Часть 4

Палец задержался над экраном на секунду — скорее из привычки, чем из сомнения. Она выбрала фотографию и отправила её. Через пару секунд дописала: — Нормально для инсты или слишком? Фото сразу притянуло внимание. Тёмный, почти бархатный фон. Лия стояла босиком, в одних джинсах, расстегнутых,низко сидящих на бёдрах.Кожа — тёплая, живая, без лишних украшений.Татуированной рукой она держала грудь — не стесняясь, а владея этим жестом. Вторая рука держала сигарету, между пальцами, расслабленно, будто она даже не замечала её. Волосы — накручены крупными локонами, аккуратно уложены, мягко обрамляли лицо и шею. Макияж был дерзким: чёткие стрелки,подчёркивающие взгляд, и насыщенная красная помада на пухлых губах, которые выглядели вызывающе спокойными. Во всём кадре не было просьбы о внимании — только уверенность.Сексуальность без объяснений.Красота без оправданий. Ответы посыпались мгновенно. — Ты издеваешься?! — Лия, это вообще законно? — СРОЧНО В ИНСТУ. — Если ты это не выложишь, мы с тобой больше не дружим. Она тихо усмехнулась, глядя на экран. Её заказ уже несли к столику, но она не спешила откладывать телефон. — Слишком? — написала она ещё раз, почти лениво. — Слишком ахуенно, — пришло в ответ. — Слишком сексуально. Лия доела обед, вытерла руки салфеткой и снова взяла телефон.Кафе гудело фоном, но она была будто в своём пузыре. Она открыла Instagram, выбрала фотографию. Палец задержался над кнопкой «Далее». Тёмный фон подчёркивал кожу. Босые ступни на холодном полу, джинсы на бёдрах, татуированный рукав — как продолжение её характера. Ладонь, прикрывающая грудь, выглядела не жестом скромности, а жестом контроля. Сигарета в другой руке — спокойная, почти равнодушная деталь.Красные губы, чёткие стрелки, прямой взгляд. Она пролистала варианты музыки, вбила в поисковик нужное имя,понимая что из того что сейчас в тренде ничего не подойдет к этому фото. Найдя нужный трек Лия выбрала подходящий фрагмент песни она дописала подпись под фотографией: «Демон в моей голове мне не даёт покоя, но я в его плену💔». Она посмотрела на экран ещё раз. Фото, подпись, трек — всё сложилось в одно целое. Лия нажала «Поделиться» и отложила телефон.Ни секунды сомнений. Пост ушёл в ленту — и вместе с ним часть того, что она обычно держала внутри. Вечером Лия встретилась с Лерой. Город уже был в лёгком праздничном блеске: гирлянды на витринах, запах корицы и выпечки, тихий шум машин и людей, спешащих по своим делам. Они ходили по магазинам, рассматривали витрины, примеряли вещи — без суеты, но с лёгким азартом. Лера болтала, смеялась, Лия улыбалась в ответ, отвечала коротко, уверенно, но не сухо. Когда усталость от прогулки дала о себе знать, они зашли в маленький ресторанчик с тёплым светом и мягкой музыкой. Сели за столик у окна, где вид на зимний город создавал ощущение уюта и отдельного мира. — Лия, — Лера взяла бокал вина и наклонилась к подруге. — Слушай, а где ты собираешься встречать Новый год? Лия ненадолго задумалась, взгляд скользнул по окну на огни города: — Пока не решила… Возможно, буду с отцом. Лера фыркнула, смеясь: — С отцом?! Лия, да это же скукота! Погнали в Дубай на Новый год. Шум, солнце, пальмы, вечеринки. Лия улыбнулась, спокойно покачав головой: — Я ценю тишину. Шумные праздники не для меня. Лера слегка наклонилась и положила руку на руку Лии: — Ли, дорогая… — сказала она мягко, но твёрдо. — Тебе пора уже забыть о том, что произошло. Лера сжала её ладонь: — Где моя Лия, моя оторва, которая раньше за любой кипишь, лишь бы не тухнуть в тишине? Малышка, не закапывай себя в эту яму. Ты молодая, красивая девчонка. Лера взглянула прямо в глаза Лии, голос стал чуть тише, почти шёпот: — У тебя есть всё, что нужно. И найдётся ещё достойный мужик. Забудь того мудака и свою псевдо-лучшую подругу. Лия лишь слегка опустила глаза, позволив себе улыбнуться. Тепло руки Леры, её слова — как маленький якорь в мире, где ещё слишком много воспоминаний и боли. — Спасибо, — тихо сказала Лия.  Лера сжала её руку и посмотрела так, будто хотела передать всю свою уверенность: — Ты сильнее, чем думаешь, Ли. И пора это самой себе доказать. Лия глубоко вдохнула.