Глава 1.

— Глаза свои раскрой, криворукая! – закричала на весь ресторан хозяйка «Золотой устрицы». — Но Анна Сергеевна… – начала оправдываться я. — Ничего не хочу слышать, – раздражённо сказала начальница и бросила взгляд на мой бейдж, – Катя. Как на такую простую работу халдея, могли взять такую безмозглую девку. Я почувствовала всё пренебрежение и брезгливость в её голосе и сжала кулаки. «Халдей. Унизительнее для официанта прозвища и не придумать», – подумала я и, подняв взгляд, встретилась с глазами коллег, прекрасно услышавших и понявших всё, а также с претенциозными взорами других богачей. Однако среди всего суждения, смешанного с интересом к ситуации, сидел один парень в дальнем углу ресторана и как-то… странно, что ли, осматривал всю меня. Мы на мгновение встретились взглядами, и, уловив его голубые глаза с янтарными вкрапинками, я смущённо опустила свои зелёные. Но стеснение тут же сменилось злобой, как только я заметила среди толпы виновницу своего унижения. — Это даже не моя вина! – возразила я, зло посмотрев на Олю, другую официантку, подло подставившую мне подножку, вертевшуюся теперь с полотенцем вокруг неё. — Это не важно, – отмахнулась она не желая ничего слушать. – Ты уволена! – гаркнула женщина в дорогом платье и, бросив на стол салфетку, которой пыталась оттереть платье от вина, сердито вышла из-за стола. Я закипела и, резко повернувшись к ней, остановила. — А знаете что, Анна Сергеевна, – хитро посмотрела на неё я, на что она с любопытством подняла взгляд. — Ну чего тебе? – надменно спросила леди-босс, посмотрев на меня свысока. — Может, Вам подлить ещё вина? – уточнила я и, схватив со стола бокал с вином, брызнула им ей прямо в лицо. — Ты… – начала она, заливаясь краской от злости. «Или её лицо показалось мне красным из-за вина?» – улыбнулась я собственным мыслям. — Уволена? – уверенно посмотрела я на неё, не желая терпеть и минуты её высокомерия. – Да пожалуйста, счастливо оставаться. Сняв фартук, я бросила его на пол и ушла, подняв подбородок.

***

Смена уже закончилась и, забрав свои деньги, я переоделась, кинула вещи в сумку и вышла из ресторана. На улице стояли уже бывшие коллеги и смотрели на меня. — Ну ты даёшь, Лебедева, – подошёл ко мне бармен. — Ага, я думала Злыдня Сергеевна лопнет от злости, – засмеялась хостес. Только Оля глядела на нас, как на врагов народа, но тоже подошла. — Ну и дура, потеряла работу, – язвительно произнесла она. — Зато сохранила гордость, – заявила я. – В отличие от некоторых, которые готовы стелиться, бегая на задних лапках и подставлять других ради одобрения какой-то заносчивой язвы. — Потеряв работу, всегда можно найти новую, Оля, а позволив унижать себя за ничтожные гроши, честь не вернешь. – добавила администраторша, на что девица лишь фыркнула и закатила глаза. Все разошлись, а я вдруг вспомнила, что в порыве злости забыла о чаевых, оставленных в фартуке. Деньги лишними не бывают, и я решила вернуться, ведь фартук вряд ли успели постирать. Зайдя в ресторан, я прошла в прачечную, забрала деньги и, выйдя в холл, услышала странные звуки на втором этаже. Интерес победил и я поднялась посмотреть, что же там. И то, что я увидела, ввело меня в ступор и шокировало: Анна Сергеевна, вся красная от слёз и привязанная к колонне, кричала на некто в маске. Я пригляделась и узнала в нём того, кого одновременно ненавидит, обожает и боится весь Питер. Чумного Доктора.