Акт 1. Рождение Монстра. Глава 4. Прощайте Оравки!

– И в связи с условиями Ары, Ора передаёт спорную территорию и выплачивает компенсацию в размере 10 млрд Ярских крон, а также отказывается от права наследования Яры. Дальше по новостям… – голос диктора прозвучал как выстрел, выстрел в самое сердце. В голове крутилось не гнев и не ярость, а нечто другое, как будто от тебя оторвали самую важную деталь, деталь, контролирующую ненависть. Все эти мысли владели не только Микаей, но и всем молодым поколением Оры. Долгие ночи проходили незаметно, а ситуация в Ораграде, столице Оры, становилась всё серьёзнее. На улицы выходили молодые патриоты, которые всем сердцем ненавидели Ару. – Нужно их растоптать! – кричали они. К тому времени, как все митинги утихли, Микая сидела дома, думая только об одном: – Исправить ошибки, ведь кто, если не я? – говорила умная леди каждый день. Наступило утро 2 Февраля. Микая сидела за своим столом, где была разложена схема президентской резиденции, вырванная из школьного учебника по гражданской обороне. Красным карандашом был обведён маршрут от парадного зала до кабинета. Фиолетовым — запасной выход. «Шаг первый: улыбнуться. Шаг второй: поговорить. Шаг третий: выстрелить в упор, чтобы не промахнуться». – Ну, вроде всё готово! – повторяла она. – Так, надо разложить все вещи! Микая с нетерпением достала свой маисер, пистолет, используемый Яровскими солдатами времён распада. Пыль с пистолета падала на старый диван. Микая открыла его и достала оттуда свой дневник, и с первой попытки открыла вчерашние записи: «…Она верит в слова. Я верю в свинец. Пусть её "мирный путь" закончится там, где начинается мой — у её кабинета. История не простит слабости. А я – тем более». – Ха-ха-ха-ха, – тихо засмеялась она. – Я так права и самоуверенна, у меня точно получится. Я создам свою Империю, без конституции, без демократии, только ненависть, правильная ненависть. Микая начала собираться, одела «Тихий шёпот» – стандартную экипировку Яровской тайной полиции. Положила в пальто ваучер, надела свою чёрную фуражку. – Ave, – говорила она, готовясь «проведать» мать… Шёл дождь. Микая, сидя в такси, заново проговаривала про себя речь, которую будет говорить после покушения. Наступал обед, машина уже подъехала ко дворцу Республики. Белый, абсолютно новый, от него веяло свободой. На крыше развевался бело-чёрный двуколор. Микаю тошнило только от его вида. – Дворец, глупое здание, оно ничем не похоже на власть, будто там сидят животные, – говорила Микая. Из-за дождя белоснежный цвет здания превратился в серый, Яровский цвет. – Мы приехали, госпожа Мика, – говорил водитель. – Сколько я вам говорила, не называйте меня Мика. Я – Микая. Скоро все запомнят моё имя, и да, не приезжайте за мной, – сказала Микая с холодным взглядом диктатора. – Как пожелаете, ваше Высочество, – с ухмылкой говорил водитель. Наше «Высочество» вышло из машины и направилось к двери, ведущей во дворец. Она открыла дверь, и перед ней стояла Кайна… – О, Мика, дочурка, наконец-то ты приехала, я тебя так ждала, – с искренней улыбкой говорила Кайна. – Ага, спасибо, Кайна, – безэмоционально сказала Микая. – Вы же хотели мне показать свои владения? – Ну, не только это, я думала, мы вместе пообедаем, поговорим… – сказала Кайна. – Ближе к делу, – перебила Микая мать. Дамы начали подниматься по лестнице. – Ну, рассказывай, доченька, как живёшь? Мы с тобой не виделись со времён первых выборов. Что с тобой было? – Я… я… я была в отцовской квартире. Вы знали, что там висит флаг Яры? – Забудь, просто забудь… Про отца, про Яру… Сейчас новое время, время без войн, время мира! – Да-да, новое время… Хах! Может, пообедаем? А потом, Кайна… Вы покажете мне ваш кабинет? – Конечно, Мика! Только давай общаться на «ты», мы же не чужие люди? – сказала мать. – Хорошо, Кайя, пошлите… кхм… пошли обедать, – согласилась Микая. Стол для обеда находился в подвале, неизвестно почему. Когда Микая спустилась в подвал, у неё чуть не остановилось сердце. Картины, провозглашавшие величие Яры, горели в огне. – Э…э…это… Это просто невообразимо, как эта мразь смеет сжигать священные картины?! – говорила про себя Микая. – Кайя, а что это горит? – спросила она. – Да так, ненужные бумажки! – отвечала Кайна. В мыслях Микаи было только одно: «Ну ничего, я покажу, как сжигать ненужные бумаги». – Ну вот, наш обед, садись, дочь, – предложила