Внешность может быть обманчива

Пьеретта проснулась в поту, тяжело дыша, сердце быстро билось. Она осмотрелась и нашла себя в своей комнате. Она все так же была в своей съемной квартире. Пьеретта облегченно выдохнула и легла обратно. Она чувствовала, будто пробудилась от очень долгого и тяжелого кошмара. Она перебирала в голове всё, что произошло, и была удивлена насколько подробным был сон, но потом он превратился в какой-то сущий ужас и хаос. Она даже не могла вспомнить конкретные события, помнила лишь общие образы и ощущения ужаса. Сон был очень неприятный. Пьеретта повернула голову в сторону, где на стуле сидела Кэрол. Ее не было видно из-за темноты в комнате, но она знала, что это она. С ней было все в порядке как раньше. Пьеретта была рада её видеть. Кэрол заговорила первой, как всегда, когда они встречались после смены. – Эй, ты в порядке? Выглядишь не лучшим образом… ты случаем не заболела? – В голосе слышалось беспокойство. – Я в порядке, просто немного устала. – Пьеретта заставила себя улыбнуться. Они работают вместе в кофейне за углом. Пьеретта не могла назвать ее своей подругой, они не так близки, но часто болтали о клиентах, рецептах и сплетнях. Из-за недавнего приезда Кэрол пока что единственная, с кем у нее хоть какие-то непринужденные отношения. Она была достаточно мила и терпелива к ней, иногда помогая ей адаптироваться. Чтобы заполнить тишину, Пьеретта начала уже привычную и обыденную для них тему: – Ладно, расскажи, как прошла вчерашняя смена. Тот тип с капучино приходил снова? – О да, он сказал, что у нас ужасный кофе, и требовал сделать пенку как в Италии. – Кэрол тяжело вздохнула. – Я ему в этот раз сказала, что наша машина не телепортируется в Рим, и он обиделся. Мне пришлось переделывать кофе 3 раза, без чаевых! А сегодня, наверное, опять придёт и будет портить мне настроение… никогда не понимала людей, продолжающих ходить в заведения которые им не нравятся. – Кэрол всё так же сидела на своём месте, но атмосфера будто немного исказилась. – Некоторым просто необходимо донимать других, обычно такие люди несчастливые. – вздохнула Пьеретта. – Почему их “счастье” должно затрагивать других? – Кэрол немного задумалась. – Кстати, ты пробовала новый ванильный сироп с ноткой лаванды? Я вчера экспериментировала, гости были в восторге. – О, лаванда? Звучит круто. Я бы попробовала добавить его в мокко… – Не успела Пьеретта договорить как ее перебили. – Кстати, Пьеретта, у тебя есть планы на выходные? Пьеретта напряглась, такие вопросы обычно сулили что угодно, кроме самих выходных. Она замялась – Вроде нет… а что? – Я не смогу выйти – Почему? – Потому что меня уже нет. – …? – Пьеретта в ужасе таращилась сквозь тьму комнаты, но ничего не могла разглядеть. Она в панике потянулась к выключателю рядом со своей кроватью, нажав на него, свет не включился, она дрожащими руками судорожно переключала снова и снова, но ничего не работало. Пространство перед ней начало дрожать и рассыпаться. От накатившего ужаса она закричала. Ее рассудок затуманился, она постаралась двигаться, но не могла, ее словно парализовало. Пьеретта попыталась успокоиться, и подождать пока тело проснется. Это был кошмар. Снова. Голова ужасно гудела, глаза не открывались, словно кто-то их зашил. Во рту все пересохло, а тело было настолько тяжелым, словно оно было не её. Пьеретта с трудом раскрыла глаза, и увидела неизвестную ей комнату. В помещении был полумрак, единственное, что освещало комнату был прикроватный светильник. Так получилось что место где она проснулась было своеобразный остров, по берегам которого было не очень четкие очертания. Из того что она разглядела был сундук, игральные карты, знакомые красные элементы одежды. Комната была небольшой, ей это напомнило фотографии домов на колёсах, что она видела в сети. Когда Пьеретта смотрела по сторонам, она видела как на периферийном зрении что-то шевелиться, но как только она всматривалась прямо предметы были