Часть 1

Эта страшная болезнь распространилась невероятно быстро. Еще неделю назад появился совершенно случайно первый заболевший, а теперь практически весь Светлый лес и половина Темного страдали от мора. И мор этот будто разлетался по воздуху, так как заболевали эльфы, которые даже нос не высовывали за пределы своих поселков, не то, чтобы вовсе выходили к другим расам. Сначала маги еще пытались понять, что это, но сдались под напором огромного количества больных, а после и сами заболели. Их тела темнели, кожа становилась серой, а затем начинался кашель и откашливались черные сгустки. Это не было похоже на кровь, хоть та тоже темнела и уже плохо справлялась со своими функциями. Эльфы умирали медленно, а болели долго. На последних стадиях из них текла черная жижа изо всех возможных отверстий — из глаз, из носа, они ею кашляли и, стыдно признаться, выделяли ее же во время посещений отхожих мест. Сделать с этим было решительно ничего нельзя. Многие умирали дома, отказавшись от попыток лечения, другие же набивались в лазарет, который превращался в самое кошмарное зрелище, кое только можно помыслить. Некоторые убегали в лес, стараясь найти уединение с природой. А самые религиозные шли в храм. Храм потемнел от пятен черной жижи, которая не смывалась ни водой, ни магией. Жрецы постоянно обдавали верующих крепкими благовониями, но это, естественно, не помогало, лишь вызывало удушливый кашель у больных на начальных стадиях. Боги не отвечали на молитвы своего народа. Боги словно исчезли куда-то. Изредка к эльфам доходили вести о том, что у людей тоже что-то происходит, но понять толком, что и почему, у них уже не было ни сил, ни времени, ни желания. Тут самим бы не умереть, не то, что вмешиваться в дела соседей. Эльфийка Кассиэль жалась к внутренней стороне храма и истово молилась. Но ее молитвы не имели никакого успеха — боги не слышали ее просьбы. Молились все, только вот толку от того было не более, чем от благовоний, от которых першило в горле. Она закашлялась, сплюнула в платок комок черной жижи и вздохнула. Можно сказать, что боги покарали их, вот только не было никаких предшествующих тому событий. Никто горделиво не попирал храмы, никто не осквернял святыни, никто не говорил, что своими деяниями переплюнет деяния богов. Никто даже не осмеливался выдавать себя за пророка в столь трудные времена. Ни единого слуха не было о королевской семье, поэтому жрецы решили считать, что те тоже погибли от мора. И тогда, когда отчаяние затопило ее душу, она взмолилась по-другому. «Хоть кто-нибудь, все равно уже кто, пусть нас кто-то услышит! Нам нужна помощь!» По ее щекам текли слезы вперемешку с черными каплями мора. Рядом кашлял ее друг детства, оставшийся в городке потому как приехал в гости в аккурат перед мором и уже не смог уехать. Поодаль корчились ее соседи, подруги и друзья, ее дальние родственники — родители уже погибли от мора, они стали первыми жертвами болезни в их городе. Внезапно стены храма засветились, а после от каждого молящегося отделился яркий сверкающий энергией сгусток. И влился в большой яркий золотистый столп, ударивший с силой в крышу храма. Жрецы охнули, кто-то окружил себя обережным знаком, кто-то продолжил молиться. А потом, спустя долгие долгие минуты отчаяния, в храме открылся портал. И из него вышли совершенно невероятные существа. Кассиэль едва могла поднять взгляд на тех, кто светился силой и энергией так сильно, словно они были богами. Они разошлись по храму, рассматривая больных эльфов, поднося к ним загадочные приборы и говоря сначала непонятно, а потом все отчетливей. — Черный мор. Снова. На этот раз большая эпидемия. — Такое уже было? — пискнул кто-то из юношей, сгрудившихся поближе к жрецам. — И не в одном мире, — подтвердил один из спасателей. — Мы можем это лечить. Нам нужно много чистой воды и пространство. Жрецы показали им большой фонтан за храмом. Раньше возле него начинали празднество весны и нового года, но теперь фонтан послужил более прагматичным целям. Спасатели направили его струи так, чтобы они омывали подошедшего эльфа с ног до головы, а грязную воду отводили подальше и собирали в какой-то странный искусственный бассейн. — Учтите, что после лечения вам придется покинуть дом. Здесь все заражено, если вы останетесь, то заболеете снова, — предупреждали они. И часть эльфов согласилась. Те, кто были самыми больными, на последних стадиях, кому нечего было уже терять. Они шли к фонтану, раздевались за ширмой и получали порцию лечения. Потоки воды окрашивались черным, эльфы кашляли, плакали, но терпели до тех пор, пока вода не становилась прозрачной. Потом их переодевали и моментально отправляли в портал куда-то в неизвестность. Кассиэль поначалу боялась неизвестности, но болезнь прогрессировала, так что она согласилась