Часть 7.2

7 глава Часть 2 **** Флок, как всегда, появился бесшумно. Цвия стояла чуть в стороне, Ульвар сидел у забора. Был необычно тихим и напряженным. - Наверное, ему нужна поддержка. Но думаю, не зря конунга прозвали Грозным. – Шепнул сын Рига Цвие на ухо. Тренировка с Ульваром пошла и ему на пользу, помогая успокоить мысли. Он смог спокойно обдумать появление Эйнара, и обдумать вынужденные изменения в плане. Сын конунга молчал, угрюмо разглядывая свои ладони. - Ты прав. – Ответила Цвия, шагнув к товарищу. Флок улыбнулся. «Главное задать направление, дальше сами», хмыкнул он себе под нос. - Эй, Ульвар. – Цвия приблизилась к сыну конунга. - Чего вам. – Буркнул тот, но Флок заметил, как уголки губ товарища дернулись. - Всё будет хорошо, твой отряд рядом. – Девушка положила ладонь на плечо Берсерка. - Напарники? – Флок выставил кулак. А внутренне едва не скривился, но на лице лишь отобразилась легкая ухмылка. «Мы, конечно, напарники, вот только сестре твоей предложу продать тебя… вас… мне. Но не продумал, что потом делать с вами. Оберегать? Вас двоих?» Кинул взгляд на Цвию. Желание съязвить самому себе жгло где-то в груди, но чувство так и не стало чем-то большим. Ульвар не ответил, но губы молодого воина тронула грустная улыбка. Он выставил кулак в ответ, и трое стукнулись костяшками. - Конунг скоро прибудет. Не разбегайтесь и держите строй. – Раздался за спиной голос Ивара. - Хорошо. – Тут же ответил сын конунга. - Будет сделано. – Поддержал Харальд. - Да, наставник. – Следом произнесла Цвия. «Ой, ну я промолчу, мне сейчас не до торжества», хмуро подумал Флок. На лицах новобранцев читалось волнение, лишь Флок оставался спокоен, будто ему вовсе не было дела до приезда важных гостей. «Ох, мне эти «важные гости». Так любопытно как одни пресмыкаются перед другими», сын Рига криво усмехнулся. Ивар окинул отряд тёплым взглядом. - Что бы ни случилось, вы – лучший отряд, который у меня был. Запомните это.  – Произнёс наставник, а Флок не смог сдержать язвительную мысль. «Ох, благородный наш, тебе твои «товарищи» так же говорили перед каждым новым заданием?» Юнцы выдохнули. Ободряющие слова согрели всех. Флоку же было любопытно, как всё таки легко дать людям ложное чувство безопасности.  - Пока свободны. – Кивнул Ивар, и отошёл. Флок подошёл к Ульвару. - Думаю опять с драконами будет задание, это самое зрелищное. – Немного напряженно произнёс Ульвар. - Светлейший, тебе драконы уже не страшны, сколько у нас было тренировок, ага? – Как мог, подбодрил сын Рига. – И потом, в твоём случае, драконы это самое простое. Сын конунг с миг посерьёзнел. - Ты прав, да. – Угрюмо кивнул. Флок мягко коснулся плеча Ульвара. - Помни, что на тренировке отрабатывали. Слова – не всегда правдивы, а чаще – попытка сломить и подмять. – Сын Рига заглянул Ульвару в глаза, мягко кивнул, похлопал по плечу и отошёл. До него донеслось: - …говорят, Матиас совсем плох? – Спросил Харальд. - Да. Адамина сказала, он сильно захворал после… случившегося. – Тихо ответил Альрик. Флок мысленно, всего на миг, вернулся в тот вечер. «Ах, как жаль, как жаль, что его убивать мне не с руки. Такой мы с ним вечер приятный провели. Он кричал, я наслаждался. Нужно будет как-то повторить. Так расслабило». Кинул взгляд на Цвию, а та, кажется, даже жалела эту мразь. «Нужно было что-то ему оторвать, может кровью бы истёк, помер, и ты бы так не страдала. Запомню на будущее».  Раздался голос форинга, вытягивая сын Рига из размышлений… - Конунг Орм Грозный и ярл Сиггейр прибывают! «Ой фу, сейчас начнётся», ядовито подумал Флок, ухмыльнувшись. Посмотрел на девушку, видел, как она напряглась, заволновалась. «Не бойся волчонок, помогу, если что», скользнуло в мыслях. - Отряд, стройся. – Скомандовал наставник. Новобранцы выстроились в шеренги. - Великий конунг Орм Грозный. – Зычно пробасил форинг. Наследник Орма нашёл среди толпы младшего брата. Какая-то неприятная усмешка озарила его лицо. «Вот это, конечно, душевные отношения», хмыкнул про себя сын Рига. Между ними словно шла молчаливая, но опасная борьба: Лундвар прожигал Ульвара взглядом до костей. Тот отвернулся. «Ульвар, помни урок, не ведись ты на этого урода!», про себя думал сын Рига. - Ярл Сиггейр. – Продолжил Оддманд, ярл недовольно поджал губы, оглядывая бойцов. «Ой, ну вам ли, грузный мой, рассуждать о бойцах? Сами то, променяли силу на доступных фрекен да склоки, ага?» - И кюн-флинна Фрида, дочь Орма.  – Завершил представление Оддманд. Флок заметил переглядки Фриды и Цвии. И если ему было всё равно, то Лундвару это явно не понравилось. «Жестокий братец, стало быть ещё и ревнив. Даже к хилым, но миловидным мужам. Любопытно». Оддманд вышел вперёд. Встал на одно колено, склонил голову и прижал ладонь к левой стороне груди. За ним повторили Берсерки и новобранцы. Ульвар повторил движение, как и Флок. «По хорошему это вы все должны стать перед мною на колени, но… Какие времена, такие и колени», и недовольно скрывшись, опустился, очень быстро вставая. - Рад приветствовать вас. Благодарю за визит, да хранит вас Моди. – Громко произнёс форинг.                **** Конунга, его наследника, ярла и кюн-флинну посадили поодаль, чтобы ничто не помешало им насладиться зрелищем и оценить сноровку новобранцев. Флок скользнул по ним изучающим взглядом. Грузный конунг лениво разговаривал с ярлом, Лундвар прожигал взглядом кюн-флинну, а та внимательно следила за происходящим. «И это им доверяют? Они гроза этих земель? Их нужно бояться и защищать? Как мило». Насмешливо подумал сын Рига, и отвернулся. Мимо воли взгляд упал на Дьяра, тот усиленно думал. «Что, думки гоняешь как испытание пройти? Да это даже и не испытание, так, легкая пробежка. Хотя, помня твои отношения с Ротой и другими драконами… Может они тебя поджарят? Публике весело, а может и мне будет, как знать, а?» Флоку было очень сложно объединять переживания за девушку и в то же время, не очень искренне, желать ей провала. Словно что-то внутри очень хотело, чтобы она победила, чтобы у неё вышло. Но он не мог себе в этом признаться. Девушка отказалась от настойки и это, странным образом, его порадовало. На лице читались уверенность в своих силах и желание доказать своё место. От этого запретное тепло разлилось в груди. Он даже царапнул себя по форме, пытаясь прогнать ощущение и подошёл к отряду. Новобранцы разбились на группы по три человека. Ему достались Ульвар и Цвия. «Моди, да хватит издеваться, предки тебя дери! Хоть сейчас можно было без неё?», но раздражающее ощущение как мелькнуло, так и исчезло. Первой испытание проходила его группа. Теперь каждый действовал самостоятельно, не помогая друг другу. Цвии досталась самая бешеная дракониха, Рота. Она вновь зло на него пыхтела, но все те разы, когда он с ней имел дело, видимо возымели