статичны, а чувство копошения никуда не пропадало. “Что за чёрт…” Смущенная своим ужасным состоянием, она активно старалась вспомнить как она здесь оказалась. Пьеретта лежала на просторной двухъярусной кровати, накрытая одеялом. То что она оказалась в совершенно незнакомом ей месте сильно сбивало ее с толку. “Где ради всего святого я нахожусь!? Пожалуйста, пусть это будет не цирк…” Пьеретта скривилась от внезапно поразившей ее головной боли. Она отчаянно обманывала себя, пытаясь вырваться от очередного кошмара. – Наконец-то ты проснулась. Услышав внезапный голос, Пьеретта резко повернула голову к его источнику. Тяжело фокусируясь на объекте в темноте, она увидела очертания человеческой фигуры в зелёной одежде с широкой улыбкой. Осознав кого именно Пьеретта видит перед собой, она резко вздрогнула. От такой неожиданной встречи она аж забыла про сонливость: – Ты! – Послышался глухой и хриплый голос. Она удивилась собственному ужасному звучанию. – Я. – Невинно донеслось с другой стороны. После такого насыщенного и содержательного разговора между ними повисла неловкая пауза. Арлекин непринужденно опирался о проем двери просто наблюдая. Он, казалось, не спешил предпринимать каких-либо действий. Пьеретта невольно погрузилась в раздумья: “Неужели сбежать мне не удалось…и если это фрик здесь и все эти цирковые предметы кругом…” Пьеретта нахмурилась своим мыслям, она догадывалась, что находится в цирке, и как же ей хотелось ошибаться! Ее скорее всего похитили в тот вечер…Она даже не успела вылететь. Губы Пьеретты скривились вниз. “Что же я сделала не так…Как меня нашли…?” В памяти постепенно начали всплывать отрывки воспоминания об неудавшемся побеге. И с каждым мгновением ее лицо становилось всё темнее. Понаблюдав какое-то время над внутренними метаниями девушки напротив, Арлекин решил разрушить тишину: – Знаешь… игнорировать дорогих гостей дурной тон. – Какой ты мне гость? – Она выпалила в недоумении. – Не заблуждайся, будь благодарна, что пришёл именно я. И, раз уж ты теперь здесь, я просто обязан поздравить тебя с новосельем. – Он оскалился – С каким, черт возьми, новосельем?.. – Пьеретта моргнула, нахмурив брови, и уставилась на него, пытаясь уловить смысл в его словах. Ее пальцы сжались на одеяле. Арлекин лишь улыбнулся. Ее дыхание снова участилось, и она почувствовала лёгкое головокружение, абстрактные образы воспоминания всё всплывали перед ее глазами, еще сильнее запутывая. Затем Арлекин выпрямился и подошел ближе. Заметив что причина ее стресса начала двигаться, и двигаться прямо к ней, она выпрыгнула из своих раздумий, начав паниковать. – Зачем ты меня преследуешь?! – Просто хочу? – Это не ответ. – Разве одного желания недостаточно? – Нет. Он слегка усмехнулся: – Миром правит иррациональная воля, Милая, а нужда в рациональном объяснении это лишь ваша попытка защититься от хаоса. В то время пока они спорили, Пьеретта пыталась найти выход из ситуации: – …Каждая воля лежит в стремлении извлечь выгоду или результат, какой бы он ни был. – Думай, как тебе угодно. – Сказав это он сделал шаг вперёд, на что Пьеретта дёрнулась. Арлекину показалось это забавным. – Не бойся ты так, я тебе не наврежу. “Да что ты говоришь…” Игнорируя его слова, она захотела встать, но единственное на что ее хватило это принять сидячее положение. Ее брови нахмурились на свою слабость и беспомощность. Она с силой прижалась спиной к изголовью кровати, как загнанный в угол котенок. Взгляд метался по комнате в поисках выхода, но повторно взглянув, ей показалось что предметы поменялись местами…или они всегда так были? Ее страх появлялся непроизвольно, она даже удивилась такой своей бурной реакции: – Не подходи ближе. – твердо но хрипло прошептала она, но голос предательски дрогнул. “Чего я так сильно боюсь…?” Арлекин улыбнулся, поправил свой головной убор, и стремительно приблизился к ней, так быстро что она не успела даже двинуться. Его лицо было примерно в 20 сантиметров от неё. Он