одной из самых последних. Спасатели собирались пойти дальше по Светлому лесу, но в городок уже потянулись первые зараженные из других мест, поскольку слухи распространялись с невероятной быстротой. И те, кто хотел вылечиться, спешили в благословенный богами Раантар, чтобы попасть к священному фонтану. Фонтан с тех пор стал буквально местом паломничества — к нему приносили цветы, его благодарили за помощь в лечении и возле него не боялись оставлять детей, если нужно было куда-то отлучиться. За несколько дней фонтан превратился в место сбора больных и выживших. Кассиэль прошла чистку, как банально и совершенно не поэтично называли эту процедуру странные посланники богов. Ее тело избавилось от черного мора, она сразу ощутила себя намного лучше. Ее закутали сначала в большое полотенце, давая высохнуть и согреться после потока холодной воды, а затем дали переодеться в какой-то странный наряд с застежкой впереди, назвав его «обычным комбезом». И отправили в портал, куда она заходила уже с опаской и в ожидании любой пакости. Вышла она в странном белоснежном и очень чистом месте, даже ужаснулась от такой непривычной белизны. Рядом уже собралась группа тех, кто прошел чистку, возле них крутилась такая же эльфийка, но явно не из из поселка и даже не из их мира. Слишком чуждая и отличная от них, но вполне доброжелательная. — Вас поселят практически в идентичном городе тоже в лесу. Не скажу, что он полностью пропитан светлой магией, но там вам будет гораздо легче. И никакого черного мора, — объясняла она, успокаивая разволновавшуюся Лиансиль, которая мало того, что из-за болезни потеряла долгожданного ребенка, так теперь была вынуждена выживать в чужом мире без мужа и семьи. Все они погибли от мора. — И мы… сможем жить как жили? — поинтересовалась Кассиэль, потянув за лямку своего непривычного наряда. Та лишь щелкнула, возвращаясь обратно. Видимо, была на резинке. — Практически так, не считая некоторых отличий в законах, налогах и правящем короле, — усмехнулась та в ответ. — У нас король темный эльф. — А, это еще ничего, не черт же какой… — после мора многие ощущали, что пережили нечто страшное, поэтому новость о темном короле их уже не пугала. — Кстати, черти тут тоже есть, как и демоны, так что прошу не пугаться и не лезть сразу в драку, не разобравшись. Но мы вам все расскажем и покажем, как только обустроим. — Ну, если они не будут идти войной, то и мы не будем, — один из младших жрецов, тоже прошедший чистку, ощутил себя ненадолго главным в этой группе спасенных. — Не будут, у них полно своих дел, — эльфийка дождалась еще двух очищенных, провела их всех по белоснежному коридору куда-то вглубь здания, обдала по ходу дела странноватой лечебной магией, от которой зачесалась кожа, а после провела в большой портал, из которого они вышли в новом лесу. Лес этот был непривычным, переполненным магией под завязку, отчего казалось, будто сейчас даже деревья пустятся в пляс. На деревьях имелись почти такие же, как и их родные дома, на центральной поляне стоял храм, правда, не такой высокий, зато широкий и вполне вместительный. В самом городке уже сновали по делам те, кого забрали из дому раньше всего. — Эй, привет, хорошо, что вы выжили, — бывший ранее городской глава теперь вернулся к своей должности, правда, был одет иначе и подстригся — у него от мора выпали почти все волосы, что редко, но бывало. — Много там еще, Лора? — Очень много, — вздохнула она. — Тянутся как паломники, некоторых находят боги, некоторые сами приезжают, кто-то ползет изо всех сил. — Боги? — невежливо перебила их Кассиэль и тут же хлопнула себя по губам. — Простите… — Ничего, ничего, ты привыкнешь, крошка, — глава лишь усмехнулся. — Нас спасли боги других миров и забрали к себе, чтобы быть уверенными, что их труды не пропадут даром. Ты же сама видела, что откликнулись они только после того, как мы перестали звать своих богов. — И где мы сейчас? — Этот мир называется Шаала. Да, звучит некрасиво, но все же это лучшее, что пока есть для эльфов из хорошего магического мира, — пояснила Лора. — Ладно, принимай их, Эластриэль, я пойду за следующей группой. Удачной в новой жизни, — она помахала рукой и ушла к порталу. Кассиэль пошла туда, куда ей указал городской глава — к новому древесному дому, который будет теперь ее собственным. Пока что ей придется жить одной, раз больше никто из ее семьи не выжил, но как знать, не образует ли она с кем-то новую семью. Жизнь сделала крайне крутой поворот и так сильно изменилась, что она уже и не знала, за что хвататься и о чем думать. Но присев на краешек красивой кровати, эльфийка все же не забыла помолиться новым богам и поблагодарить их за спасение. Пусть хоть какие-то боги слышат молитвы. Пусть спасут всех, кто выжил на их родине. Пусть навеки закончится черный мор.