свои плоды, и на девушку она злилась больше, чем на него. «Рота, может договоримся? Ты её спалишь, а я тебя отпущу? Но ты ведь не покинешь наездника. Вы, драконы, куда вернее, чем люди… Да и эту на голову ударенную, пока жаль убивать», хмыкнул сам себе под нос воин и устремился к своему дракону. Дракониха Оддманда была куда более спокойна, меньше реагировала на Флока, хоть тоже ощущала, что с ним что-то не так. Флоку попалась Йорис, а Ульвару – Оска. Сероглазый воин выставил кулак и посмотрел на товарищей. - Покажем им, на что способны? – Бодро произнёс Берсерк. «Сын конунга, ты и вправду должен показать себя, твоя семья скорее всего не оценит, но для себя докажешь: ты достойный воин», в зелёных глазах мелькнула… гордость? - Спрашиваешь! – Весело и оптимистично ответила Цвия. «Вот это у волчонка настрой! Лишь бы Роту не выбесила, а то умеет», он кинул на девушку, полный опасливости взгляд. - Заставим ярла наглотаться пыли. - Добавил Флок, протягивая ладонь. Товарищи стукнулись кулаками. Испытание началось. Цвия, Ульвар и Флок кинулись врассыпную. Драконы взревели. Рота разинула пасть, увидев, что к ней несётся девушка. «Что, тоже рада её видеть? Рота, в кои-то веки, как я тебя понимаю. Сначала хочется убить, а чуть погодя она даже начинает нравиться», озорные размышления мелькнули в голове, от чего мужчина не сдержал легкой улыбки.  - Р-р-р-р! – Раздалось у него за спиной, но он уже бежал к Йорис. Рота изрыгнула пламя, мужчина услышал вскрик девушки, но то был не страх, а азарт. «А ты быстро учишься, Цвия. Возможно слишком быстро для собственного блага», но не смотря на язвительность предположения, он был горд ею. «Всего ничего назад, она была просто хиляком, обманом пробравшимся к Берсеркам, а сейчас? Сейчас она на раз запрыгивает на дракона! Моди его дери, дракона! На это испытание не всех взяли, потому что часть новобранцев не справляется, а она? Да она несётся как йотун!», на миг мысль прервалась, чтобы вильнуть. Боковым зрением заметил, как девушка пригнулась от огненной струи. «Но она и есть дочь йотуна и вёльвы… Хейд, чего еще ждать от твоей дочери? Гордись. Даже я, лживый и склочный бог, отдаю должное этому напору. Может это мне пора взять урок-два?».                                                            - Р-р-р! - Рота снова выплюнула ком пламени. Ульвар и Флок уже забрались в сёдла. Переглянулись. В серых глазах воина Флок увидел ту же гордость за Дьяра, что испытывал сам. Сын конунга едва заметно улыбнулся, когда Цвия запрыгнула на мощную спину дракона. Раздалось заклинание: - Eg skipa per fyrir! – Громко и властно закричала Цвию. «Ну право дело, можно ты хоть будешь пытаться понизить голос? У тебя свой необычно красивый, чуть хриплый, и тягучий тембр, но он же не мужской! Моди ради, глупая ты фрекен!», Флок искренне пытался злиться, правда пытался. Но это трепетное чувство в груди, от её удачи, победы, остужали ехидные раздумья.                                                                    Трое наездников оказались в сёдлах. Раздались жидкие аплодисменты, из важных гостей за ними внимательно следили только Фрида и Лундвар. Флок ядовито подумал, наблюдая как Орм Грозный припадает к рогу с вином: «Право дело, это даже легче чем, я думал», несколько капель вина пролились мимо рта конунга, Флок легко вздрогнул и отвернулся. «Фу, какая мерзость». Перевел взгляд на Цвию, та гордо спрыгнула и едва успела увернуться от взмаха тяжёлого хвоста драконихи. «Драконьи боги, Рота, давай дружить. Я буду тебе подкидывать лучшее мясо, только ради подобных сцен, пожалуйста, продолжай», едва не хохотнул йотун. До его слуха донеслись слова девушки: - Дурила. – Шутливо произнесла Цвия. «Кто б говорил, а Дьяр?», губы мужчины растянулись в искренней улыбке. Ульвар так же с мягкой усмешкой наблюдал за товарищем. Двое спрыгнули с драконов, стукнулись кулаками и не проронив ни слова, но не сдерживая улыбок, вернулись к отряду. Флок заметил хмурый взгляд ярла. «Ой, а вы, этот, в умного тут играете, да? Но место уже занято мной, так что занимайте очередь вон там», ядовито подумал сын Рига, внимательнее разглядывая ярла. Сразу стало понятно, что он тут не для оценки бойцов, а чтобы убрать Оддманда, как неудачного форинга, взяв управление Берсерками под своё крыло. Рассчитывая на свои мелкие победы.. «Но у меня для вас жопопотрясающие новости - такого не будет. Оддманд никуда не уйдёт, пока он мне нужен. А он мне нужен, ещё какое-то время». - Следующие. – Гаркнул Сиггейр, и следующее трио вышло на арену. Товарищи отошли в сторону, переводя дыхание. - Фух, ну я не умер, уже что-то. – Запыхавшись произнесла Цвия, подходя ближе к товарищам. «Просто дай мне немного времени, и я что-то придумаю», пронеслось в мыслях Флока, когда он услышал слова девушки. Последнее испытание завершилось тем, что Альрик несколько замешкался и неловко повис на седле, вызвав смех наблюдающих. «Ну, Альрик, что сказать? Спасибо, что живой», беззлобно подумал сын Рига, наблюдая как товарищу помогают выбраться из седла. Затем их снова построили в шеренгу. Лундвар прошёл вдоль ряда, хищно рассматривая каждого. «Ой, а спорим ко мне не подойдёшь, даже взгляд не кинешь, мм?», мужчина щелкнул пальцами, второй сын конунга прошёл мимо него, даже не взглянув. - Ярл Сиггейр прав: с каждым годом они всё хуже. Под моим командованием вы бы давно отсюда повылетали. – Гаркнул мужчина. «Дражайший, слово «поумирали» по-другому произносится. Вам уже сколько воинов доверил ваш отец? А сколько из них дожили до сегодня? Ах, ни одного, точно. Есть вопросы к вашему управлению. Но отдам должное, папаша много отдал, чтобы скрыть эти, амхм, неудачные попытки? Сопутствующие потери? Сами выберите, не мне судить, но я, при случае, обсужу», ядовитые мысли кружили в голове. Лундвар остановился напротив Ульвара, но тот смотрел сквозь него. «Светлейший, я тебя прошу, богов ради, молчи! Я знаю, сложно, и понимаю желание свернуть ублюдку шею, но дай мне им заняться. - Вот он, настоящий Берсерк! – Лундвар мерзко хохотнул и уничижительно похлопал брата по щеке. Нарочито сильно. Флок стал чуть ближе к сыну конунга, пытаясь успокоить его разум. «Ульвар, помни, Гарм его дери, помни про тренировку, это просто слова. Жалящие, ранящие, но грёбаные слова! Твой, прости Моди, брат, не больше чем ничтожество, которому дали власть, и которой он теперь упивается, под трепетным крылом твоего нерадивого папаши». Флок ощущал гнев Ульвара как тёмное, уродливое пятно, пульсирующее в такт биения сердца сероглазого воина. Сын Рига не хотел признаваться себе, но чем больше он сближался с Цвией и сыном конунга, тем легче он ловил их мысли и эмоции, порой бессознательно. «Ну же, всё, что он говорил, это просто слова, сотрясание воздуха!» Параллельно ощутил, как и от Цвии исходят волны гнева. «Да хреновы люди, вы чё? Я вас тут, что успокаивать буду? Оба, сука, успокоились! От слов резких они тут уже жопу рвут. Не время! Хёд вас дери!» Флок шумно выдохнул, но, поглощенные, каждый своей злостью, товарищи этого не заметили.  «Дура! Давай ещё и ты влезь в драку. Как я твою голову спасть буду? Предков ради, не открывай рот!» Наследник двинулся дальше, поглядывая то на новобранцев, то на Фриду. Сын Рига едва не схватился за сердце. «Второй сын Орма, иди, иди и не оборачивайся, мразь!» Флок перевёл взгляд на товарищей, те заметно успокоились, а мужчина понял, что и сам задержал дыхание. - Что, сестрица, выбрала себе подходящую партию? Может, тебе по душе этот чахлый недотёпа? – Лундвар потрепал Альрика по голове, взъерошив копну золотых волос. Мужчина мерзко заржал, дергая сына Ньяла за форму. - Будет перед тобой пресмыкаться, а ты об него вытирать ноги. Ты же любишь такое. – И оттолкнул новобранца, словно надоедливого щенка. «А столько легенд было про Мидгард, про людей. А на поверку, ведут себя как обычные асы в плохой день. Склоки, распри, вражда, и брусникой на пироге – отпрыски, которые вкусили власти, но понятия не имеют о последствиях своих решений. Как же это уныло», едко заметил про себя Флок. - Лундвар. – Серьёзно произнесла Фрида, не сводя глаз с брата. - Или этот деревенщина, а? – Второй сын Орма с насмешкой показал на Харальда, замявшегося перед наследником. Флоку стоило больших усилий подавить язвительную ухмылку. - По глазам видно: умом не блещет. Ты рядом с ним будешь Фрейей. «А вы, ваша жестокость, мните себя умным, да? Забавно», размышлял зеленоглазый Берсерк, разглядывая неудавшегося сына Орма Грозного, слово дикую зверушку. - Харальд - весьма способный воин. И не менее прекрасный мужчина. Твои колкие слова никак не умаляют его заслуг, мой брат. – Спокойно ответила Фрида, и Флок отметил как дёрнулись губы Лундвара в злой усмешке. Харальд не нашёл, что ответить, потому лишь во все глаза глядел на кюн-флинну. «Харальд, товарищ мой, а советы Дьяра принесли плоды. Тебя кюн-флинна защищает! Ну, хиляк, кто тут хитрый, а?», с улыбкой подумал сын Рига. Зло рассмеявшись, лишний сын конунга гаркнул: - Как же я люблю, когда ты защищаешь всякий… - Он посмотрел на Ульвара. - … сброд. На этих словах даже Флок не смог сдержать злость и с силой стиснул ладони в кулаки. «Так, это семейные дела, я сюда не лезу, мне до этого нет дела», стал он говорить сам себе, но и оставить Ульвара наедине с этим, он не мог. Или не хотел? Взглянул на Цвию, у той, традиционно, все размышления были написаны на лице, как и куда стоило бы пойти Лундвару. - Закрой рот. – Твёрдо произнёс Ульвар. «Есть предположение, что тренировка возымела эффект, светлейший на него не кинулся. Пока, по крайней мере…», мелькнуло в мыслях Флока. - Что ты сказал? – Мгновенно отреагировал Лундвар, словно того и дожидаясь. «Светлейший… Ну хоть не лезешь в драку, уже хорошо». Ульвар шагнул вперёд из строя, пронзив брата ненавистным взглядом. - Я сказал: «Закрой. Свой. Рот». – Повторил Ульвар, каждое слово, словно куб льда, падающий и разлетающийся острыми осколками. - Хватит. Вы здесь не за этим, наследник. – Резко вмешался Одмманд. Между двумя братьями витали искры, готовые вспыхнуть пламенем. «Даже не буду шутить насчёт драки…», серьёзно подумал сын Рига. В глазах Фриды, доселе сохранявшей самообладание, блеснуло презрение к Лундвару, когда тот задел Ульвара. Сын Рига наблюдал за происходящим с… любопытством. - Форинг прав. Что вы тут развели? – Вмешался великий Орм Грозный. «Что, в роге вино закончилось и нужно срочно пополнить?», промелькнуло в голове мужчины, и он едва заметно дёрнул губой. - Заканчивайте, и пошли есть. Мне ваши испытания уже порядком надоели. «Моди ради, это даже не смешно. И это великий Орм… Грозный Орм… Пьянчуга, самый обыкновенный», сын Рига недовольно скривился. «Я, так-то, ещё и правое дело сделаю, и, конечно, кюн-флинне помогу. И себя не обижу», от осознания легкости задуманного, губы дернулись в улыбке. - Оценки вам озвучат вечером. – Произнёс форинг. Конунг, хмыкнув, развернулся и пошёл прочь. Лундвар, окинув брата снисходительным взглядом, последовал за отцом и ярлом. Лишь Фрида задержалась, в её глазах читалась вина. Флок с тихой ухмылкой, заметил: - Рыба гниёт с головы. Немудрено, что у Берсерков бардак творится: Орм и со своей семьёй-то разобраться не в силах. Цвия взглянула на кюн-флинну. - Надеюсь, вы не расстроились… из-за этого. – Девушка мягко улыбнулась, пытаясь поддержать Фриду. - В моей семье «это» всего лишь обычное утро. – Ровно ответила Фрида, печально взглянула на младшего брата. Тот ушёл, разозлённый, в попытках успокоить дыхание. «Надо будет с ним ещё тренировку провести, лишним не будет. Да и у меня рана затянулась, не время ли оставить новый порез, а, светлейший?», мелькнуло в голове йотуна. - Что ж, мне пора.  – Произнесла кюн-флинна. Цвия кивнула, улыбнувшись. «Вот бы ты мне так почаще улыбалась…», промелькнуло в мыслях, но мужчина тут же затоптал этот порыв. «Какие, к Гарму, улыбки! У меня впереди разговор с кюной!» *** Флок заметил, что Цвия не отошла далеко, потому приходилось подбирать слова. «Ах, ну что за любопытный волчонок. Цвия, это не для твоих ушей, всё равно тут, сейчас ничего детального обсуждаться не будет, потому топай на тренировки или куда ты собиралась…», беззлобно подумал сын Рига, вмиг переключаясь на Фриду.  - Я случайно услышал, что вы недовольны многими решениями вашего старшего брата. В моих силах немного… подвинуть Лундвара с места, которое можете занять вы, Фрида. «А мы оба знаем, как вы этого желаете, прелестнейшая. Не так ли? Отец, которого так и не было в жизни, брат, который хотел быть куда ближе, чем подобает…» Губы мужчины на короткий миг скривились «Что-то как-то мне это напоминает один дворец, одно семейство. Но да будет мне, с вами таким делиться не буду», ехидно завершил раздумья воин. На лице кюн-флинны проскользнуло удивление, но она быстро взяла себя в руки. - О чём вы говорите, сын Рига? – Голос Фриды дрогнул на самый короткий, еле уловимый миг, но Флоку этого было достаточно. «Ой, ну не о том, чтобы медовые лепёшки есть. Бросьте, вы же не…» даже мысленно так и тянуло добавить «девица», но тут же вспоминал про синие глаза, а это было сейчас нежелательно. - Вы ведь понимаете, кюн-флинна. – Мягко ответил он, внимательно глядя ей в глаза, ловя отголоски её размышлений. «…никогда больше…», «… сами полезли, сами пожалели…», «быть мне бессердечной сукой? Папа, буду, ах как буду…», «… сам мне этот кинжал вручил…». Против воли едва заметно скривился. Флок много чего повидал, но иногда, человеческая жестокость… неприятно удивляла. - Это опасный и безрассудный разговор. – Ровно ответила кюна, но Флок увидел, как