стоял на коленях на краю кровати, одна ручка упиралась в изголовье кровати. – Иначе что, Котёнок? Эти действия чуть не довели ее до сердечного приступа. Пьеретта моргала, пытаясь сфокусировать взгляд на существе перед ней. Она плохо понимала хронологию событий из воспоминаний, особенно из последних ей было сложно вычленить хоть долю смысла. Ей было страшно рыться в своей голове, чем больше она раскапывала воспоминания, чем больше они ее пугали. Пьеретта хотела отпрыгнуть от Арлекина, но он заблокировал путь и с другой стороны. Ей только осталось смотреть на него в ответ, в глазах читалось молчаливое “не ешь меня”. – Ахахаха, расслабься, Милая. – Заметив ее состояние, он отпрянул от неё, давая ей пространство, а сам упал на кровать у ее согнутых в коленях ног. – Выглядишь так словно увидела нечто ужасное. Я такой страшный? М, Котёнок? Арлекин потягивался на кровати, пока Пьеретта в ужасе наблюдала за этой картиной не отрывая взгляд. Лежа на спине, он повернулся к ней лицом. – Ты разве не скучала по мне? Даже не спросишь как у меня дела? Пьеретта чуть не подняла бровь, но сдержалась. Она старалась подавать страх, и игнорируя сказанное им, она наконец-то нашла силы спросить то что ее беспокоило с момента как она проснулась: – Почему я здесь? – Как грубо…– Арлекин перевернулся на живот, подперев подбородок ладонью. Затем он всё так же улыбаясь лаконично ответил на ее вопрос, не отводя от нее взгляд: – Ты знаешь как готовиться “feijoada”? “Что, прости?” Пьеретта замерла, растерянная внезапным вопросом не касающимся темы. Арлекин продолжил: – Его обычно готовят из черной фасоли, с добавлением разного вида мяса. Так уж вышло, что с большим разнообразием блюдо становится лишь вкуснее. – Его улыбка застыла. Лицо Пьеретты побелело, на адреналине она резко, насколько она могла, откинула одеяло и выпрыгнула из кровати. Голова стала ещё тяжелее а в глазах потемнело. Она сделала шаг во тьму, но ей что-то помешало вытянуть ногу, вверх и низ перемешались и она нашла себя лежащую на полу. – Тебе лучше сейчас так не активничать. – Сверху донесся спокойный голос. Арлекин повернулся в сторону чтобы лучше видеть разворачивающуюся сцену. Он вздохнул: – Чего это ты так отреагировала? Я просто спросил. – Он слегка наклонился в бок, невинно улыбаясь. – Может я просто хотел позвать тебя на ужин. “В таких обстоятельствах подобный вопрос сложно отличить от угрозы.” Горько подумав про себя, Пьеретта развернулась, и увидела цепь. Цепь сковывала ее ногу и была привязана к ножке двухъярусной кровати. “Даже ожидаемо… странно что я ее не почувствовала.” Разозлившись на свое положение, она ответила: – Я не хожу на свидания. Пьеретта нервно и резко потянула назад, но жест был такой слабый, что со всем желании она бы максимум чуть-чуть сдвинула кровать. Голова кружилась и сильно ныла, а во рту было сухо до боли. Она потерла лоб в надежде унять боль, тело было слишком тяжелое чтобы встать, поэтому она осталась на месте. – Не стоит больше так делать, иначе рискуешь иметь сильную тахикардию. – Нежно сказал он. “Может тебе просто перестань меня пугать?” – Пьеретта закрыла глаза в надежде что мир перестанет странно шевелится, но это только ухудшило положение, мозг только активнее и мастерски рисовал свои собственные картины, отделенные от сознания. Она услышала как Арлекин поднялся со своего места, подошёл к ней и протянул руку. – Если ты так хочешь, можем попробовать прямо на полу~, но давай сейчас вернемся на кровать, ты еще не в себе. Игнорируя его добрый жест, сквозь боль от падения, Пьеретта не сдержалась, она посмотрела на него и весь вид ее кричал: “Хватит нести чушь.” Арлекин лишь улыбнулся в ответ. Он опустился перед ней на корточки, осторожно просунул руки под её плечи и колени, легко поднимая её на руки. От внезапного физического контакта ее тело сначала напряглось, но потом на удивление немного расслабилось. Откровенно говоря ей было страшно, и ещё страшнее быть сейчас