Кайна. – Я постою, лучше расскажи, что будешь делать дальше? – ответила Микая. – О, как раз хотела тебе рассказать! Ну… Я думаю дальше продвигать идею об улучшении отношений с Арой и, возможно, создать союзное государство, например, Демократический Свободный Республиканский Союз Аоры, ну, это будет потом, ах, да, сними этот балахон! Мы же не в Яре! – сказала Кайна. – ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ ПОДОБНОЕ ГОВОРИТЬ? Они наши враги, они виновники, они предатели! – не выдержав, высказалась Микая. – Тише, тише, родная, я не знала, что тебя это так заденет, прости, пожалуйста! – извинилась Кайна. – Не надо извинений, я всё решила для себя… – с враждебной улыбкой сказала Микая. – Может, пойдём к вам в кабинет? – Да-да, пошли, конечно, Мика, – согласилась Кайна. Поднимаясь в кабинет, Микая думала: «Пора её остановить, пора, Яра, пора…» – Ну что, дочь, обсудим кое-что? Если кратко, я могу тебя устроить на хорошую работу… И уже за тебя подписала документ: если я умру, то ты станешь временным президентом до всеобщих выборов. Только надо убрать твои «имперские» мысли, сейчас новое время, пора измениться, дочь! – сказала Кайна. Вдруг раздался щелчок, это был маисер. – Д…д…дочь??? – с недоумением сказала Кайна. Она замолкла, увидев пистолет. Не страх первым пришёл в её глаза, а горькое, бездонное понимание. Такое же, как в тот день, когда принесли весть об отце. – Мика… доченька… – её голос сорвался на шёпот. – Я же хотела просто поговорить, я хотела как лучше… – Хах, спасибо, Кайна! – с улыбкой сказала Микая. – Прощай, AVE YARA! – И тут прозвенел выстрел… После выстрела осталась лишь только тишина. Тишина, которая стала густой и тяжёлой. Запах пороха смешался с ароматом её духов. Микая опустила руку. Майсер казался невероятно тяжёлым. «Ave Yara», – повторила она уже в полной тишине, обращаясь не к телу, а к портрету Яровского императора, чей суровый взгляд, казалось, одобрял её с галереи предков. Микая, зная все входы и выходы, вышла абсолютно незамеченной. На улице она увидела моментально приехавшую полицию. А также увидела флаг Оры, у которого из-за ветра поменялись местами цвета. Прошёл день. Микая, как временный правитель, поменяла флаг, а также готовилась завтра выступить перед людьми. – Мама, мама! – кричал ребёнок. – Что такое, солнышко? – спрашивала одинокая вдова. – Ты видела новости?! – кричал ребёнок. – Видела… Завтра пойдём смотреть на эту «Микаю», – с отчаянием говорила мать, понимая, кто на самом деле убил президента. – А школа? – повторно спрашивал ребёнок. – Завтра у всех выходной… Это был первый приказ Микаи, – отвечала на вопрос сына мать. – Ого, а мне нравится! Похожие диалоги были по всей стране. Люди задавались только одним вопросом: «Что будет дальше?» Наступило завтра. Микая вышла на сцену, перед ней собралась вся столица с новыми флагами. – Здраво, Ора! – начала Микая. – Мне очень жаль, моя мать погибла, не успев исполнить свои обещания! Мы уже нашли убийцу, это был Аравский агент, Кивлиро Пранцип! Этот щегол и преступник наказан! Но… угроза переворота аравскими силами всё ещё нам грозит, по данным министерства внутренних дел, около 2000 аравского отродья находится только в столице! Вот к чему привела демократия! Вот к чему привела республика! И ВОТ к чему привела конституция!… Я обезображена, но наша решимость, решимость настоящих наследников Яры, как никогда сильна! В целях обеспечения безопасности и большей стабильности нашего государства: Республика Ора будет реорганизована мной в Первую Оравскую ИМПЕРИЮ!!!! Во имя сохранности памяти великой Яры!!!! И первым шагом я, Микая Мранна, её Высочество – отрицаю результаты первого саммита МСНГ и результаты Йорского Мирного Соглашения! А также… – Микая достала книгу, на которой было написано только три слова: «Конституция Республики Оры». Но вместе с книгой она достала зажигалку. – Вот в этой бумажке хранится то, что мешает нам возродить наше Величие! И сегодня я исправлю нашу ошибку! – Микая поднесла зажигалку к книге и зажгла её… Её руки горели, но она отчаянно держала эту бумажку до тех пор, пока её руки не опустели… Толпа ликовала, дух патриотизма прошёл по всей новой Империи. Те, кто были яростными демократами, быстро переобулись в ярых национал-реваншистов. – Видишь, сыночек, вот так умирает свобода… – сказала вдова, но сын, не слушая мать, кричал: «Слава её Высочеству!»