Глава 1: Незваные гости с небес и местный персонал

      Воздух в тот день был густым, как холодец. Только что прошёл короткий, но яростный летний ливень, и теперь от раскалённой земли поднимался густой, сладковато-гнилостный пар.       Задний двор дома Яны представлял собой стратегически сложный ландшафт. Лужи, в которых мирно отражалось хмурое небо, соседствовали с островами более плотной, вязкой субстанции — результатом недавнего визита коровы Машки. Трава, примятая дождём, лежала пластом, а из-под старого сарая доносилось недовольное квохтанье кур, потревоженных непогодой.       Яна, высунув кончик языка от усилия, выковыривала последние чёрные точки из картошки в дуршлаге. Мыслей в голове было ровно две: «скорее бы этот картофель закончился» и «ужас, как воняет, надо бы разбросать эту кучу». Третью мысль прервал странный звук.       Это был не гром. Скорее, как будто кто-то порвал огромный кусок плотного брезента прямо над крышей. Яна вздрогнула и выскочила на крыльцо, не выпуская дуршлага из рук.       Над самым эпицентром навозно-грязевой вселенной её двора воздух заколебался, исторгая искры, которых при ярком дневном свете почти не было видно. И затем — БАМ! БАМ-БАМ-БАМ!       Как мешки с картошкой, только более изящные и с криками, с неба начали падать люди.       Первым шлёпнулся в самую гущу здоровяк в растянутой футболке. Он рухнул плашмя, подняв фонтан брызг. За ним, с пронзительным вскриком, упала блондинка в белом — её одежда моментально приобрела абстрактный грязно-коричневый узор. Следующий, тщедушный и бледный, попытался приземлиться на ноги, но поскользнулся и сел в лужу с таким видом, будто его оскорбили на самом глубоком, философском уровне. Падали ещё: мужчина с добрым лицом и женщина с распущенными волосами, кучка смуглых парней в одних шортах, и наконец, двое в странных, похожих на robes, тёмных одеждах — девочка и мальчик с ледяными лицами.       Яна замерла, широко раскрыв глаза. Дуршлаг чуть не выпал из её рук. В голове пронеслось: «НЛО? Военные учения? Массовый побег из сумасшедшего дома с парашютами?»       Первым очнулся бледный, который сидел в луже. Он поднял на неё огромные, полные неземной муки глаза.       — Простите, — его голос звучал как струна, — мы… кажется, заблудились.       — Блять, — эмоционально констатировала Яна, ставя картошку на перила. — Опять.       Она спрыгнула с крыльца, на ходу всовывая ноги в стоящие там же, облепленные грязью резиновые сапоги. Подошла ближе, чавкая по грязи. Её взгляд скользнул по всей этой разношёрстной, перепачканной компании.       — Так. Инопланетяне? С конкурса косплея на «Сумерки» сбежали? Или просто ебанутые туристы, которых навигатор завёл в глубокий… э-э-э… тыр?       Добрый лицом мужчина (Карлайл) поднялся, стараясь сохранить остатки достоинства. Грязь медленно сползала с его щеки.       — Мы попали в некую аномалию. Пожалуйста, скажите, где мы?       — В Глухове. В самом его сердце, если сердце — это три навоза на два метра, — отрезала Яна. — Вставать можете, осторожно. Тут рельеф.       Блондинка в белом (Розали) поднялась, дрожа от отвращения. Она смотрела на свои испачканные руки, будто видела конец света.       — Мне нужно помыться. Сейчас же. У вас есть душ? Ванна?       Яна фыркнула.       — Баня — в субботу. Колонка — во дворе, но она сегодня капризничает. А с коровьими лепёшками вот так, под дождём, — сами справляйтесь. Лопатой. И не двигайтесь резко, — она кивнула в сторону сарая. — Хозяин двора сегодня нервный, дождь его всегда бесит.       