.

он возвращался с университета домой, предвкушая встречу со своей любимой девушкой. наверняка, она дошла до дома первая, как обычно. она всегда была первая во всем, даже в таких простых вещах, как дойти до дома. он начал восхищаться ей с первой встречи и ни капли зависти в его глазах никогда не было, что было непривычно для него, ведь он всегда был тем человеком, завидующий всем во всем. у всех все всегда было лучше, чем у него, но к ней он не ощущал такого, хоть она и была, как чистый ангел, спустившийся с небес по сравнению с ним. он видел ее, как розу среди навоза, а себя, как навоз среди роз, то есть среди во всем идеальных людей. дойдя до дома, рука Хисына коснулась холодного металла дверной ручки. дверь открылась и он переступил через порог, чувствуя тепло и запах любимой арендованной квартиры в которой он жил вместе с любимой во время учебы. она что то приготовила. — я дома! — Хисын дал знак, что это был он. он увидел хрупкую фигуру выходящую из кухни. это была Сухá. его любимая девушка. с теплой солнечной улыбкой она подошла к нему, чмокая в губы в знак приветствия. ее губы были гладкие, мягкие. все о чем он мечтал в подростковом возрасте в пик пубертата: мягкие пухлые вкусные губы на своих и красивая девушка с идеальной фигурой. улыбка парня растянулась чуть ли не до ушей. — снова готовишь? я тебе говорил после учебы сразу отдыхать. врач говорил тебе, что нужен максимальный ооотдыыыххх — Хисын осторожно положил руку на ее целое плечо и сжал мягко, протянув слово «отдых», чтобы она хорошо услышала именно это слово, ведь это то, в чем она нуждалась сейчас. memory Суха была атакована ее бывшим. его имени Хисын не помнит, но помнит, что оно начиналось на букву Х. засранец. он атаковал ее с ножом, когда та открыла ему входную дверь своей квартиры. он пытался отомстить за боль, которую она ему причинила расставанием. расставание было разумным, учитывая его эмоциональные качели с тепла и любви, на абьюз и манипуляции. той ночью, Хисын стоял над окровавленным телом Сухи, пытаясь сделать хоть что-то. он весь был в ее крови. соседи, пришедшие на крики вызывали скорую и паниковали вокруг их двоих. мыслей в голове не было, везде шум, суета, в ушах гудело, а от вида окровавленного тела самого важного человека в его жизни темнело в глазах. Хисын держался. ради нее. этот период жизни останется на ее душе липким мерзким и черным сгустком пятна, которое не будет отмываться еще долгое время, но Хисын поможет с ней справится. он найдет подход к этому черному пятну и отмоет его с ее души и она станет такой же счастливой, какой была до всего этого. back to the present — я приготовила твое любимое блюдо. просто… чувствую себя инвалидкой, когда лежу на диване и вижу, как ты возишься со мной и со всем вокруг. ты же еще учишься. прости. я правда чувствую себя лучш- — Хисын ее перебил. — ага, а потом станет хуже. давай иди садись на диван. спасибо за приготовленный обед — сказал парень строго. тот засранец ранил ее ножом в живот, плечо, бедро и почти попал в сердце. ей повезло, что на крики пришли соседи, а не то она бы уже увидела смерть своими глазами. почти увидела. Суха улыбнулась мягко и вздохнув медленно направилась к дивану. Хисын сел рядом и посадил ее себе на колени, обнимая — ты большая молодец — прошептал он ей — я тобой горжусь и очень люблю тебя. ты справишься со всем. девушка прижалась к нему сильнее, пытаясь утонуть в его объятиях и забыть обо всем — спасибо тебе за все. the next day. 7am Суха сидела за столом и попивала кофе, пока Хисын готовил им двоим яичницу. он заговорил: — есть идея. что насчет свиданки? — он приподнял бровь ухмыляясь — домашняя свиданка, раз тебе нельзя много ходить~ — хмммммммм, дай подумать.. — Суха стала саркастично думать. — да бляя! не думай, соглашайсяяяя. я скучаю по нашим романтическим вечерам. давай забудем обо этом всем, хотя бы на один вечер. — ладно-ладно! — засмеялась Суха — и что мы будем делать? — я устрою нам романтический ужин, мы будем кушать, разговаривать и любоваться друг другами. а потом, если у тебя будут силы, может быть займемся, чем то более романтичным — Хисын понизил голос до шепота и ухмыльнулся сильнее играя бровями. Суха рассмеялась. — хватит! ты выглядишь смешно, а не сексуально! — Суха смеется. наконец то. давно он не слышал любимый смех Сухи, который бил прямо по сердцу, заставляя его биться быстрее. Хисын тоже рассмеялся. — я попрошу тебя запереться в комнате после учебы. пусть будет, как бы, сюрпризом — улыбаясь говорит Хисын. — жду не дождусь — улыбаясь обратно весело сказала Суха. evening. 