На мгновение глаза её потемнели от воспоминаний, но затем она улыбнулась самой себе — тихо, но уверенно. — Знаешь что… — сказала она, чуть громче, почти шепотом себе. — Да пошло всё к чёрту. Полетели. Лера расплылась в широкой улыбке, сжимая руку Лии сильнее: — Вот! Так и надо. — Пора действительно выбираться с этого эмоционального дна, — продолжила Лия, взгляд уверенно устремлённый вдаль через окна ресторана. — Достать себя из той ямы, где я пряталась этот год. — Ага! — поддакнула Лера, чуть приподнимая бокал. — И больше никогда туда не соваться. Лия позволила себе лёгкую улыбку. Это была не победа над кем-то — это была победа над самой собой, над прошлым, над паникой, над болью, которую она носила так долго. Новая Рига встречала её привычной тишиной и ощущением закрытого мира. Широкая дорога, ровный асфальт, аккуратные указатели, высокие сосны по обе стороны — здесь всегда было спокойно, будто шум города намеренно оставался где-то далеко позади. За шлагбаумом коттеджного посёлка время текло иначе. Дом отца стоял чуть в стороне от дороги — большой, с панорамными окнами и мягкой подсветкой фасада. Свет в окнах был тёплым, живым. Лия всегда любила этот момент — подъезжать и видеть, что её ждут. Она вошла внутрь, сняла пальто. В доме пахло кофе и папины духами.Отец был в гостиной — в кресле у камина, с папкой документов на коленях. Даже здесь он оставался собой, но стоило ему поднять взгляд, как рабочая строгость тут же исчезла. — Привет, пап, — сказала Лия, подходя ближе. — Привет, — ответил он мягко и отложил бумаги. — Рад, что заехала. Она села напротив, на диван, поджав ноги. Несколько секунд они просто молчали — спокойно, по-домашнему. За окнами темнело, огни на участке постепенно загорались, подсвечивая дорожки и деревья. — Я хотела поговорить, — начала Лия, не торопясь. — Про Новый год. Отец внимательно посмотрел на неё, не перебивая. — Ты не будешь против, если в этот раз я встречу его не дома? — спросила она. — В другой стране. — И куда ты собираешься? — спокойно уточнил он. — В Дубай. Он чуть улыбнулся, задумался на мгновение, а потом покачал головой: — Против? Лия, наоборот… я буду только рад. Она подняла на него взгляд. — Правда? — Конечно, — сказал он уверенно. — Тебе давно пора сменить обстановку. Новый год — хорошее время, чтобы выдохнуть и оставить всё лишнее в старом году. Он встал, подошёл к окну, посмотрел на участок, утопающий в мягком свете фонарей, и добавил: — Я хочу, чтобы ты жила, а не отсиживалась здесь из-за привычки или чувства долга. Лия почувствовала, как внутри становится легче. Она тоже встала и подошла ближе. — Спасибо, пап. Он положил руку ей на плечо, с той самой спокойной отцовской теплотой, к которой она привыкла с детства. —Начни жизнь с чистого листа. Прямо сегодня. Поезжай в салоны, приведи себя в порядок перед отпуском. Деньги закину к вечеру, хватит и на отдых, и на красоту. — Пап… зачем… Ты же знаешь, что с деньгами у меня проблем нет. — Доча… папа тебя любит. Отдыхай. Будь счастливой. Я буду только спокойнее от мысли, что ты выбрала себя. Лия улыбнулась — тепло, по-настоящему. В этот момент она окончательно поняла: решение принято правильно. Салон встретил меня запахом свежего лака и мягким шелестом полотенец. Я села в кресло, и мастер начал своё волшебство. Сначала волосы: привычный светло-русый оттенок плавно перекрасили в глубокий, тёплый каштановый. Каждая прядь словно смывала старые страхи, даря ощущение силы и свободы. Затем ресницы — длинные, тёмные, будто сами говорили миру: «Я снова здесь». Маникюр — идеально гладкие, блестящие ногти. Педикюр — мягкость, аккуратность, детали, которые казались незначительными, но создавали ощущение заботы о себе. Маленькие подарочки для вновь подколотых губ:блеск, новые оттенки, свежие ароматы — они оживляли меня изнутри. Я наблюдала, как отражение в зеркале превращается в новую Лию: уверенную, сильную, сияющую. Не только внешне — внутренне я менялась. Боль отступала, пустота заполнялась лёгкостью и радостью. Каждая процедура, каждый штрих, каждая деталь казались ритуалом перерождения. Когда мастер сделал последний штрих, я глубоко вдохнула. И впервые за долгое время мне захотелось жить. Полностью, без оглядки на прошлое, без страха. Сегодня начиналась я — новая, сильная, красивая Лия. Самолёт мягко коснулся полосы, и Лия поймала себя на мысли, что с этой секунды всё ощущается иначе. Тёплый воздух, огни аэропорта, плавные движения — даже ночь здесь была другой, не московской, не холодной, а густой, пряной, будто обещающей приключения.