Shinten *

                   Третья встреча оказалась не менее эффектной. Поскольку Бьякуя выступал на мини-сцене этой гостиницы в качестве приглашённой звезды. Но, едва он засёк в толпе фанатов знакомый монашеский балахон, как дальнейшие планы слетели в чащу к демонам.       Он на автопилоте завершил выступление. Едва спустился со сцены, как рванул к управляющему. Не за оплатой концерта, а с совсем иной целью. Услышав которую, недолго размышляли над ответом.       – Мы не в праве выдавать информацию о клиентах, – вскоре закономерно прозвучало. – Если знакомый Бьякуи-сан не проинформировал вас о своём присутствии, это – его личное дело. У каждого ведь есть право на уединение и личную жизнь.       Он удручённо кивнул, понимая точку зрения управляющего. Но, покидая кабинет того, не мог не думать о человеке, опять похитившем его разум.       "Рюги", – эхом повторялось в мозгу. – "Где ты можешь быть, Рюги?"       Поистине коварный случай столкнул их позже в холле гостиницы, где потом бродили печальной тенью, а объект мыслей возвращался с небольшой сумкой, чем-то набитой. Сперва застыл именно второй, а первый, осознав, кто перед ним, следом.       – Рюги! – вырвалось обрадованным тоном.       Бакугами быстро взял себя в руки, коротко выдохнул.       – Выступление закончилось? – осведомился он.       – Так Рюги видел его?! – сильнее воспрял духом Бьякуя. – Правда видел?!       – Нет. Меня привлекла музыка. Я быстро ушёл.       Идол в огорчении сник. Он-то надеялся, что новый знакомый хоть немного побыл на этом небольшом концерте, а в реальности...       Почему этот уникум огорчает своей отстранённостью и ею же волнует ему сердце? Так хочется, чтобы тот хоть чуточку чему-то порадовался, хотя бы разок улыбнулся!       Взгляд, опущенный в пол, зацепился за содержимое тканевой сумки. В тех же оттенках и с вязью, что и монашеская роба. А в сумке были...       – Э-э?! – Бьякуя не поверил увиденному, вскинул ошеломлённый взгляд на стоящего напротив человека: – Рюги где-то рядом закупался продуктами, не здесь?       Вздрогнув, тот было скрыл сумку с закупками за спиной, но, поскольку очевидное заметили, опустил руку, знакомым холодным взором глянул на идола.       – Я имею право закупаться там, где сочту необходимым, – ровный тон голоса.       – Такой дешёвкой?! – Бьякуя склонил голову набок, невольно повысив голос. – Нэ, неужели Рюги, будучи в этом отеле, не может купить себе что-то...       – Бьякуя, это не твоё дело, – негромким, но резким тоном оборвали его.       – Не моё дело?! – с вызовом повторил он. – Так, идёшь со мной!       Идол резко перехватил товарища повыше локтя, успел сдвинуть на шаг – и в недоумении замер.       – Э-э?!       Он ещё раз попробовал сдвинуть Бакугами с места. Даже не шелохнулись, продолжая стоять в чуть более напряжённой позе.       Снова попытка оттащить того.       Ничего.       Ещё одна.       – Ксо! – в сердцах выдохнул Бьякуя, с досадой глядя на коллегу: – Как Рюги это... Эй!       Он в полном изумлении таращился сверху вниз на невозмутимое лицо того, легко поднявшего идола за шиворот всего тремя пальцами.       – Рюги, отпусти! – вцепился он в руку того.       Впервые на лице Бакугами проявился намёк на усмешку, да ещё довольную! Однако просьбу тот выполнил и поставил идола на место. Вот только ноги не держали, и Бьякуя попросту свалился на пол, чувствуя, как дрожат конечности.       – Ну и силища! – выдохнул он, не веря до конца в случившееся.       – Владыка Тега-меч наделил меня этой силой, – скромным тоном произнёс его собеседник. – Бьякуе лучше не вставать на моём пути.       – Э-э?! – он задрал голову, в изумлении глядя на того. – Рюги считает, я его теперь оставлю?! Нэ, с такой силой ты мог легко одолеть своих соперников! Почему Рюги ранее так не поступил?       Отвели взгляд где-то на полминуты, подбирая слова.       – Я сейчас легко могу нанести кому-то травму, не желая этого, – прозвучало наконец тихим голосом. – Со мной опасно связываться. Я лучше буду один.       – Один?!       – Да. Поэтому Бьякуе лучше уйти.       Завершив сию фразу, Бакугами нагнулся, взял за ручки заранее опущенную сумку с продуктами из супермаркета, двинулся дальше по холлу, не обращая внимания на редких зрителей. Спиной он чувствовал, что смотрят вслед, и надеялся, что назойливый идол отныне перестанет его преследовать. Но вскоре сзади зазвучали торопливые шаги.       – Рюги!       Он ускорил шаг, дабы поскорее выбраться уже из главного холла гостиницы. Но и сзади перешли на бег, причём, быстрый.       – Рюги, постой!       Он намеревался ещё прибавить ходу, когда одним рывком оказались рядом и сцапали за левый рукав:       – Постой же!       Развернувшись, Бакугами окинул наглеца ледяным взглядом, но тот не только не дрогнул, но и предложил:       – Нэ, я могу хотя бы угостить Рюги напоследок? Со-владелец этого отеля – один из моих давних фанатов, и мы вполне можем поужинать в здешнем ресторане!       – А?!       Растерянность продолжилась, даже когда они переместились в пресловутый небольшой ресторанчик. Пользуясь чужим замешательством, Бьякуя заказал самые лучшие блюда, которые здесь готовили, сам задвинул после взятия заказа ширму, отгораживающую их уголок от общего зала.       – Скоро всё принесут! – пообещал он Бакугами, сидящему прямо как палка. – Рюги наверняка оценит фирменное блюдо!       Хмурый взгляд вместо ответа. Убрали руки полностью с края стола.       – Если Бьякуя рассчитывает этим завоевать моё доверие, вряд ли это удастся, – прозвучало после значительного молчания.       – Вовсе нет! – знакомая обаятельная улыбка. – Я просто решил, что сегодня Рюги лучше не питаться этой дешёвкой. – Здесь последовал кивок на сумку с продуктами. – Я угощаю!       – В этом нет необходимости.       – Тогда считай это моим подарком!       – Не нужно.       – Не нужно нормально поесть?! Нэ, сперва попробуй!       – Здесь ничего нет. Я пойду.       – Сперва дождись, а потом делай выбор!       – Это приказ?       От ледяного тона Бакугами словно стужей повеяло. Передёрнув плечами, идол смог-таки сохранить благожелательность на лице.       – Это пожелание, – пояснил он. – И ещё просьба.       Выражение лица напротив ничуть не смягчилось.       – Рюги, я вправду хочу, чтобы ты расслабился и отдохнул! – более проникновенно озвучил Бьякуя. – Ты ведь не всегда так зажат? Любому нужен отдых. Нэ, доверься мне! Я для Рюги лучшего хочу!       – Почему?       Он потупился, поднял скрещённые ладони в попытке на время прикрыться.       – Ну,.. Рюги мне симпатичен, – прозвучало негромким тоном. – Как человек... и как напарник. Я хочу увидеть Рюги счастливым. Ты ведь постоянно печален и сдержан. А мне улыбку Рюги хочется увидеть!       Долгое молчание. Настолько долгое, что успели принести заказанные блюда. Тут Бьякуе и повезло убедиться, что в раннем выводе он не ошибся: его собеседник неплохо проголодался и от ароматных запахов в животе того явственно заурчало. Задавив понимающий смех, идол подвинул соусницу к собеседнику:       – Итак, давай поедим! Разговоры потом.       Несмотря на настороженность, в ответном взгляде проявилась и благодарность. Что стало лучшей наградой на эту минуту.       – Благодарю за еду, – сложив ладони вместе, Бакугами слегка наклонился в традиционном поклоне и лишь потом потянулся к столовым приборам.       Обед подействовал благим образом на обоих. От вида, как расслабился его компаньон, Бьякуя сам получал наслаждение и заодно надеялся на более душевную беседу. И, улучив момент, сам начал её:       – Как? Рюги понравилось?       – Да, – тот вежливо склонил голову. – Очень вкусно.       – Здесь многое готовят отлично! – идол улыбнулся, отпивая чай из кружки. – Я рад, что Рюги это тоже оценил.       Тот вскинул брови, но ничего не сказал.       – Нэ, можно спросить? – тоже немного помолчав, рискнул Бьякуя задать давний мучающий вопрос.       – О чём?       – Рюги... с какой целью находился здесь? – осторожно, опасаясь спугнуть стороннюю благожелательность, спросил он вполголоса.       Сумрачный взгляд искоса, коротко выдохнули через нос.       – Я бы не стал отвечать, если бы Бьякуя не предложил мне разделить трапезу, – заговорили почти в тон, благо голоса у них звучали в схожем тембре. – Будет неблагодарностью не ответить вежливостью на радушие. Но только по этой причине.       Под выразительным взглядом Бакугами идол на миг потупился, смущённо улыбнувшись уловленному смыслу.       – Я здесь временно снимаю одиночный номер, – проинформировали его. – Этого объяснения достаточно?       Припомнив ценник на местные номера, Бьякуя прикусил изнутри щёку. Как-то не гармонировало здешнее убранство с покупками на стороне. И то, что именно снимают номер... Не значит ли это, что?..       – У меня имеется небольшой дом в окрестностях Токио, – тихо сообщил он. – Если Рюги некуда идти...       – Этого я не говорил, – в тихом голосе Бакугами прорезалась твёрдость.       – Но если Рюги снимает здесь номер...       – Возможно, это из-за скорого переезда куда-либо, – резкость стала чётче.       Бьякуя примолк, задумавшись о дальнейшем раскладе событий. Ухода собеседника он не желал совсем, сообщения и признания того наводили на множество не самых приятных мыслей. А требование не задавать личных вопросов вовсе вводило в ступор. Поневоле приходилось признать, что его загнали в тупик. Интересно, а могут ли дать подсказку? Ведь Бакугами выглядит старше его минимум лет на пять, значит, на какие-то уступки способен.       – Я бы хотел видеться с Рюги чаще, не случайно, – негромко сознался он.       Пауза.       – Убеди меня в этом.       – Э?! – Бьякуя поднял на того непонимающий взгляд.       – Убеди меня в необходимости видеться чаще, – терпеливо повторили вполголоса.       Он в растерянности сцепил ладони, закусил щёку, усиленно размышляя. Ведь методов убеждения немало, а словами пытаться – собеседник способен его в чём-то обставить. Не силком же тащить, убедился ведь, что Бакугами, если тот захочет, скалой с места не сдвинешь.       В такой задумчивости он просидел долго, перебирая варианты и сопоставляя их с итогами ранних встреч. Пока не остановился на одной, самой дерзкой и отчаянной, которую некогда допустили со стороны. Если и сейчас получится...       Бьякуя нервно сглотнул, взялся за край стола пальцами.       – Если Рюги не убедит... этот способ, я всё равно буду надеяться на наше сотрудничество, – сдавленным шёпотом объявил он, стараясь, чтобы голос не дрожал.       На это лишь приподняли одну бровь, более никак не пошевелившись.       Поднявшись из-за стола, Бьякуя в три шага обошёл тот, секунду собирался с духом. Потом нагнулся к невозмутимо сидящему собеседнику.       Губы у Бакугами оказались суховатыми, слегка обветренными, но тёплыми. Не дрогнувшими под напором. Но и не пытающимися ускользнуть, позволяя продолжить поцелуй. Поверхностный, не более того. Углубляться идол опасался, не зная, как могут отреагировать на сию попытку. Но то, что не отталкивают, что дают возможность наслаждаться такой близостью...       Пока чужие губы не дрогнули, размыкаясь. Тёплый выдох проник лёгким ветерком меж собственных губ.       – Ладно, Бьякуя меня... убедил, – шепнули в них следом.       Он заторможенно воспринял эти слова. Касаться губ Бакугами своими оказалось слишком волнительно. Это дразнило, туманило разум, уволакивало в редкостное блаженство. Не поцелуй, а именно соприкасание. И не было сомнений, что его партнёр считает так же.       Пока тот сам не озвучил тёплым шёпотом:       – Куда надо ехать?       ... Спустя чуть больше часа Бьякуя уже обрадованным хозяином ходил по дому, показывая неожиданному гостю комнаты. Друзей у него – настоящих, а не поверхностных – было мало, заезжали они редко, поэтому идол уже предвкушал, как сможет устроить долгожданного коллегу у себя дома. А поскольку в глазах Бакугами горели огоньки искреннего интереса и восхищения, выпускать того отсюда не хотелось ни за какие сокровища мира.       – Как? – после экскурсии по дому поинтересовался он. – Рюги останется у меня?       – Остаться?! – встречный вопрос.       – Да. Я ничего не требую, а оплату возьму только одну – хорошее общение.       – Общение,.. – Бакугами приподнял на мгновение брови, заинтриговано посмотрел на хозяина дома. – Это необычная цена.       – Что, Рюги не любит общаться? – изобразил тот беспокойство лицом и голосом.       Уловку или не распознали, или проигнорировали. Поскольку донеслось:       – Я предпочитаю общение с книгами.       – Тогда все книжные стеллажи в полном распоряжении Рюги! – прозвучало следом. – А за чаепитием можно поболтать о чём угодно!       – Пустые разговоры?!       Бьякуя помимо воли сник, убеждаясь, что прагматизм и сдержанность из новоявленного товарища придётся вышибать долго и упорно. Чем-то крайне нестандартным.       – Нэ, пусть Рюги расслабится хоть немного! – протянул он жалобным тоном. – Мы сейчас одни дома, не нужно быть занудой!       – Занудой?!       – Ну, не настолько! – он тотчас сдал позиции назад, ибо нахмуренные брови гостя спокойствие не внушали. – Рюги просто очень сдержан и мало эмоционален. Только поэтому я... ну, назвал так.       К счастью, ограничились недовольным выражением лица и скрещёнными руками на груди. После чего как ни в чём ни бывало Бакугами спросил:       – Какую комнату Бьякуя решит мне выделить?       – Любую! – выпалил тот. – Рюги может выбрать ту комнату, которая больше нравится.       Выразительный взгляд в ответ, затем слова:       – Комната, смежная с кухней.       – Э-э?! Рюги уверен?       – Да, – ни тени сомнений в голосе либо на лице.       – Но там наиболее шумно! Звуки из кухни, от дороги недалеко...       – Этого достаточно, – твёрже повторил Бакугами.       – Ну, коли ничего не поделаешь,.. – идол развёл руками, уронил их, глянул на гостя: – Рюги сейчас там устроится?              Утром разбудил крайне непривычный аромат и звуки из кухни. Последние кое-как пробрались сквозь беруши, запах же более вездесущ.       Спустив ноги с кровати, Бьякуя босиком прошлёпал к лестнице, протирая сонные глаза, спустился из мансарды на первый этаж. Успев вспомнить события вчерашнего дня, он не сомневался уже, кто хозяйничает на его кухне. И всё равно застыл внизу, у лестницы, зачарованно наблюдая, как его гость творит кулинарное волшебство у плиты и столов.       В какой-то момент его заметили, поскольку раздалось:       – Доброго утра.       – Да, – улыбнулся идол, не в силах отвести взор от спины кулинара. – Доброе утро. Рюги давно проснулся?       Беглый взгляд на настенные часы.       – В половине шестого, – очередной ответ.       – Так рано?! Рюги мог ещё поспать!       – Я давно просыпаюсь рано, – наконец удостоил Бакугами его беглого взгляда.       – Ранняя птица! – рискнул пошутить на это идол.       Внимательный взгляд, затем опять развернулись к плите.       – Бьякуе нужно посетить ванную комнату, – донеслось затем.       Тот оглядел себя. Чуть смятая шёлковая пижама, в глазах привычно ощущается сонная пыль.       – Я скоро вернусь! – пообещал Бьякуя невольному повару и направился уже в ванную.       Позднее, уже за завтраком, он сполна оценил кулинарные навыки Бакугами. С первой пробы стало ясно, что готовить умеют не хуже шеф-повара в любом ресторане: настолько тонко отдался по вкусовым рецепторам неповторимый вкус блюд!       – Вкусно-о! – от души высказал своё мнение Бьякуя. – Рюги шикарно готовит!       Недавний повар принял похвалу, заметно смутившись.       Неужели того редко хвалили?!       Бьякуя потом на многое высказался, как "невероятно вкусно!" Добился этим того, что услышал весьма резкое:       – Хватит! Бьякуя повторяется.       