Ритуал превращения в настоящего мужчину.

— Что? — спросил Джимми, глядя на всё это, словно сошёл с ума. — Какой ритуал? — Ритуал превращения мальчика в мужчину, — повторил он. — Нет, прости, друг, но это не моё, — Джимми протянул руку, чтобы подчеркнуть расстояние между ними. — Ну, тебя никто не спрашивал, — медведь схватил его и поднял, держа одной рукой. — Эй, что ты делаешь? — он начал ёрзать. — Как твой крёстный отец, я заинтересован в том, чтобы ты прошёл ритуал по нашим обычаям. — Все направились в неизвестном направлении. — Ты же медведь! — крикнул он. — А что здесь происходит? — толстяку было всё равно. — Ты не можешь быть моим крёстным отцом; тебя не пустили в церковь! — настаивал он. — У нас здесь своя местная церковь; я хожу туда каждое воскресенье, — спокойно сказал медведь. — Иан действительно очень религиозен, — согласился Джош. — Медведь, — обратился к нему Джеймс Патрик О'Робертсон. — Пожалуйста, обращайтесь ко мне по имени, — настаивал Иан. — Хорошо, Иан, ты понимаешь, что в этой стране то, что ты делаешь, — это эксплуатация?! — воскликнул он, едва сдерживая крик. — Может быть, ты и прав, но когда твой дядя Буфорд хотел отправить тебя в лагерь в Калифорнии без твоего согласия, это называлось любовью или эксплуатацией? — спросил Иан. — Что? Откуда ты знаешь? — Они здесь! — объявил Иан, опуская Джимми на землю. — Озеро? — удивленно спросил он. Перед ними простиралось огромное озеро, длиной и шириной с небоскребы Шанхая. Берег кишел животными всех размеров и видов. — Да, сынок, это твое первое испытание, — спокойно сказал Джош. — Ты должен переплыть это озеро один, — сказал ему крестный дядя, — неся этот камень на спине. — Или, может быть, вам всем следует пойти на хуй? — грубо спросил он всех. — Минет, конечно, хорош, но сейчас… — сказал Иан. — К чёрту всех! — крикнул Джимми, убегая от них. — Джимми! — воскликнул Джош. — Стой, пацан! — воскликнул Иан.