быстро. Лина сидела с подругами, шутила, слушала разговоры, иногда вставляла свои комментарии. Ничего не выдавало того, что внутри она постоянно ловит себя на одной и той же мысли. Она снова искала его взглядом. Между уроками, в коридорах, возле шкафчиков, в столовой — всё безрезультатно. Эммануила нигде не было. День закончился так же спокойно, как и начался. Прошёл ещё один день. Потом ещё. Неделя. Казалось, будто его и вовсе не существовало — будто тот момент в коридоре был просто случайным эпизодом, который давно должен был стереться из памяти. Но он не стирался. За эту неделю Лина всё-таки нашла его Instagram. Случайно, почти незаметно для самой себя. Она не стала подписываться — просто сохранила профиль. Три поста. Всего три фотографии. Она иногда открывала его страницу поздно вечером или между делом, просто чтобы посмотреть. Его лицо, взгляд, лёгкая улыбка. Каждый раз сердце начинало биться чуть быстрее, будто даже экран телефона сокращал расстояние между ними. Она закрывала приложение и откладывала телефон, уговаривая себя: «Потом. Не сейчас. Ещё рано.» Подписаться она всё ещё не решалась. Через некоторое время Лина нашла и другие его соцсети — TikTok и Snapchat. Она ничего не делала сразу: просто смотрела, запоминала, пролистывала пару видео, ловя себя на том, что улыбается экрану телефона. Его голос, мимика, движения — всё казалось странно притягательным. Был вечер субботы. Лина находилась у тёти — в большом, шумном доме, где всегда было полно людей. У неё была огромная семья, поэтому суета, детский смех и постоянные разговоры были для неё чем-то абсолютно привычным. Она сидела на диване вместе со своими двоюродными сёстрами — Мариной, Калейей и Сарах. Русские и библейские имена, как это часто бывает в славянских семьях. Почти все такие семьи были баптистами или пятидесятниками — традиции передавались из поколения в поколение. Лина была одета просто: футболка Pacsun, шорты от Jordan, на ногах носки Nike. Волосы собраны в высокий, слегка небрежный пучок — «ленивый», но аккуратный. На лице всё тот же лёгкий макияж: минимум, только чтобы чувствовать себя комфортно. Она долго крутила телефон в руках, прежде чем решилась заговорить. Лина: — Марина, Калея, Сарах… мне тут один мальчик нравится. Я знаю его основные соцсети, но боюсь подписаться или добавить. Сёстры сразу оживились. Марина: — Snapchat знаешь? Лина: — Да… Калея: — Тогда добавь его сначала в Snap. А потом уже на остальные соцсети подпишешься. Сарах: — Да! Это самый нормальный вариант. Давай, доставай телефон. Лина глубоко вдохнула, разблокировала телефон и ввела его Snapchat-юзер. Экран показал нужный профиль. Она смотрела на него несколько секунд, будто надеялась, что кто-то нажмёт кнопку за неё. И нажала. В ту же секунду она выключила телефон и вскочила с дивана. — ААА! — вскрикнула она, прикрывая лицо руками. Сёстры тут же начали визжать вместе с ней, смеяться и подбадривать. — Всё, назад дороги нет! — Он сто процентов добавит! Прошло около пяти минут. Телефон завибрировал. Он добавил её обратно. Радости не было предела. Лина: — О боже… чёрт возьми… это не может быть правдой! Почти сразу пришло уведомление — он писал ей. Лина: — Бля-я-ядь… я в шоке. Мне страшно. Сердце колотилось так сильно, что у неё слегка закружилась голова. Лина села обратно на диван, сжимая телефон в руках. Сообщение открылось. Эммануил: — Привет, ты же Лина из школы? Лина посмотрела на экран и специально подождала пару минут. В Америке отвечать сразу считалось странным — будто ты слишком стараешься. Через три минуты она ответила. Лина: — Привет, да. А что? Он не открывал сообщение около семи минут. Лина успела накрутить себя десятками мыслей, но в конце концов экран снова загорелся. Эммануил: — О, круто. Я слышал о тебе, говорят, ты добрая. Лина едва не закричала. Лина: — Я тоже о тебе слышала. Решила добавить тебя. Переписка пошла легко и живо, будто они уже давно знали друг друга. Эммануил: — Ну тогда можно считать, что мы познакомились? 😅 Лина: — Да, наверное 😅 Он лайкнул её сообщение. В этот момент Лина чувствовала, что могла бы обкакаться от радости.