Он лишь улыбнулся, счастливый донельзя. Как иначе? Бакугами впервые выглядел смущённым и грозным, но последнее явно ради того, чтобы скрыть наслаждение от искренних похвал. Ещё по этой причине идол, завершив чаепитие – тоже ставшее великолепным, – не просто поднялся из-за стола, а шагнул к гостю, добровольно взявшему на себя роль повара.       – Рюги шикарно готовит! – нагнувшись, повторил он и, не давая опомниться, с чувством поцеловал Бакугами в губы.       Если бы он ставил цель задержать гостя на месте, сейчас это удалось на все триста процентов. Тот застыл, неверящим взором глядя перед собой в пространство. Выдавая этим, что подобные проявления благодарности и внимания почти не бывали.       – Нэ, Рюги может остаться здесь надолго, – добил того Бьякуя словами и доброжелательной улыбкой. – Я буду рад делить с тобой это жильё! Здесь порой так одиноко бывает...              Сбежать тянуло. Но гораздо сильнее было ранее потаённое стремление испытать ещё раз счастье, даже эйфорию от проявления чьей-то радости. Радости, порождённой желанием отблагодарить за предоставленное добровольно жильё. Он и завтрак сделал с этой целью – в качестве оплаты за уже выраженную заботу. Умышленную или нет – без разницы. Бьякуя налицо не пытался сдерживаться, никакое актёрское искусство не сможет скрыть искренние эмоции.       Особенно тот поцелуй.       Бакугами помимо воли возвращался мыслями и ощущениями к последнему пылкому поцелую. Странно было чувствовать нечто доселе непривычное. И не одно.       Смятение.       Смущение.       Признательность.       Тепло.       Желание поверить.       Надежда.       Было ещё одно чувство. И впечатление заодно. То, что раньше он испытывал к легенде про владыку Тега-меча. Но сейчас это чувство было иным. Более доступным, более желанным. Более сильным. Порождённым сторонним вниманием и благожелательностью.       Влечение.              Бьякуя вернулся в дом в начале одиннадцатого ночи. С порога заметил невероятную чистоту всюду. Разумеется, за состоянием дома он следил, чтобы везде всегда было уютно и комфортно находиться. Однако ныне поверхности бликовали, надраенные до блеска, пахло цветочной свежестью и, менее уловимо, едой.       – С возвращением, – донёсся ровный голос от лестницы в мансарду.       – Рюги! – он обрадованно шагнул к Бакугами, ранее успев сбросить обувь. – Эта чистота – твоих рук творение? Всё так сверкает!..       – Да, – не стали отрицать очевидное. – Этому дому требовалась приборка.       – Потрясающе получилось! У Рюги очень умелые руки!       Снова без улыбки. Однако в глазах Бакугами ясно отразилась признательность за приятные слова и принятие заслуг.       – Ужин готов, – прибавил тот следом.       – Уже?! – Бьякуя оживился ещё больше. – Не терпится отведать новые вкусные творения Рюги!       На это смутились более заметно, поспешили жестом пригласить его в зону столовой.       Сидеть в чистой столовой оказалось непривычно, но крайне уютно – благодаря наличию гостя. Усаженный первым, Бьякуя с удовольствием осматривался, взирая на обстановку по-новому. С восхищением поглядывал и на гостя, который умело и шустро расставил тарелки и часть блюд на столе. Однако, по мнению идола, чего-то не хватало, и вскоре он сообразил, в чём причина.       – Бьякуя?! – прозвучал вслед ему недоумевающий голос.       – Я быстро! Всего одну вещь добавлю!       Долго рыться на полках кладовой не пришлось: его гость прибрался и тут, аккуратно всё отсортировав. С непривычки идол не сразу сообразил, где что лежит, но быстро отыскал нужные вещицы, отобрал из них шесть штук.       – Вот! – вскоре расставил их на столе Бьякуя, с довольным лицом включил.       – Светодиодные свечи?! – с непонятным выражением констатировал Бакугами его выбор.       – Что? Разве не красиво?       Явно хотели что-то возразить, но сдержали порыв. Взамен вежливым жестом обвели содержимое на столе, на что идол так же кивнул и вырубил верхний свет.       – Как? – с улыбкой осведомился он. – Романтично ведь, да?       Крайне выразительное хмыканье, однако оспаривать очевидное Бакугами не стал. А значит, ещё одна маленькая победа над этим зажатым упрямцем.       Они спокойно закончили поздний ужин. Выпили по чашке ароматного чая. И лишь тогда Бьякуя наконец заговорил, начав с вопроса:       – Нэ, Рюги надолго у меня?       Он не играл: надежда, что гость задержится на долгий срок, была очень сильна. Это – одна из причин, по которой он привёл Бакугами в этот особняк. Не в эгоизме или жажде утвердиться дело. Идол был готов упрашивать того остаться, если вдруг сперва откажутся. Ему, привыкшему к вниманию и общению, тоскливо подчас одному в этом доме. Слышать чей-то голос рядом в одинокие вечера и ночи тянет крайне остро, пусть даже это окажется голос потенциального соперника. А сидящий напротив человек с затаившейся в глазах тоской уже воспринимался почти родным. Почти, потому что неуловимо чем-то напоминал самого идола. Потому что закрыт до сих пор от окружающего мира. И эту стену, воздвигнутую хозяином добровольно, нестерпимо тянуло разбить на осколки. Всю, без остатка, в мельчайшую пыль.       Как минимум, его отчаянное пожелание повлияло сполна. Поскольку прозвучало после долгого молчания:       – Бьякуя может рассчитывать на мою помощь по дому.       – Помощь не обязательна! – вырвалось у него. – Рюги – мой гость здесь. Я не хочу загружать тебя домашними делами.       – Бьякуя был вежлив со мной, впустил в этот дом, разделил с собой пищу, – ровным голосом перечислил его поступки Бакугами. – Этот дар нельзя проигнорировать. Я сделаю всё, что в моих силах, дабы оплатить этот долг.       – Рюги не должен заставлять себя на это, – со слабой грустью улыбнулся тот. – Я хочу, чтобы Рюги расслабился здесь. Не знаю, что плохого случилось в его жизни, но это вряд ли здесь повторится!       С какой пронзительной тоской, отдающей мертвенным холодом, посмотрели в ответ! Бьякуя помимо воли передёрнул плечами, виновато посмотрел на гостя. Повторил:       – Рюги – гость здесь. Не прислуга.       У его собеседника дёрнулся кадык, глаза отразили невероятную благодарность.       – Спасибо большое, – дрогнувшим голосом шепнул ему Бакугами.       Чувствуя себя крайне неловко, идол порывисто встал, огляделся вокруг, ища другой предлог для беседы. И по неведомой причине взгляд зацепился за монашескую робу, в которую были одеты.       – Нэ, Рюги необязательно носить тут такую одежду! – тоже просительным, но более спокойным тоном предложил он. – У меня полно вещей. Либо можно купить что-нибудь.       Теперь в глазах напротив читалась снисходительная усталость.       – Это излишне, – вскоре сообщили вполголоса. – Мне хватает того, что есть.       – Но не постоянно же так ходить! Рюги наверняка не спит в этих одеждах!       – Да, не сплю, – подтвердили прежним тоном. – Но лишнее не требуется.       – А?..       Бьякуя сам вовремя осёкся, дабы не выдать свой порыв. Ни к чему подобные уточнения, вдобавок, его ранее просили не задавать личных вопросов. Однако о подарках речь не заходила, значит, за счёт них можно потом отыграться. Разве что...       – Бьякуя что-то хотел спросить? – нахмурился его собеседник, озадаченный оборванным вопросом.       Он опустил глаза, собираясь с духом.       – Да, – слегка кивнул идол, дав теме ускользнуть немного в сторону. – Точнее, попросить.       – О чём? – во взгляде Бакугами, как повезло заметить, отразилась прежняя подозрительность.       – Пока Рюги в этом доме, я бы хотел, чтобы он был раскованнее. Более свободным, более открытым. Может, мы и соперники, но сейчас Рюги – мой гость. И хочется верить, что – партнёр.       – Партнёр,.. – медленно повторили следом.       – Да, – Бьякуя снова кивнул. – Если мы объединим усилия, то сможем собрать сентай-кольца быстрее. У Рюги есть огромная сила, у меня – обострившийся слух, а ещё ловкость. Вдвоём мы сможем больше! Поэтому я повторю: давай работать в союзе!       