что-то мелькнуло на дне серых глаз. Крошечная искра… надежды. «Надежда на лучшую жизнь, ага? Без брата садиста, отца пьяницы, рушащего всё, что было достигнуто за десятилетия правления. Угадал?» Наместница отвернулась, собираясь уйти. «Так просто я не отпущу, бить по больному тоже умею». Флок обронил как бы невзначай. - Кажется, в жестокости Лундвар уступает лишь вашему дяде… - Он почувствовал, как в кюне всё замерло, казалось сквозь девушку прошла молния. Фрида напряжённо замерла. - Впрочем, Лундвар может стать прекрасным конунгом. Суровым и беспощадным. Главное, чтобы ваша дочь не прошла тот же путь, кюн-флинна. «Сами понимаете о чём и ком я, но решайте быстро», мелькнуло в мыслях. - Как… вам хватает совести заводить подобные речи?! – Фрида добавила твердости в тон, но голос не повысила. «Ох милейшая, я и совесть… Смешно. У меня, знаете, как говорят? Ни стыда, ни совести, ничего лишнего», мысленно хмыкнул мужчина. - Простите, кюн-флинна. Совесть – излишний груз. Моё дело лишь предложить вам помощь. – Чуть понизив голос, ответил воин. «Вот и сейчас, я не хотел это поднимать, но вы вынуждаете…», саркастичная мысль пронеслась в голове. - Ваше предложение… По меньшей мере отвратительно. По большей – заслуживает казни. – Ответила кюна, но было очевидно - Фрида заколебалась. Всего на какой-то миг сомнения одолели её. «Ох, светлейшая, меня? Скромного помощника? Ещё и казнить? Но позвольте, а что же делать с вами, так любящей искупаться в крови своих врагов? Вы это мастерство копили… сколько? Десятки полных лун? А тут уж одним ведром крови больше, одним меньше. Кто счёт-то ведёт? Ага?» Наместница ушла, оставив ухмыляющегося Флока наедине со своими мыслями. Он ещё несколько мгновений смотрел в спину кюн-флинны. «Ставлю свой новый кафтан, к утру договоримся», воин оскалил зубы, глаза на миг сверкнули. **** После ужина Флок вышел подышать морозным воздухом. Ароматы барака сводили его с ума. «Даже в темнице Асграда пахло лучше. Хоть и место специфическое». Он прошёлся на край деревни, потёр ладонью в районе груди. Скоро место его ночёвки погрузится в тишину и придёт самое отвратное время.  Время сна. А значит нужно попытаться сбежать от этих постоянных мыслей о ней, даже во сне. «Что это, если не безумие. Гармово безумие», мужчина скрылся в тенях домов и исчез, появившись далеко за периметром деревни. Уже зная, где нашёл Цвию, перенёсся в то самое место. Взгляд упал на остатки того костра, что она разводила той ужасной ночью. Присел, щёлкнул пальцами и угли запылали, языки пламени начали греть холодные пальцы. А вместе с этим теплом, в голову стали проникать непрошеные образы. Последние несколько ночей он спал хорошо и… ужасно одновременно. В его снах, рано или поздно появлялся Дьяр, или Цвия, или Рагна. А накануне вовсе снилось, как он прокрадывается к бане, и через участок слегка прогнивших досок, наблюдает как Ивар омывает Цвию. Как тот проводит руками по лицу, спине, плечам. А Цвия поднимает голову выше, открывая нежную кожу шеи. Но это он, он, должен был быть там, касаться, поддерживать. Оберегать, усадить в бочку, и поливать теплой водой, пока её тело отогревается. Горячими ладонями водить по плечам и спине, напитывая силой. Он должен был провести языком по, так опрометчиво подставленной шее, а после –зубами, оставляя розовые полосы, любуясь своей работой. Чтобы ощутить на своих губах и языке как бьётся её пульс, как он чувствует эту тихую пульсацию «ух-ух-ух-ух». Но вместо этого воин наблюдал, как другой касается её, окружает заботой и теплом. А Флок стоит на холоде наблюдает за ними как нежеланный свидетель. «Сука, я схожу с ума. Почему она? Она мне не нужна. Ни сейчас, ни потом, никогда», он пытался поселить эти мысли в голове и сердце, но там оставались лишь «она мне нужна, сейчас, потом... всегда». Сколько раз он просыпался от того, что до крови сжал кулаки, впиваясь в мякоть ладони? С десяток точно, а возможно и больше. А эта провальная тренировка на утёсе? С того вечера, как ни старался, как ни отвлекался, -  он не мог выкинуть из головы её аромат: запах металла, мороза и мёда, преследовали как и ощущение её тела на нём, её рук на его шее. Представляя, как она сильнее сжимает его горло, после чего жадно кусает, оставляя алые следы, втягивает чувствительную кожу, оставляя синяки, а он… он не против, он этого жаждет, едва ли не требует. Перед глазами встал этот колючий, и одновременно, нежный взгляд. От этого льда в синих глазах, по телу будто пускают молнии, а ему, до покалывания в кончиках пальцев, необходимо увидеть, как те станут темнее от желания. Сын Рига присел и зачерпнул рукой снег, кинув себе в лицо ледяные крохи, надеясь, что они остудят его разум. Не помогло. Несколько капель растаявшего снега скатились за ворот. Он мог легко их убрать, но не стал, представляя, как это капли её пота, стекают по его шее и плечу. Вновь зачерпнул снег и начал размазывать по лицу. «Херов план, херовы Берсерки, херова… она». Последнее он прошептал едва слышно. «У меня за плечами тысячи жизней, а я тут сопли мотаю от её… Из-за какой-то девицы». Он с силой ударил ногой по сугробу, спрессованный снег разлетелся в разные стороны изломанными неровными кусками. «Так и моё сердце должно разлететься и перестать это всё ощущать. Эти все чувства только мешают и сбивают с цели, отвлекают, а самое опасное – меняют её». Этого нельзя допустить. Нельзя. Бросил взгляд на костёр, жёлтое пламя пожирало деревяшки. Эти языки пламени напомнили о пожарище, а память услужливо подкинула одно из самых болезненных воспоминаний. Одну из проигранных битв. Как ему не удалось уберечь несколько городов - от нападения асов, как он, тихо и угрюмо смотрел на трупы убитых йотунов, как увидел тела Агнес и её сына Йора. Они так напоминали ему его и Лаувей, что он особенно сильно хотел их спасти. А сейчас смотрел на их окровавленные тела. Даже после смерти женщина бережно обнимала тело ребёнка. «Не смог. Вновь». Помнил, как сжались тогда кулаки, как из ладоней вылетели изумрудные вспышки, разбивая в щепки полуразрушенные повозки и остатки поваленных крыш. Как он бессильно смотрел на то, что осталось от этого поселения, как намедни просил их уйти, скрыться, сбежать, да что угодно. И как Агнес, с глазами полными слёз, крикнула ему в спину: - Не верю такому асовому отродью как ты! Пусть ты и йотун, но вырос среди них! Чего еще от тебя ждать! Мы знаем, что ты лжешь, всегда лжешь! – Её громкий голос было слышно на всю улицу. Локи замер, слова попали в спину, словно стрелы. Не смертельно, но так болезненно. «Я лгу? Я предупреждал, давно, что это место асы выбрали себе, и не остановятся пока вы отсюда не уйдете. Живыми или мертвыми. Их, конечно, больше устроит второй вариант». Мужчина не оборачиваясь ответил: - И из-за этого ты