одной, поэтому даже мало знакомый образ, мог соединить ее потерянный разум с реальным миром. Это было странное противоречие, дать определение которому было сложно. К этому моменту Пьеретта уже понимала, что сопротивление бессмысленно, и впрочем, раз ее несут, то зачем напрягаться? Но она всё равно не теряла бдительности. Ее тело всё ещё немного дрожало, то ли от слабости, то ли от страха. На это Арлекин лишь осторожно держал ее, не делая резких движений. Он осматривал ее какое-то время, прежде чем сказать: – Иногда это единственный способ разглядеть истинную природу вещей под иллюзией. Расскажешь что ты там видела? – Он всматривался в выражение лица Пьеретты, когда та пряталась в его одеждах, избегая зрительного контакта. Его тело излучало тепло, она вдыхала уже знакомый запах хвои. Пьеретта услышала лёгкий звон колокольчика, и тихое хмыканье сверху. Он явно наслаждался этой сценой. – Что ты мне подсыпал?… – Я, ничего. – Он невинно пожал плечами Кажется он совсем не спешил класть ее на кровать, специально оттягивая время. На что Пьеретта встретила его взглядом исподлобья. Он ничего не сказал на это, лишь усмехнулся. – Тебе нравятся мои объятия, не так ли?~ – Нет, положи меня. – Она глухо но твердо пробормотала. Он послушно опустил ее на кровать, а сам сел рядом на край, немного нависая над ней. – Ты когда-нибудь слышал о личных границах? – Не выдержав кинула она в него. – Я вижу ты приходишь в себя. – Сказав это, он наклонился ещё ближе протягивая вперед руку. Она зажмурила глаза, вжимаясь в матрас словно надеялась провалиться сквозь него. Не дождавшись никаких последующих действий, Пьеретта услышала лишь приглушенный смешок и открыла глаза. Перед ней сидел Арлекин со стаканом воды в руке. – Держи. “Его же тут не было…” Пьеретта сглотнула несуществующую влагу. Первая ее мысль была жадно взять этот стакан, но она подавила свой порыв. Арлекин хмыкнул. – Я знаю что ты сейчас мучаешься от обезвоживания. Не бойся, она не отравлена. Она скептически отнеслась к его словам, на что у неё были причины. Арлекин на это только улыбнулся и сам демонстративно отпил небольшой глоток. Затем протянул стакан, незаметно прокручивая его. – Видишь? Ты можешь мне верить. – Он сказал почти ласково. “Тот, кто заранее принял противоядие, всегда говорит уверенно.” Горько подумала Пьеретта, но всё равно взяла из его рук стакан, хоть с и большим опасением, жадно осушила его. Арлекин терпеливо ждал, когда она закончит, и затем его тон снова стал игривым: – Это можно считать за непрямой поцелуй? “Ты серьёзно хочешь меня этим смутить…?” Она уставше подняла на него бровь. Пьеретта положила пустой стакан на прикроватный столик с правой стороны, боковым зрением пытаясь следить за немного искажающимся существом напротив. Арлекин наклонил голову в бок, что вызвало легкий звон колокольчиков. Если бы она не была снова скована и отравлена, она возможно даже хотела бы его погладить. Но она крайне беспокоилась с какой целью она здесь, что происходит прямо сейчас и что будет дальше. Впрочем, если она проснулась в кровати накрытая одеялом, в относительном комфорте, а не в клетке в подвале, значит в приготовлении ужина она не участвует. – Выпей еще и это, оно поможет быстрее восстановиться. – На этот раз голос доносился не перед ней, а сверху. Пьеретта так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила исчезновение Арлекина, и слегка вздрогнула увидев его внезапное перемещение. “Как он…?” Арлекин лежал на животе на втором ярусе кровати, свесив голову вниз. Он смотрел на неё вверх тормашками, и концы его шутовской шапки издавали тихий звон. Его ухмылка растянулась от уха до уха, мерцая в полумраке, затем он неестественно широко открыл рот, обнажая ряды белых и острых зубов. Где-то из глубины темного нутра длинный раздвоенный язык вытянул маленький пузырек с черной жидкостью, обвиваясь вокруг горлышка, как лоза винограда Пьеретту откровенно поразил такой вид, она таращилась на него широко раскрытыми глазами, не зная как на это реагировать. – Возьми бутылёк. – Его губы и язык не двигались, а голос казалось исходил откуда-то изнутри. Глаза сузились в два полумесяца подсвеченные зелеными огоньками. Он снова наклонил голову чуть в сторону протягивая бутылек прямо перед ней. Пространство вокруг заполнил хвойный запах. Пьеретта застыла, не в силах отреагировать на увиденное. Она лишь моргала, не решаясь протянуть руку, словно всё вокруг было сном. Мысль о том, что это может быть реальностью, казалась сомнительной.       – Если не выпьешь это, мне придется тебя заставить. – Его голос был сладок, а глаза и улыбка сузились еще сильнее.              Стараясь подавить страх и думать рационально, она протянула руку и взяла пузырек, язык расплелся и слегка задел кожу ее руки. Пьеретта проигнорировала этот жест, осматривая объект в своей руке. Жидкость внутри переливалась серебром, если приглядеться там было много маленьких причудливых символов и фигур, которые постоянно изменялись и сменяли друг друга. Ее взгляд застрял на объекте, мышцы на лице расслабились, словно загипнотизированная, до тех пор пока через какое-то время ее не толкнули сзади в плечо. Пьеретта вздрогнула и очнулась, она встряхнула головой приходя в себя. Переведя свой взор на скалящееся существо перед собой она требовательно спросила: – Что это?        – Лекарство. – Просто ответил он. – Тебе лучше проглотить его залпом не всматриваясь в содержимое, иначе уснёшь.        Впечатлившись от последней фразы, она сказала: – Я отказываюсь это пить. – Сквозь голос просачивался ужас и недоверие. Она откинула пузырек дрожащей рукой куда-то в сторону, но не успел он разбиться о пол, как его что-то поймало, нечто темное, она не успела конкретно разглядеть, но мозг тут же пронзила боль. Арлекин внезапно оказался прямо перед ней, нависая и прижимая ее к кровати. Его руки и ноги были по обе стороны от неё, полностью блокируя путь к отступлению. – Слишком грубо с твоей стороны отказываться от моего подарка. Ты заставляешь меня быть грубее.        Пьеретта не хотела его слушать, она нервно ерзала под ним, ища способ вывернуться из его “объятий”        Он наклонился ниже к ее уху: – Советую не сопротивляться.        Глаза Пьеретты расширились, по всему ее телу пробежала волна мурашек. Ее сердце снова начала сильно биться о грудную клетку, а дыхание ускорилось. – Ч-что ты собираешься делать…?        – Тоже, что и в ту ночь. – Он игриво ответил. Он опустился ещё ниже целуя ее шею.        Пьеретта зажмурилась и вздрогнула. На попытку оттолкнуть его, Арлекин спокойно схватил обе ее руки и прижал их над ее головой. Он продолжил целовать ее нежную кожу спускаясь ниже. Пьеретта на секунду отчаялась, но затем замешкавшись на мгновение, изо всех сил что у нее были, она ударила коленом в бок его живота.        Захват на ее руках дрогнул, и немного ослаб, но она всё равно не могла вырваться. Арлекин приостановился и тихо сказал: – Я позволю тебе сопротивляться, но не перебарщивай, иначе я разозлюсь. – Его спокойный но угрожающий голос вызвал ещё одну волну мурашек. Внезапно ей в нос ударил запах крови. Для неё это было весьма неожиданным…”Разве их раны не должны заживать быстрее…?”        На Пьеретту уже нахлынуло отчаяние, она слабо и робко произнесла: – Прошу отпусти меня…        – Ты знаешь что мольбы только сильнее заводят насильника?        “Он серьезно только что назвал себя насильником?” – Пьеретта с удивлением и ужасом взглянула на него.        Арлекина позабавила ее реакция, он отстранился подумав мгновение, он нежно улыбнулся и сказал: – Как на счёт ещё одной сделки?~        Арлекин не отводил от нее взгляд, из-за этого Пьеретта чувствовала себя как на ладони. – Я тебя отпускаю а взамен… – Он специально сделал паузу, натягивая и так уже потрепанные нервы.        Пьеретте ничего не оставалось другого, кроме как спросить: – Чего ты хочешь?        