В этот момент один из смуглых парней (Джейкоб), пытаясь встать, задел ногой пустое ржавое ведро. Оно с оглушительным лязгом покатилось по двору, ударилось о колесо от «Жигулей» и замерло.       Тишина, последовавшая за грохотом, была звенящей и длилась ровно две секунды.       Потом со стороны сарая раздался оглушительный, яростный СТУК — будто здоровенный кувалда ударила по стенке. Одновременно по двору прокатилась волна леденящего холода, от которой даже вампиры почувствовали дискомфорт. Куры в сарае заголосили в панике.       Все незваные гости вздрогнули и инстинктивно сгруппировались. Оборотни ощетинились, вампиры из клана Каленн замерли в готовности, а двое в тёмном (Джейн и Алек) лишь сузили глаза, оценивая невидимую угрозу.       — Вот блять, предупреждала же, — вздохнула Яна. Она повернулась к сараю и крикнула нараспев, будто уговаривая капризного ребёнка: — Да уймись ты, старый ворчун! Сам видишь — с неба свалились, как дураки! Не со зла! Не гони их пока, давай разберёмся!       Затем она обернулась обратно к гостям. Её лицо было серьёзным.       — Правило первое, господа крутые пришельцы. Это не просто мой двор. Это его двор. — Она ткнула большим пальцем за спину, в сторону сарая. — Имя не знаю, зовём Дворовой. Вы тут — непрошеные, незваные и уже накосячили. Шумите. Так что теперь тихо тусуетесь, пока я решаю, что с вами делать. А то он вас так запугает, что вы обратно в ту дыру, откуда припёрлись, кинетесь.       И тут в ситуацию решил вмешаться местный штатный сотрудник по безопасности и моральному разложению.       Из-за угла бани, гордо выгнув шею и шипя как паровоз, выкатился огромный серый гусь. Его имя было Геннадий, но все звали его просто Гоша, и был он существом с явно садистскими наклонностями. Маленькие чёрные глазки-бусинки мгновенно вычислили самого растерянного и чистенького (относительно) объекта. Им оказался Эдвард, который как раз пытался отряхнуть с брюк комок грязи.       Гоша, не издав больше ни звука, сделал разгон и, взметнув брызги, атаковал. Его клюв, твёрдый и злобный, со всей дури вонзился в икру Эдварда.       Раздался не столько крик боли (вампиру это было не больно), сколько чистейшего, неподдельного шока и унижения. Эдвард отпрыгнул, но гусь, словно приклеенный, повис на его ноге, отчаянно хлопая крыльями и нанося удары.       — Ага! Познакомились! — крикнула Яна, не пытаясь даже вмешаться. — Это Гоша. Он не любит, когда на его территорию падают с неба. И вообще, он мало что любит.       Карлайл бросился было на помощь, но Яна резко махнула рукой.       — Стой! Не трогай его! Он тогда вообще озвереет! Эдвард, не дёргайся! Стой и терпи! Он сам отцепится, когда поймёт, что ты невкусный!       Эдвард замер с выражением крайней экзистенциальной тоски на лице, в то время как русский гусь вымещал на его голени всю свою птичью ярость. Остальные наблюдали за этой сценой с ужасом и странным облегчением — они были не в самой худшей позиции.       Наконец, Гоша, удовлетворившись, отцепился. Он важно отступил на шаг, грозно шикнул на всю компанию и, развернувшись, поплёл обратно за баню, оставив Эдварда стоять с порванной штаниной и глубокой, невидимой раной на его бессмертной гордости.       Яна посмотрела на Эдварда, на всю эту разношёрстную, грязную, потрёпанную компанию сверхъестественных существ, и нахмурилась.       — Ну что, лохи, — сказала она, переводя дух. — Поздравляю с прибытием. Теперь пошли сапоги искать, потом будем разбираться, кто вы, откуда, и главное — как вас отсюда к чертям собачьим выпроводить, пока вы всё хозяйство мне не перепугали.       А где-то из-за печки в доме уже доносилось недовольное ворчание и звук передвигаемой ложки. Домовой проснулся. И он был не в восторге.