готова рискнуть и даже пожертвовать жизнью своего сына? – Его плечи напряглись. – Времени у вас немного, хорошо подумай. Другие жители поддерживающе загудели, игнорируя его слова. - Чего еще от него ждать… - Крикнул моложавый мужчина. - Он один из них… - Поддакнула торговка. - …сорняк на нашей грядке, нужно убить паршивца! – Добавил седовласый мужчина. Один особо бойкий мужчина, с густыми бровями, карими глазами и седыми волосами вышел вперёд и закричал: - Думаешь мы не знаем, как ты "помог" в Хьялмаре и Гримноре? Как они послушали тебя, а потом почти всех перебили в лесах? Убили драконов? Думаешь, до нас не дошли слухи, как ты их заставил в спешке покидать город, как они попали в асову ловушку? А ты… Ты просто исчез! Помнишь? – Каждое слово, которое произносил мужчина, ощущалось словно ожог. От этих слов по телу прошли липкие мурашки страха. Страха за тех, кого он должен защищать. Мужчина тяжело дышал, в его уставших карих глазах блестели слезы. - В тех лесах умерла моя сестра с племянницей! И я, Торстейн, остался совсем один в этом мире! Это твоя вина! Они тебе поверили, и вот к чему это привело! Хотя, чего еще ожидать от такого лжеца и обманщика как ты?! – Его голос сорвался на хрип. Каждое слово больно било под дых. Он знал о чём говорил этот мужчина. Ещё одна ошибка. Страшная, кровавая, рвущая душу на части, ошибка. В той битве погибли Бьёртранн и Краалгрим, оставив на том, что называют сердцем, уродливый шрам, который не убрать никогда. Это были две деревни рядом, его люди узнали о готовящемся нападении, и у них был выбор – заранее увести людей из поселения, усилив оборону или сразиться дома. Где даже стены помогали, и было легче обхитрить врага. Сын Лауфей долго думал, сомневался, не зная, какой выбор верный, решил минимизировать жертвы, а в результате получил две почти вымершие деревни. В конце концов дал приказ уводить воинов и их семьи, но слишком поздно, слишком долго он не решался. Асы напали, когда часть йотунов уже была в лесах. Воины защищали свои семьи, матери – своих детей. К рассвету стало понятно, что йотунам эту битву не выиграть. Их драконов, почти всех, убили, численностью асы многократно превосходили великанов, а предавший их воин, перешёл на сторону врага, со своим драконом. Но в это Флок и сейчас не хотел погружаться, без того достаточно. В тот же день, позже, он дал себя схватить, в обмен на прекращение битвы. Его поместили в темницу, но прошло немного времени, как выяснилось, что асы, о ужас, соврали. Он сбежал в ту же ночь, и вот, несколько недель спустя он здесь, пытается спасти своих людей. Вновь. «Они не уйдут. Они не верят и останутся» эта мысль билась о клетку разума. Воин развернулся. - Вы можете мне не верить, я это пойму, но подумайте о своих жизнях и жизнях своих детей. Стоят ли они того, чтобы умирать из-за упрямого неверия, как говорите? Асовому отродью и сорняку, то есть мне. А? – Он выдержал взгляд кареглазого мужчины. Уже собирался уходить, но в последний момент посмотрел тому в глаза. - Я не желал такой участи никому. – Ровно ответил, развернулся и скрылся за домами. Растворившись в воздухе, отправился к Сурту, обсудить план защиты селения. Но асы, всегда, лгущие асы, и в этот раз напали раньше, без предупреждения, цинично и подло. Когда Локи переместился в посёлок, там уже догорали последние дома. Он их подвёл, снова. «Сколько ещё должно умереть, пока я научусь, что им нельзя верить. Никогда. Никому приближенному к ним. Верить вообще нельзя. Никому. Не чувствовать сомнений, откинуть их, вычеркнуть». Взгляд скользнул по ближайшему дому, на пороге лежал труп. То самый кареглазый мужчина, Торстейн, он смотрел в тёмное небо пустым взглядом. «Я же предупреждал… Просил» на негнущихся ногах подошёл к нему, присел рядом и провел ладонью по векам, закрывая глаза. Прошёл дальше. Повсюду лежали тела трупы тех, кого он должен был защищать, и не защитил. «Как не спас и маму с папой», их крики и стоны звенели в ушах, запах крови бил в нос. Было ли это от пролитой крови сейчас или из воспоминания – он не мог сказать. «Я ничтожество и слабак. Подвёл, вас всех подвёл», он с силой пнул одну из полуразрушенных бочек. С губ сорвался крик, ещё один. Снова и снова. Он кричал пока не осип. Упал на колени, бессилие и злость захлёстывали, он словно тонул в этих ощущениях, и никто не протянул руку помощи или поддержки. Начал бить о землю пока на костяшках не выступила кровь. Но в ту ночь он поклялся, что приложит все усилия, чтобы подобное не повторилось. «Никому не верить, ни от кого ничего не ждать, никого не жалеть. Особенно асов. Они его никогда не жалели, не считались с ним, а теперь с этим будет покончено. А однажды – и с асами», воин ясно понял, что теперь его цель – уничтожить асов, любой ценой, и никто, ничто не станет у него на пути. Ледяные воспоминания вернули ясность мысли быстрее, чем снег и любые уговоры. "Я вновь начинаю сомневаться в плане, себе и решениях. Нет! Я выучил свои уроки, план остаётся. Цвия не попадёт на драконий остров. Не допущу" Он с силой кинул подобранный камень, затем еще один, и ещё. Все они летели куда-то в темноту леса, попадая то в деревья, то в снег. Зло пнул остатки догорающего костра, пытаясь разрушить то хорошее, что догорающие угли ему напоминали. «Если ради того, чтобы низвергнуть асов, нужно будет кем-то жертвовать, так тому и быть". Флок вновь пнул костер, сапогами закидал тлеющие угли, засыпая сверху снегом. «Так будет со всем и всеми, кто станет на моём пути» - темная мысль проникла в сознание. «Я достаточно раз сдавался, но не сейчас». Мысли вновь вернулись к девушке, но уже куда более прохладные и отстранённые. "А ты, Цвия... Сначала стань Рагной, потом и поговорим. Возможно встреча с реальной собой окажется для тебя фатальной. Уж я об этом позабочусь», губы мужчины скривились в горькой усмешке. **** Боец прислонился спиной о забор. Он вернулся в барак на рассвете, ещё долго сидя там, у догорающего костра и вытравливая из себя чувства. Но это так и не помогло полностью убрать из головы образ девушки, аромат металла, мороза и мёда. Флок устало провел рукой по волосам. От кюны не было вестей, а уже было пора, время поджимало. Ему нужны Берсерки, он это прекрасно понимал. Но и собственное ехидство было не заткнуть. «Получается, друзей приобретаю?» беззлобно подумал мужчина. «Но это я уже проходил, плохо завершилось. Хотя какие они, по сути, друзья? Ну в лучшем случае товарищи. Так ведь?». Что-то в груди дрогнуло. Вспомнил как тренировался с Ульваром. «Да я просто хотел помочь ему, потому что… Потому что не хотел видеть, как он будет ранен в бою? Потому что, он стал… Кем? Товарищем? Приятелем? Другом?»  