Арлекин прищурил глаза в два сияющих полумесяца: – Поцелуй        “Снова…? Что у него на уме? Меня удивляет что этот парень действительно просит разрешение, вместо того чтобы просто взять.” В прошлый раз он честно выполнил часть своей сделки. Не долго думая она согласилась: – Хорошо        Арлекин тут же приблизится и впился в ее губы. Несмотря на жадность, он целовал ее достаточно нежно. Он просунул одну руку под талию и прижал ее ближе к себе. Язык Арлекина был мягким, скользким и немного шероховатым, воспользовавшись несколькими мгновениями оцепенения Пьеретты, он раздвинул ее зубы и проник в мягкий горячий рот, сося и поддразнивая ее язык. Пьеретта не ожидала такой наглости с его стороны, снова забыв с кем она имеет дело.        Поцелуй оказался таким…В голове Пьеретты не переставали всплывать неподобающие образы и мысли, разум и желание непрерывно тянули друг друга, она знала, что это неправильно и нездорово, но это было так приятно… В последнее время действовать рационально было действительно сложно.        Внезапно она почувствовала что-то сладкое начало постепенно наполнять ее рот, сначала она хотела вырваться и выплюнуть все, но ее остановили и не дали двигаться, от напора поцелуя и от страха захлебнуться ей пришлось все проглотить. Жидкость немного покалывала язык и горло, она почувствовала как холодная жидкость стекала по ее пищеводу в желудок. Сквозь закрытые веки проступила слеза.        Арлекин не давал ей отвлечься, снова переводя внимание на себя. Это ощущение касания его кончика раздвоенного языка, когда твой язык лижут, как таяние крема во рту. Ее язык нежно ласкали, сладость и ощущение покалывания… В голове Пьеретты словно что-то перемешивалось. Поцелуй чередовался от глубокого к поверхностному, губы и языки касались, издавая особенно стыдные для нее звуки.        Из-за её изначального самочувствия, рецепторы Пьеретты были чувствительны до предела, этот поцелуй был мягкий и горячий, с накатывающим ароматом Арлекина, делая щеки Пьеретты красными, она почти не могла удержаться от ответа на поцелуй.        Он отстранился и рот внезапно снова опустел. Между ними растягивалась прозрачная нить слюны. Пьеретта тяжело вздохнула, она и не заметила что постепенно задыхалась. Голова немного кружилась, пытаясь прийти в себя, она выдавила: – я выполнила свою часть сделки. – Она смотрела слегка затуманенным взглядом на существо перед собой.        Арлекин ухмыльнулся, облизывая свои губы, не меняя своего положения, и в этот момент нога Пьеретты почувствовала свободу. Но Арлекин никуда не уходил, всё так же нависая над ней, и захват на ее руках стал даже сильнее. Пьеретта запаниковала: – Ты сказал что освободишь меня!        – Я освободил. – Честно ответил он, затем наклонился и поцеловал ее шею под ухом оставляя след.        Она была скована цепью, и когда совершалась сделка подразумевалось освобождение именно от этих оков. Пьеретта была крайне расстроена, что ей пришлось иметь дело с таким наглым лжецов. Она отчаялась в своих сопротивлениях, ее голова и тело были на удивление легче, улучшая ее самочувствие, но разум будто слегка затуманился. “Тот пузырек…он все же заставил его выпить…” Образы в ее голове казалось только усугубились.        Не выдержав, Пьеретта повернула голову к Арлекину, почти ласково говоря: – Прошу прекрати это, мне страшно… – Слезы стекали по ее щекам, оставляя две дорожки.        Арлекин остановился, и осмотрел ее. Он кажется засомневался в чем-то, но спросил: – Чего ты боишься?        – Их…– Голос Пьеретты дрожал, она взглядом указала сквозь Арлекина. Сзади на них смотрели прорези с черными зрачками без ресниц. Пульсирующие вены и мелкие капилляры усеивали серую склеру, уходя корнями в стены.        Поняв что она имеет ввиду, Арлекин ухмыльнулся и нежно сказал: – Ты их уже видишь, Котёнок? Не обращай на них внимание. – Он нежно улыбнулся, наклонился и поцеловал ее в лоб.– Сейчас тебе нужно заснуть.        Перед глазами резко все потемнело и разум потускнел.