В дороге до отеля девчонки молчали недолго — усталость после перелёта быстро сменилась возбуждённым предвкушением. Огромные трассы, стеклянные башни, неон, отражающийся в окнах машины, — Дубай принимал их с размахом. Отель возвышался над городом, словно отдельная вселенная. Высокие двери, мраморный холл, приглушённый свет, запах дорогих духов и свежести. Всё вокруг говорило: здесь можно позволить себе больше, чем обычно. Заселение прошло быстро. Чемоданы исчезли в руках персонала, ключи от номеров легли в ладони легко и почти невесомо. Девчонки поднялись наверх, и когда двери лифта закрылись, они рассмеялись— громко, счастливо, без причины. Номер был просторный, с панорамными окнами. Внизу мерцал ночной город — живой, яркий, бесконечный. Лия подошла к стеклу и задержалась, глядя вниз. Здесь, за тысячи километров от дома, прошлое будто теряло вес. — Ну что, — сказала Лера, скидывая рубашку, — по-быстрому приводим себя в порядок и едем ужинать? Я умираю с голода. — И потусить, — добавила Лия с лёгкой улыбкой. — Мы же сюда не за тишиной прилетели.Ладно,я пошла с свой номер.Часа хватит собраться? —Думаю с головой. Лия вошла в свой номер и на секунду остановилась. Просторно, светло, панорамные окна во всю стену. Внизу — ночной город, мерцающий огнями, живой, бесконечный. Здесь не было ни прошлого, ни чужих ожиданий — только она и этот момент. Она сбросила обувь, прошла к окну, провела пальцами по холодному стеклу. — Ну здравствуй, — тихо сказала она, глядя на город. Душ смывал перелёт, усталость и напряжение последних дней. Лия стояла под тёплой водой, закрыв глаза, позволяя себе не думать ни о чём. Только тело, дыхание, настоящее. Через сорок она была уже готова.Лёгкий ,яркий наряд состоящий из красного топа и идеально сидящей юбки длинной макси с разрезом от бедра на правой ноге . Волосы — мягкими волнами, макияж — выразительный, дерзкий, с акцентом на глаза и губы. Татуировка на руке выглядела особенно эффектно на фоне загорелой кожи. Телефон завибрировал. Лера: Я готова.Жду внизу. Лия сложила в маленькую сумочку самое необходимое и вышла из номера.Внизу, у входа в отель, её уже ждала машина. Ярко-оранжевая, матовая ламборджини хуракан стояла под мягким светом фонарей, будто специально выставленная напоказ. Цвет был насыщенным, дерзким, невозможным. Она притягивала взгляды, как магнит. Лера вышла из отеля и замерла. — Лия… — медленно произнесла она. — Ты серьёзно? Лия спокойно достала ключи,которые ей передали на ресепшене отеля: — Абсолютно. Двери поднялись вверх, двигатель ожил низким, уверенным рычанием. Лия села за руль уверенно, без лишних слов. Лера устроилась рядом, улыбаясь так, будто этот вечер уже удался. Машина плавно выехала с территории отеля и растворилась в ночном Дубае. Широкие дороги, огни, музыка, ощущение скорости и свободы. Они доехали до ресторана быстро. Заведение находилось на одной из верхних террас — открытая веранда, мягкий свет, панорамный вид на ночной город. Огни Дубая рассыпались внизу, словно звёзды, а тёплый воздух наполнялся ароматами специй и моря. Ламборджини остановилась у входа. Парковщик мгновенно оказался рядом, и Лия, передав ключи, поймала на себе несколько любопытных взглядов. Её это не смутило — наоборот, было приятно чувствовать себя на своём месте. Внутри было уютно и дорого без лишнего пафоса. Мягкие диваны, приглушённая музыка, лёгкий шум разговоров. Их проводили к столику у окна. — Я официально влюбилась в этот город, — сказала Лера, устраиваясь поудобнее и оглядываясь вокруг. — И мы здесь чуть больше часа. Лия улыбнулась, пролистывая меню: — Подожди, наш отпуск только начинается. Некоторое время они ели молча, наслаждаясь вкусом, атмосферой, видом. В Дубае всё казалось ярче — и еда, и разговоры, и даже паузы между словами. — Слушай, — нарушила тишину Лера, откинувшись на спинку дивана, — а что мы делаем ночью? Лия подняла бровь: — В смысле? — В прямом. Мы же не можем просто поесть и поехать спать, — Лера усмехнулась. — Я предлагаю клуб. Лия задумалась, делая глоток коктейля. — Клуб… — протянула она. — Почему бы и нет. — Вот! — Лера оживилась. — Я так и знала, что старая Лия где-то рядом. Тогда план такой. Доедаем, возвращаемся в отель, оставляем твою роскошную машину, — она кивнула в сторону окна, — и едем в клуб на такси. Без лишних заморочек. Лия усмехнулась: — Согласна. Я хочу выпить и потусить. — И правильно, — кивнула Лера.  Они начали обсуждать, куда именно поехать. Лера листала телефон, показывая варианты. — Вот этот, — сказала она. — Говорят, там сегодня жарко. Лия наклонилась ближе, взглянув на экран: — Выглядит неплохо. Поехали туда. — Отлично, — Лера отложила телефон. Смех, разговоры, планы, ощущение лёгкости — всё это складывалось в чувство, что жизнь снова начинает играть яркими красками. — Знаешь, — сказала Лера, уже поднимаясь из-за стола, — я рада, что ты решилась. — Я тоже, — ответила Лия честно. И в этот момент она точно знала:эта ночь — не про бегство.Эта ночь — про возвращение себя.