Дальнейшие размышления прервал голос Арне. - Флок! Вот ты где! Тебя кюн-флинна ищет, за тобой вот послала. Флок приложил ладонь к сердцу. - Это ж зачем я понадобился мудрейшей в столь ранний час? – Мужчина мастерски прикинулся удивленным. «А, ночь обдумала и готова? Одобряю. Я бы тоже поторопился, тут скоро станет… жарко». Арне лишь ответил: - Да почём мне знать, сказала привести тебя, ну давай, идём. – Он схватил бойца за рукав и потянул. - Какая спешка, меня что, в ярлы повышают? Я пока не готов к такой почетной должности.  – Тихо рассмеялся Флок. – Отпусти, я иду. – Уже более холодно произнёс сын Рига, и Арне его тут же отпустил. «Не люблю, когда трогают без разрешения. Такое могут себе позволить только… Нет. Нет не могут. Никто не может. Так, кюна. Дело». **** По дороге к дому форинга, где его и ожидала кюна, Флок и Арне встретили Ульвара. - Арне, я знаю где дом Оддманда, сам дойду, ты своё сделал. – Ровно произнёс Флок, и что-то в его взгляде заставило Арне кивнуть и поспешно удалиться. - Флок? В такую рань? Что тут забыл? – Серые глаза внимательно следили за изумрудными. – Если ищешь болезного, так он в бараке дрыхнет. Ульвар слегка прищурил глаза и склонил голову, внимательно изучая Флока. Сын Рига замер. Он, безусловно, любил внимание, но не сейчас, не здесь, не среди Берсерков. «Так-так-так. А кто это тут за мной следит? Ульвар, это опасное развлечение. Мы конечно товарищи, но это тебя едва ли спасёт, если вздумаешь под ногами путаться». - Сын Орма Грозного подглядывает за мной? Как… интересно. – Флок изогнул бровь, глаза опасно блеснули. - Как интригующе. - Вот делать мне нечего. – Буркнул сероглазый воин. Сын Рига сделал шаг навстречу сыну конунга. Их лица были близко друг к другу. Он ощущал на своём лице дыхание товарища и знал, тот – ощущает его. Глаза Ульвара на миг расширились от удивления, а Флок тихо произнёс: - Тогда с чего ты взял, что я ищу Дьяра?                «Отвечай аккуратно, от этого многое зависит», подумал боец, облизывая губы, словно в предвкушении… чего-то интересного. - Вот ты вправду странный, обжимаешься с этим тощим, колкие фразы ему бросаешь, но постоянно помогаешь и первый летишь вытаскивать из задницы, а потом и проведываешь его, когда тот у травницы лечится. Странные вы. Оба. – Сын конунга хотел сделать шаг назад, но под ногами оказался небольшой пень, не давший отойти. Флок приблизился, прекрасно понимая, что светлейшему от этого становится дискомфортно, но всё равно чуть наклонился и прошептал: - Ну, зато твои. – Ульвар покраснел, а зеленоглазый воин добавил. – Твои товарищи. И я просто помогаю ему, как мог бы и тебе. Но твоя задница куда реже влипает в неприятности. Да и я припоминаю, Адамина удивлялась, как часто ты справлялся о здоровье Дьяра. Так, что не я один переживаю за, как ты Дьяра называешь? Тощий? За тощего. – Воин отошёл на шаг от товарища. «Зачем я это делаю? Зачем довожу его и провоцирую? Но он так забавно краснеет…» Берсерк так и не смог, или не захотел, объяснить желание видеть удивление и смущение на лице Ульвара. - Ну, тогда знай, он сопит в бараке, я видел, когда выходил. – Сын конунга, не моргая, смотрел в глаза товарищу. У них словно шла безмолвная битва. – Но у тебя, кажется и самого не всё в порядке. Если захочешь поделиться, знаешь где меня искать, друг. Флок на миг замер, слова ошпарили его, словно кипятком. Изумрудные глаза внимательно рассматривали лицо светлейшего. «Давай, смущайся, отводи взгляд, завершим этот разговор», зашипел злой голос внутри. Но серые глаза ещё внимательнее изучали его лицо, и от этого Флоку стало… любопытно. "Почему они меня не перестают удивлять? Что Дьяр, что этот. Не нужно мне это, не нужно меня понимать, делиться, о боги, чувствами, и всю эту людскую хрень на меня вешать. Я так-то иду тебя покупать, друг". Чем хуже и мрачнее мысли проносились в голове, тем легче и яснее было придерживаться плана. Воин отошёл ещё на шаг назад, теперь расстояние между ними было более чем достаточным. Зелёные глаза насмешливо изучали Ульвара пару мгновений, после чего он подмигнул товарищу. - О, я знаю. – Уже обыденным голос произнёс Флок. - А ты, светлейший, на тренировку? - Да, то есть... нет, не на боевую. Хочу ещё в поле потренироваться, как мы с тобой в прошлый раз. - Сын конунга внимательно оглянул товарища. - Но думаю, тебе пока не до того. - Милейшая кюн-флинна ждёт меня, а мы оба знаем, что заставлять её ждать – чревато последствиями. – Ответил Флок, губы Ульвара тронула мягкая улыбка. «Хм, он вправду любит сестру» хмыкнул Флок. - Но я могу присоединиться после. – С легким удивлением отметил, как после этих слов сын конунга выдохнул. «Неужели ты прямо так хочешь вновь тормошить больные темы?» это вызывало странную смесь между уважением, непониманием и в тоже время… пониманием. Делать себе больно, пока станешь не чувствителен к этому. Как знакомо. - Отлично, я уже взял настойки от порезов. Твой, смотрю так и не зажил полностью. - Светлейший почти коснулся тонкой полоски на шее, но мгновенно отдёрнул ладонь. «Ульвар, добивать нужно, добивать, а не искать настойки и ткань. Сколько раз повторять? До-би-ва-ть! Не помогать». Флок едва сдержал улыбку, сын Орма улыбнулся, похлопал товарища по плечу и быстрым шагом направился к полям, крикнув: - Тогда жду тебя на том же месте! Губы воина растянулись в улыбке, напоминающей оскал. Провел языком по губам. «Да у меня скоро будет стая волчат. Одна дикая и отчаянная, второй – храбрый и справедливый. Ух, были б они овцами, назвал бы себя пастухом. А так – вожак стаи? Предки упасите, мне уже хватает ответственности», но несмотря на колючие мысли, в груди что-то вновь ёкнуло. Сын Рига коснулся пореза, он был глубоким и ныл, но мужчина не захотел его исцелять. Что-то в том было, как тот саднил, напоминало о том бое, той яркости момента, азарте, риске, жизни. И ему это нравилось. *** Кюн-флинна ожидала его в доме форинга, в той самой комнате откуда они с Дьяром недавно стащили карту. Вспоминая тот вечер, мужчина невольно улыбнулся. «Надо было тогда и придушить, там, у забора. Не было бы сейчас так… странно». Не вовремя вспомнилось как прижимал Дьяра… или Цвию? Как она сначала испугалась, а после стала угрожать, укусила за ладонь. Мужчина с силой вырвал последующие размышления, концентрируясь на Фриде. Та сидела за столом Оддманда. «Интересный выбор места, но мне в целом, какая разница, так даже забавнее. кюн-флинна за столом форинга будет продавать мне Берсерков. А говорят у меня шутки злые, но сейчас это не моих рук дело». Кюн-флинна подняла на него взгляд, безмолвно приказывая сесть напротив. Мужчина сел, вальяжно откинувшись на спинку кресла. - Моя кюн-флинна, Вы хотели меня видеть? – Спокойно произнёс сын Рига. Если бы его спросили, он бы предположил, что у милейшей была бессонная ночь. Слегка опущенные плечи, небольшие синяки под глазами. Но полный решимости, горящий