Даже неровные отблески светодиодных свечей на предметах не смогли исказить нерешительное выражение на лице Бакугами. Тоже заметив их, идол как можно проникновеннее прибавил:       – Бои будут честными. Чей окажется противник, тому и кольца достанутся. Я не стану воровать победы у Рюги.       – Это обещание? – пронзили его взглядом.       – Да! – твёрдый, уверенный ответ.       Пауза. Задумчивая, как само время.       – Я согласен на такие условия, – в итоге произнёс Бакугами.       На это улыбнулись. Поднялись из-за стола, протянули тому руку:       – Тогда закрепим союз рукопожатием?       Новоявленный напарник так же неторопливо встал, шагнул ближе.       – Да, – прозвучал ответ, вслед за которым пожали протянутую ладонь. Вполсилы, как отметил Бьякуя с удовольствием и воспользовался этим, рывком подтянув гостя к себе ради объятий. Тот успел лишь выдохнуть от изумления перед тем, как оказался нос к носу с идолом.       – Спасибо, Рюги-кун! – счастливо улыбаясь, поблагодарил идол его.       Внимательный, испытующий взгляд в упор. На миг глянули ниже.       – Бьякуя опять меня поцеловать хочет? – прозвучало следом.       – Э?! – он с удивлением вгляделся в глаза напротив, где прежней тоски либо печали уже не замечалось. – Рюги этого хотел?       – Этого я не говорил.       – Но ведь спросил именно о поцелуе!       – То было уточнение.       – Потому что Рюги помнит прежние знаки внимания?!       – Бьякуя ранее именно целовал меня.       – Это ради поддержки! Рюги таким потерянным тогда выглядел...       – Значит, только из-за этого Бьякуя меня целовал?       Идол враз осёкся. Не потому, что взгляд собеседника заметно потяжелел, а поскольку знакомые горечь с разочарованием опять возвращались в глаза того. И от вида этих чувств сердце не впервые полоснуло острой болью.       Снова быть одному...       – Вовсе нет! – сдавленным голосом хрипло выговорил он. – Я ещё тогда захотел видеть Рюги рядом. Эта печаль в твоих глазах невыносима! Я хочу видеть Рюги счастливым! Хочу сражаться вместе. Рюги мне дорог уже тем, что просто находится со мной. Я не хочу твоего ухода. Прошу, останься! Партнёр...       Долгая пауза. За время которой Бьякуя как мог боролся с собственной горечью давних потерь, с пеленой слёз, пытающихся застлать глаза. И, невзирая на противную солёную влагу, видел полностью аналогичный усиливающийся блеск в других глазах.       – Ты...       Вроде простое короткое обращение, но сколько эмоций слилось воедино в нём!.. Эмоций, раздирающих острыми когтями душу им обоим. Видно же, как отчаянно Бакугами пытается ему поверить! Что за глухой стеной отчуждения живо ещё сердце, тот уголок в оном, который исступлённо скребётся наружу в поисках малейшего лучика искренних внимания и заботы.       Порыв обнять этого одиночку был резким, словно ударившим под дых. Под влиянием впечатления, что у них обоих судьбы изломаны до предела. И то, как после заминки медленно обняли в ответ, прижимая к тёплому телу, убедило, что ничуть не меньше жаждут найти настоящее понимание.       – Рюги,.. – далеко не скоро смог прохрипеть идол искажённым шёпотом, не разжимая объятий вокруг плеч того. Ощущая, как другие сильные руки с не меньшим чувством обнимают его в ответ, а шею приятно щекочет тёплое дыхание обретённого наконец товарища. И эти два явления успокоили лучше и скорее, чем изобилие пышных фраз.       – Не уходи! – спокойным, без надрыва, шёпотом повторил Бьякуя, не открывая глаз. – Рюги... важен мне.       – Бьякуя,.. – ответный шёпот с нотами надежды на бо́льшее, тогда как давление пониже лопаток и на поясницу ощутимо усилилось. Не сильно, ровно настолько, чтобы не сломать ненароком спину. Видимо, с той кошмарной силой, которую даровал Тега-меч, уже вполне освоились.       