6pm — Суха! выходи! — выкрикнул Хисын, стоя у стола, который он усердно украшал. Хисын перенес стол к окну, зажег свечу по середине и конечно же, приготовил ее любимый болоньезе. запах приятно заполнил весь дом, а за окном был красивейший закат с разными оттенками оранжевого и красного. весь этот вид заставлял его улыбаться. весь день Хисын представлял, как они с Сухой будут сидеть и греть сердца друг друга, разговаривая о разном. он скучал по этому. Суха вышла из спальни и ахнула увидев красоту. Хисын и сам себя приукрасил. оделся в костюм, уложил волосы и набрызгался одеколоном, который нравился Сухе больше всего. — так… красиво…. — Суха стала осматривать стол и тарелки с болоньезе. — а я? — игриво спросил Хисын. — ты тоже красивый. даже красивее — рассмеялась она и чмокнула его в губу. он положил руки вокруг ее талии и притянул ближе, чтобы поцеловать глубже. — у тебя золотые руки — прошептала Суха после поцелуя. Хисын улыбнулся, как щенок, которого только что похвалили вкусняшкой. — давай кушать уже — сказала Суха и отстранилась от Хисына, сев за стол. парень надул губы от отдалившегося тела девушки, но сел за стол, который он так старался сделать как в ресторане. — хочешь вина? — достал вино из под стула. не ожидая ответа, он уже начал наливать вино в ее бокал. красная жидкость с приятным звуком наполняла круглый стеклянный бокал. — конечно — улыбаясь отвечает Суха, любуясь своим парнем — ты бы предупредил, что приоденешься. я думала будет попроще. я бы волосы закрутила и накрасилась получше. — ты и так красивая — говорит он это, наливая себе красного вина в свой тонкий стеклянный бокал. the real now Хисын лежал в своей холодной белой палате, в неприятной белой одежде, которую не менял уже как… месяц? неделю? кто знает. его наконец вывели из комнаты с мягкими стенами, которая была такой же холодной и белой, но явно хуже обычной палаты. прохладный воздух щекотал его бледную кожу. — блядь… — раздраженно пробубнил он под нос, увидев боковым зрением, как полицейские входят в его палату. — здравствуйте, Ли Хисын. мы бы хотели снова провести опрос, так как в прошлый раз вы отказались отвечать. за это его и отправили в мягкую комнату. он напал на полицейского и начал биться о стены в порыве ярости. ярость всегда была чем то, что окутывало все его тело с головы до ног, отбирая весь контроль, как любимую игрушку у ребенка. его руки и ноги были привязаны к кровати. значит, его посчитали опасным.. — пошлите вы нахуй! — грубо орнул он на них. — вы убили свою бывшую девушку, так? Ким Суха. что произошло? — спокойно продолжал полицейский никак не реагируя на яростные слова Хисына. — не делал я ничего! блядь, это ее ебаный бывший пытался ее убить! не я! она жива! в нашей квартире отдыхает на диване! выпустите, блядь, меня! вы ошиблись подозреваемым! полицейский кивнул, сконцентрированно записывая что то в блокнот. полицейская женского пола что то серьезно нашептала ему и тот записал еще что то. Хисын ощутил себя животным. подопытным. — выпустите меня, выродки — яростно прорычал он в их сторону, сжимая челюсти. через час мучительных вопросов и рассказов они ушли, оставив его в холодной белой палате все еще привязанным к твердому матрасу. Хисын тяжело дышал, смотря в потолок. оглушающая тишина уверенно входила в уши, а затем в мозг, сжимая его. голова болела невыносимо, будто кто то в его черепе бьется об его мозги. Хисына снова стала окутывать ярость. он стал вспоминать все, что было, и вспомнил. полицейские говорили о том, что… он убил ее, потому что она рассталась с ним. что он и был тем самым засранцем. Хисын остановил все свои мысли на секунду. голова начала кружиться. — че блядь? — пробормотал он под нос. ругань эхом прошлась по пустой холодной палате. но они же продолжили жить вместе. она ему готовила. он о ней заботился после этого всего. он устроил ей свидание дома. не может быть, чтобы она была мертва после того случая с бывшим. он не убивал и она не умирала. это все ее бывший. это ошибка, которую совершили полицейские в своих выводах. memory мама носилась с маленьким Хисыном по врачам, видя что с ним что то не так. маленький Хисын был агрессивным бесчувственным и злобным. он видел галлюцинации. в детских садах он был, как гром среди ясного неба. злился легко и внезапно. однажды, чуть не задушил мальчика. через время, они нашли своего врача и его ярость, будто бы испарилась, но он стал.. безэмоциональным. ярость была всем, что было в нем, а теперь ее нет. back to the present — ебаный рот… — Хисын стал осознавать, что все эти воспоминания после инцидента могли быть лишь его глюками, как в детстве — нет, блядь, не может быть. в палате стало душно и холодно одновременно. холодный пот капнул с его лба, а воздух становился холоднее, пробираясь под кожу. — ебаный рот… — снова пробормотал парень, пытаясь переварить то, что осознал. он закрыл глаза, пытаясь успокоить дыхание. блядь.