взгляд. Она отложила пергамент, пристально стала рассматривать воина. - То о чём вы… говорили вчера, это всё ещё немыслимо и очень опасно. Безрассудно. – Её голос был тихим, но уверенным. - А ещё – более реально, чем вы можете себе представить. – Флок изогнул бровь. – Да и Каупангу смена… управления пойдёт на пользу. «Ненадолго, но длительность мы и не обсуждаем, ага?» немного устало подумал сын Рига. - Этот разговор не должен покинуть пределы этого помещения. – Глаза кюны опасно блеснули. - Само собой, нам ни к чему любопытные уши. – Флок ответил таким же опасным блеском. - Что вы предлагаете? – Прямо спросила Фрида. - Избавить вас от мук совести, и открыть дорогу к правлению землями, принадлежащими вам по праву. – Деловито произнёс Флок, закидывая ногу на ногу. - Как? И зачем это вам? – Твёрдо спросила кюна. - О, «как» предоставьте мне. Чего не знаете, того не расскажете. – Он слегка склонил голову набок. – А что до «зачем», я человек, который интересуется разным, любит обзаводиться полезными знакомствами. Как знать, какую услугу могут оказать те, кому я помог? А когда это влиятельные люди – это особенно приятно. – Сын Рига пододвинулся чуть ближе. «Правда вам всё равно не понравится, милейшая, так к чему забивать себе голову подобным?» мысленно хмыкнул мужчина. - Мы с вами знаем, что вы, в отличие от своих родственников, понимаете, как управлять и не утонуть в море ненужной жестокости. Что одним кнутом мало чего можно достигнуть. Верно? – Флок произносил давно подготовленные слова, наблюдая как те достигают цели. Кюна молчала, но он видел, что её сомнения рушатся. - Если я соглашусь, то чего вы хотите в ответ? – Фрида внимательно изучала мужчину, пытаясь понять, кто скрывается за маской простого новобранца. - О, за Вашу возможность сесть на трон, взять власть в свои руки и должно управлять вверенными землями? – Флок хищно улыбнулся. – Сущий пустяк. Мужчина наклонился ещё ближе, произнеся одно слово. – Берсерков. *** После тренировки с Ульваром, Флок возвращался к баракам, солнце уже передавало права луне, небо было окрашено в оранжевые и фиолетовые цвета. У воина болели плечо и ребро. Сын конунга в этот раз справился куда лучше, даже предлагал вместе пойти на ужин. Но Флок отказался, ведь сейчас боец хотел побыть наедине, привести тело в порядок, потому искал тихий угол. Завернув за отдалённый дом, замер, услышав голоса. - … и вы мне ничего не возразите, правда? – Матиас нагло рассматривал лицо Оддманда. Форинг с силой сжал кулаки. - Это не твоего ума дело. – Форинг прижал Матиаса за шею, к стене дома. – Щенок, если вздумал меня шантажировать, это у тебя не получится. - Конечно не моего, но мудрейшему Орму будет интересно узнать, что за 100 монет к Берсеркам может попасть любой, и что ваш друг Сигвальд, уже давно наладил всё. Оддманд припечатал сына Ролло с новой силой, шрамы на спине новобранца ещё не до конца зажили и тот зашипел от боли. - Ты будешь держать свой рот на замке…  Дальнейшие слова форинга и Оддманда, сын Рига не слушал. «Предков ради, форинг, ну почему не могли нормально всё устроить? И такая бы мразь не просочилась». Флок в который раз пожалел, что не может просто убить гниду. От этого мелкого паразита больше вреда, чем чего-либо, но сейчас было не до него. Ему еще нужно было поговорить с Суртом, а потом явиться на торжественный вечер, по случаю прибытия конунга.  **** Когда свечерело, новобранцы переоделись, привели себя в порядок. За ними пришёл Ивар. - Пора познакомиться с конунгом поближе. «Да что с ним знакомиться, пьяница обыкновенный. А столько разговоров было…» Флок лениво скользил взглядом по присутствующим, не находя ничего интересного. «М-да, не пиры Йотунхейма… Как уныло» Уже по привычке взгляд сам нашёл Цвию. «Ну серьёзно, эта маскировка забавляет. Ещё пышнее косу не могла сделать? Для меня всё ещё загадка, как никто не видит, ладно, почти никто не видит, что это фрекен… Вот когда я прикинулся служанкой, чтобы попасть в покои Тора, вот это было задание, а тут…Люди, что с них взять» Девушка стояла к нему спиной, когда скальд начал новую песню. «О, моя любимая. Сам создал, самому нравится. Талант, не иначе», мужчина тихо рассмеялся себе под нос. Он медленно подошёл к ней, в глазах полыхнуло изумрудное пламя. «В залах Асгарда, где свет вечный сияет… Ждёт богов печаль, Хёд судьбу их решает!» Стал вплотную, хоть это было не обязательно, но ему так нравилось разглядывать сблизка её кожу, ощущать аромат, что он не захотел себя останавливать. Склонился к уху и тихо прошептал.  - Моя любимая песня.  - Знал, что его горячее дыхание опалило кожу, знал и очень хотел продолжить стоять вот так, позади неё, наблюдая как по коже волнами проходит мелкая дрожь, как от его дыхания шевелятся волоски. - Ну, послушаем вместе? – Ответила Цвия и мужчина хищно улыбнулся, подавив желание коснуться зубами уха. Но не устоял и стал ближе, касаясь плечом её плеча. «О, да, послушаем. Как знать, может тогда она станет реальностью» хмыкнул йотун. «Бальдр, прекрасный любимец богов, пронзённый омелой, падёт средь лугов. А Локи, столь хитрый, коварный обманщик, в сердце убит будет чёрным воином! Хэй! Хэй! Хэй! Из пепла богов, из мук и борьбы взойдёт новый мир на обломках мольбы». Она слушала песню. А он неотрывно взирал на неё. Чувствуя кожей, как мурашки сползают вниз по девичьей шее, позвоночнику, бегут по рукам. На короткий миг захотелось быть теми самыми мурашками, пронестись по телу, заставив вздрогнуть. - Понравилось? - Тихо спросил он, опаляя кожу горячим дыханием, шевельнув волоски. Намеренно спросил своим голосом. «Интересно, узнаешь? Узнаешь того, кто тебе помогает, хоть и не должен?», пронеслось в мыслях. Девушка мотнула головой. - Обычная песня... – Её голос был напряжен. «Ну конечно, конечно обычная. Самая обычная», ехидно подумал Флок. Цвия отошла, а он ещё пару мгновений наблюдал за нею. *** Флок вновь окинул зал равнодушным взглядом. Лундвар сидел подле отца, насмешливо наблюдая за Ульваром и Фридой. Спеша уйти от внимания брата, кюн-флинна подошла к юной воительнице. «Милейшая, расскажете Дьяру о нашем диалоге? Вот это было бы любопытно», саркастично подумал воин. Но увы, ничего примечательного за вечер так и не произошло. «Но, мои хорошие, я уже чувствую приближение хтони, так что нам бы уже это заканчивать…», немного устало думал Флок. Под самое завершение вечера Сиггейр решил осмотреть воинов. Ярл тронул крепкую руку Ульфа, словно оценивая кусок баранины на прилавке. Хмыкнув, пошёл дальше. «Фу, тучнейший, ну право дело, так ли обращаются с теми, кто вас защищает, да и знает, как с оружием обращаться?» недовольно подумал Флок, и тут же попытался отогнать эту мысль. «Да не всё ли мне равно, что ярл говорит и думает про этих бойцов? Почему меня это