Но вряд ли – с мыслью, что отныне не одиноки. Её наверняка ещё требуется укреплять. А вот как?..       – Нэ, – тихонько позвал Бьякуя нового друга. – Рюги хочет поиграть в приставку?              Просыпаться на следующее утро не хотелось абсолютно. Во многом потому, что рядом, под боком, безмятежно сопел человек, разделивший с ним ныне дом, пищу и удовольствия.       Чуть повернув голову, Бакугами снова прикрыл глаза. Мысли лениво ползали вокруг событий прошедшего вечера и частично ночи. Как они вдвоём не меньше двух часов играли в различные игры на Play Station последней модели. Помнится, Бьякуя тогда похвастался, что её когда-то подарил один из его фанатов, работавший в салоне видеоигр. Совершенно неопытный в таких играх, Бакугами с детским восторгом осваивал их, благо учитель попался терпеливый. И они оба потом с азартом играли либо в паре на режиме мультиплеера, либо против друг друга в PvP. Но даже последнее оказалось на удивление приятно и весело, а Бьякуя впервые добился давнего желания: увидел на лице нового товарища долгожданную живость и горящие восторгом глаза.       Потом идолу на ум пришла новая идея, и он притащил откуда-то вино. Помнится, в честь начала их работы в тандеме. В силу обстоятельств уже пробовавший не раз алкоголь, Бакугами оценил сорт вина достаточно высоко по вкусовым качествам. Трёх бокалов на каждого хватило, чтобы разогреть кровь и спутать мысли. Он вполне помнил, как Бьякуя в один момент решил спеть в караоке и включил ради этого домашнюю установку. Голос у идола вправду оказался отличный, но запомнить, что тот пел, оказалось сложно. Впрочем, Бакугами совершенно не помнил, что рискнуть спеть сам, когда ему силой впихнули микрофон в руки. Вполне чётко вспоминалось, что в какую-то минуту идол висел на его плечах и о чём-то всхлипывал.       Последним вполне чётким воспоминанием, сдобренным последним бокалом второй бутыли вина, была попытка хозяина надеть на него одну из свободных пижам. Судя по всему, увенчавшаяся успехом: Бакугами сейчас лежал на кровати в блестящей золотистой пижаме. Бок о бок с владельцем этой пижамы, у которого, похоже, каждая вторая вещь была блестящей. Какой контраст с бывшим гардеробом в родовом особняке, где одежда была более скромных оттенков! Но возвращаться туда Бакугами ни за что не желал, особенно ныне, обретая в лице идола первого возможного друга, а не только боевого товарища.       Он, видимо, опять задремал, поскольку от лёгкого движения слева сильно вздрогнул, открыл глаза. Встретился ими с сонным, но осмысленным взглядом Бьякуи.       – Извини, – тихо попросил тот с лёгкой улыбкой. – Я не хотел будить Рюги.       – Всё нормально, – хриплый шёпот в ответ. – Я ещё раньше проснулся.       – Можно поспать подольше, – улыбнулся шире Бьякуя, грациозно потянулся, расправляя мышцы, затем повалился головой на плечо товарищу: – Рюги такой тёплый!..       То, как прижались теснее и обхватили рукой его за поясницу, породило прилив тепла и признательности в сердце. Впервые кто-то другой доверяет ему настолько, что дарит возможность раскрыться и позволяет спать вместе в одной постели. Именно спать, а не...       – Нэ, Бьякуя разрешит задать деликатный вопрос? – позвал он вполголоса под влиянием последней мысли.       – Какой? – идол аж приподнял заспанное лицо.       – Что для тебя значит партнёрство?       – Ну, помощь в любых сложных делах.       – Даже в интимных?!       Бьякуя мигом проморгался, убрал остатки сонной пелены ладонью. Привстал на локте.       – Рюги вроде просил избегать личных вопросов, – припомнил идол одно из чужих требований.       – Это, скорее, уточнение деталей, – подобрал Бакугами нужную формулировку после недолгой паузы. – Но пока оно не требует разрешения. Я прошу прощения, что затронул столь деликатную проблему.       Он осторожно поднялся с кровати, отыскал ногами тапки и направился в ванную комнату. Чувствуя спиной, как провожают заинтригованным взглядом.