задевает? Они мне… никто. Должны быть для меня безликими воинами. Должны». Поравнялся с Флоком, тот незаметно щёлкнул пальцами. «Иди мимо, раздражаешь». Сиггейр миновал Флока и Ульвара, встал около Альрика. - Что, от жалости решили взять на службу? Он облажался на испытании. Хиляк, каких поискать. Да и труслив, похоже. Вышвырнуть его. – Гаркнул ярл, махнул рукой в сторону воина, словно отметая его. - Но ведь я… - Начал было сын Ниала, но его перебил наставник. - А это уже решать не вам, ярл Сиггейр. – Громко ответил Оддманд. «И вот вроде ярл прав, Альрик во многих упражнениях плох, но он же товарищ. Нам можно над ним смеяться, а другим – нельзя. Верно?», сын Рига вздохнул. «И откуда взялось это «мы», так-то это «они», я не их часть, никогда не был и не хочу, так ведь?» покрутил шеей, отгоняя дурные мысли. «Да и эту ночь то вон не все переживут…» хмуро продолжил размышлять, взгляд против воли скользнул по Ульвару и Цвии. - Ты всегда был рад пожалеть любого доходягу. Удивлён, что конунг до сих позволяет тебе управлять Берсерками. Ты, Оддманд, уже показал себя с плохой стороны. Кем стали Берсерки при твоём правлении? Убийцами? Насильниками? Где же хвалёная сила? Почему хтонь разгуливает по Мидгарду? «Ой сколько вопросов, а где же хваленое управление, где же все те гроши, что вам люди из деревень отдают? Оседают в бокал вина, новых домах и доступных женщинах? Как уныло», саркастичная мысль пронеслась в голове. Оддманд не ответил. - Или надеялся, что никто не узнает о происшествии с сестрой Ивара? – Язвительно прошипел ярл. - То, что произошло с Ильвой… - Ровно начал форинг, но его оборвали на полуслове. - Твоя и только твоя вина.  Поэтому вышвырнуть всех, кто не заслуживает быть Берсерком, взашей! И тебя, в первую очередь. – Сиггейр едва не плевался. «Нууууу, тут бы я поспорил, не только и не столько Одмманда, как нашего другого наставника, которого, я, кстати, не вижу, он скорее всего патрулирует, ага? Вот не прослеживаете вы, люди, как одно событие или решение тянет за собой последствия», отчего эта мысль царапнула что-то в памяти, но воин откинул эти размышления. - Мой друг, не разводи под собой огонь. Ярл хочет как лучше. – Голос конунга был тихим, и уже чуть пьяным. Сиггейр остановился напротив Цвии. Разглядывая её лицо, тело, глаза, словно пытаясь понять, что она из себя представляет. «Вот этого лучше не трогать…», Флок сжал ладони в кулаки, наблюдая как ярл грубо схватил девушку за подбородок, заставив смотреть на себя. «Тучнейший, за такое и рук лишиться можно», яростно думал Флок. «Это я сейчас серьёзное думаю что-то с ним сделать из-за того, что он трогает бойца?», попытался он задавить мысль. «Не бойца, а её», всё-таки пробилось сквозь всё нежелание. - Войди в состояние Берсерка. Сейчас. – Скомандовал мужчина. - Чего? – Ответила Цвия, пытаясь сделать шаг назад, с удивлением таращась на ярла. - Вы пересекаете черту, ярл. – Вмешался форинг. - Хочешь задержаться здесь? Покажи мне, на что способен, юнец. Ты, признать, меня совсем не впечатлил. – Рявкнул Сиггейр. «Ой, а то вы тут всех впечатлили. И вот с нею, я бы не сильно заигрывал, сейчас как явит своего монстра, так вы же все разбежитесь», ехидно подумал сын Рига Девушка не ответила, делать тоже ничего не стала. - Чего ждешь? Особого приказа? – Вновь гаркнул ярл. - Я подчиняюсь форингу. При всём уважении, ярл Сиггейр, но я войду в состояние Берсерка, если мне прикажет форинг. – Ровно ответила Цвия. - Посмотрите, как любит показывать зубы. Напоминает Айварса, правда? Не поэтому ли он здесь? – Послышался сальный голос Лундвара. - Закрой рот. – Тут же ответил Ульвар. «Гарм его дери, Ульвар, я его прикончу хотя бы ради того, чтобы он тебя так не выводил. Не брат, а какая-то… мразь», зеленоглазый воин провёл ладонью по лицу. - А где же ещё один ваш ученик, форинг? Или, выгораживая Дьяра, вы позабыли о нём и понизили до конюха? – Внезапно сменил тему ярл. - Матиас останется на службе. С повышенным жалованьем. – Сквозь зубы процедил Оддманд. - Славно, а теперь пусть войдёт. – Гадко ухмыльнулся Сиггейр. Двери зала распахнулись. На пороге стоял бледный Матиас, ухмыляющийся через силу. Он сделал шаг, ещё один. «Надо было его прибить. Моя доброта меня погубит. Или кого-то другого», подумал сын Рига, чувствуя, как сердце начинает биться сильнее. Словно предчувствуя беду, Оддманд тяжело поднялся из-за стола. - Матиас. Немедленно возвращайся в барак. – Скомандовал форинг. Глотнув вина, конунг подал голос. - Что за безобразие здесь у тебя творится, Одмманд? – Язык Орма начинал слегла заплетаться. - Мой конунг, поверьте, вас не разочарует услышанное. Говори, Матиас. – Мерзко ухмыльнувшись, произнёс ярл. - Дьяр – вор и лжец. Из-за него я принял жестокое наказание, ведь форинг хотел сделать всё, чтобы обелить его честь. А меня лишь использовали, словно живой щит. А знали ли вы, форинг, зачем Дьяру нужны деньги? – Слова сына Ролло лились словно яд, отравляя почву вокруг, гул в зале становился всё тише. - Матиас!  - Вскрикнула Цвия, в глазах плясал страх. Флок видел, как она боится обернуться, посмотреть на товарищей позади. - Его семья должна дикую виру. Он из семьи убийцы! – Взвизгнул Матиас. «Ну, тогда ты из семьи обманщиков и лжецов, не уважаемый» Оддманд прожигал бойца взглядом, казалось ещё миг, и он сам пригвоздит новобранца к стене, врезав топором меж глаз. Матиас чувствовал свой триумф. Бесконечные дни боли стоили этого мига. Стоили этой мести. «Жаль, что ты не помнишь, как ты кричал от боли, мне вот, те вопли нравились куда больше, чем то, что сейчас вываливается из твоего рта» ядовито думал Флок. Его мысли прервались ощущением холода, который пробежал по спине. «Хтонь уже почти здесь, как же это всё не вовремя, сука…» - Но позвольте, конунг, задать вам вопрос. Как вы относитесь к женщинам в рядах ваших воинов? «Ах ты дрянь вшивая, сука, да почему я его не прирезал…», сын Рига помимо воли сжал кулаки. Конунг расхохотался. - Бабам место в моей постели, а не в армии!  - Голос мужчины был низким, он икнул, и Флок едва не скривился от этого. «Фу, святые йотуны, да за что…», губы Берсерка скривились в оскале. - Тогда позвольте представить ещё одну желающую места в вашей постели, господин.  - Матиас со злой ухмылкой посмотрел на Цвия. Флок ощутил, как паника и злость наполнили девушку. «Хм, может Рагна выйдет погулять?», мелькнуло в голове зеленоглазого воина. - Расскажешь всё сама или предоставишь мне? – Не унимался сын Ролло. Флок увидел, как на Цвию обращаются многочисленные взгляды. Изумлённые, злобные, сочувствующие. - Ну, что же ты молчишь, Дьяр? Ох, извини меня, Моди ради! Это ведь не твоё имя. Правда, Цвия? – Саркастично произнёс Матиас. «Рагна, а, Рагна, может пора выйти?», хмуро подумал Флок, глубоко вдыхая и готовясь к неизбежному.