Глава 71

- ​Ладно, ​Иссэй, ​давай ​сделаем ​перерыв. ​ ​- ​Ок... ​э-э, ​сэнсэй. ​ ​Наруто, ​вернее, ​его ​клон, ​сел ​рядом ​с ​Иссэем ​на ​поляне, ​которую ​они ​использовали ​для ​тренировок. ​Поляна ​определенно ​знавала ​лучшие ​дни. ​Покрытая ​кратерами, ​она ​выглядела ​так, ​словно ​на ​нее ​обрушился ​метеоритный ​дождь. ​ ​Иссэй ​выглядел ​не ​намного ​лучше. ​Его ​лицо, ​грудь ​и ​спина ​были ​покрыты ​синяками, ​что ​делало ​его ​похожим ​на ​человека ​после ​нескольких ​раундов ​с ​МАУ, ​но ​это ​было ​не ​так ​плохо, ​как ​раньше. ​То, ​что ​он ​все ​еще ​был ​в ​сознании, ​свидетельствовало ​о ​заметном ​улучшении. ​ ​Иссэй ​съел ​несколько ​бутербродов, ​приготовленных ​для ​него ​Асией. ​Они ​были ​действительно ​вкусные. ​Асия ​была ​такой ​необыкновенной ​поварихой, ​и ​она ​приготовила ​их ​для ​него! ​Подумать ​только, ​у ​него ​есть ​такая ​милая ​и ​симпатичная ​девушка, ​как ​Асия, ​готовящая ​ему ​еду. ​Это ​была ​мечта, ​ставшая ​явью! ​ ​- ​Ты ​плачешь, ​Иссэй? ​- ​удивленно ​спросил ​Наруто, ​- ​честно ​говоря, ​это ​всего ​лишь ​бутерброд. ​ ​-Ничего ​не ​могу ​поделать! ​- ​Воскликнул ​Иссэй, ​и ​слезы ​потекли ​по ​его ​лицу, ​когда ​он ​ел ​бутерброд, ​- ​я ​просто ​счастлив, ​что ​в ​моей ​жизни ​есть ​кто-то ​вроде ​Асии! ​Ах, ​она ​моя ​панацея! ​ ​Наруто ​усмехнулся. ​ ​- ​Кстати, ​об ​отношениях, ​как ​у ​тебя ​с ​Асией ​и ​Акэно? ​ ​При ​упоминании ​об ​Акэно ​Иссэя ​затрясло. ​Его ​лицо ​побледнело, ​а ​руки ​стали ​потными. ​Ему ​нравилась ​Акэно, ​правда ​нравилась, ​но ​иногда ​- ​все ​время ​- ​эта ​женщина ​просто ​пугала ​его ​до ​чертиков. ​ ​Наруто ​вспотел, ​когда ​Иссэй ​свернулся ​в ​позе ​эмбриона ​и ​начал ​бормотать ​что-то ​о ​цепях ​и ​плетях. ​ ​- ​Ладно... ​забудь, ​что ​я ​спрашивал. ​ ​Наконец ​Иссэй ​доел ​свой ​бутерброд. ​ ​- ​Еще ​один ​круг, ​сэнсэй? ​- ​Спросил ​Иссей. ​Было ​все ​еще ​немного ​странно ​называть ​кого-то ​своего ​возраста ​сенсеем, ​но ​он ​уже ​привык ​к ​этому, ​- ​или ​мы ​будем ​работать ​над ​повышением? ​ ​- ​Ни ​то, ​ни ​другое, ​- ​сказал ​клон ​Наруто, ​- ​сядь ​обратно, ​Иссэй. ​Мне ​нужно ​поговорить ​о ​чем-то ​важном. ​ ​- ​Ладно, ​- ​Иссэй ​снова ​сел, ​- ​о ​чем ​ты ​хочешь ​поговорить? ​ ​- ​Для ​начала ​я ​хочу ​сказать ​тебе, ​что ​за ​последние ​несколько ​недель ​ты ​заметно ​улучшился. ​Хотя ​я ​бы ​еще ​не ​назвал ​тебя ​закоренелым ​задирой, ​ты ​определенно ​на ​правильном ​пути ​к ​закоренелому ​задире ​. ​ ​Иссэй ​почувствовал, ​как ​его ​переполняет ​гордость. ​В ​такие ​моменты ​он ​забывал, ​что ​Наруто ​может ​быть ​настоящим ​ублюдком, ​когда ​у ​него ​такое ​настроение. ​ ​- ​Однако ​я ​также ​хотел ​затронуть ​проблему, ​с ​которой ​ты ​столкнешься. ​ ​Ну, ​это ​звучало ​совсем ​не ​хорошо. ​ ​-Что ​за ​проблема? ​- ​спросил ​Иссэй. ​ ​- ​До ​сих ​пор ​вся ​твоя ​сила ​проистекала ​из ​твоей ​похоти, ​- ​начал ​Наруто, ​- ​чем ​сильнее ​твоя ​похоть, ​тем ​больше ​силы ​получает ​твое ​снаряжение, ​тем ​сильнее ​ты ​становишься. ​И ​это ​прекрасно. ​Это ​хорошо ​работает, ​и ​это ​дает ​тебе ​замечательный ​толчок ​в ​силе. ​Но ​это ​лишь ​временный ​толчок. ​ ​- ​Что ​ты ​имеешь ​в ​виду? ​ ​Наруто ​вздохнул ​и ​почесал ​затылок. ​ ​- ​Если ​я ​чему-то ​и ​научился, ​так ​это ​тому, ​что ​силы, ​порожденные ​такими ​эмоциями, ​как ​гнев, ​жадность, ​зависть ​и ​похоть, ​не ​вечны. ​Они ​дают ​кратковременное ​повышение ​силы, ​но ​никогда ​не ​длятся ​долго. ​Было ​бы ​прекрасно, ​если ​бы ​ты ​был ​достаточно ​силен, ​чтобы ​уничтожить ​врага ​одним ​выстрелом, ​но ​есть ​много ​сильных ​врагов, ​которых ​ты ​не ​сможешь ​уничтожить ​одним ​ударом. ​ ​Иссэй ​забеспокоился. ​ ​- ​Так ​ты ​хочешь ​сказать, ​что ​моей ​похоти ​недостаточно? ​- ​Это ​было ​нехорошо. ​Что ​бы ​он ​сделал, ​если ​бы ​его ​похоть ​была ​недостаточно ​хороша? ​Это ​все, ​что ​у ​него ​было! ​ ​- ​Сейчас ​твоя ​цель ​- ​стать ​королем ​гарема. ​Это ​твоя ​текущая ​мечта, ​однако, ​что ​произойдет ​после ​того, ​как ​ты ​достигнешь ​этой ​цели? ​Достигнув ​своей ​цели, ​у ​тебя ​не ​останется ​ничего, ​никакой ​великой ​цели, ​которая ​помогла ​бы ​тебе ​набраться ​сил, ​никакой ​движущей ​силы, ​которая ​толкала ​бы ​тебя ​вперед. ​Твой ​прогресс ​будет ​стагнировать, ​и ​ты ​в ​конце ​концов ​станешь ​слабее. ​Вот ​почему ​тебе ​нужно ​подумать ​о ​том, ​чтобы ​найти ​другую ​эмоцию, ​помимо ​просто ​похоти, ​на ​которую ​можно ​положиться, ​что-то, ​что ​выдержит ​независимо ​от ​трудностей, ​с ​которыми ​ты ​можешь ​столкнуться. ​ ​- ​Н-но ​у ​меня ​нет ​ничего ​подобного! ​- ​Воскликнул ​Иссэй, ​- ​все, ​что ​у ​меня ​есть, ​- ​это ​мое ​извращение! ​Оппаи ​- ​это ​моя ​жизнь! ​ ​- ​У ​тебя ​есть ​еще ​кое-что, ​- ​сказал ​Наруто ​плачущему ​извращенцу, ​который ​перестал ​плакать, ​услышав ​эти ​слова, ​- ​ты ​просто ​еще ​не ​осознал ​этого. ​ ​- ​Да? ​- ​Иссей ​моргнул, ​- ​что ​же ​это? ​ ​Наруто ​покачал ​головой. ​ ​- ​Этого ​я ​тебе ​сказать ​не ​могу. ​Если ​и ​есть ​что-то, ​чему ​я ​научился ​в ​жизни, ​так ​это ​то, ​что ​уроки, ​которые ​обучают ​нас ​больше ​всего, ​мы ​усваиваем ​сами. ​Это ​одна ​из ​тех ​вещей, ​которые ​тебе ​придется ​открыть ​для ​себя. ​ ​Иссэй ​надул ​губы. ​Он ​знал, ​что ​Наруто ​просто ​делает ​это, ​чтобы ​быть ​загадочным ​ублюдком. ​Глупый, ​белобрысый ​ублюдок-сенсей! ​ ​- ​Не ​мог ​бы ​ты ​хотя ​бы ​намекнуть? ​ ​- ​Хм ​... ​- ​Наруто ​задумался, ​- ​думаю, ​я ​могу ​дать ​тебе ​подсказку, ​- ​он ​загадочно ​улыбнулся ​Иссэю, ​- ​это ​нечто ​особенное ​для ​всех ​нас. ​У ​каждого ​человека ​есть ​что-то ​ценное, ​за ​защиту ​чего ​он ​готов ​отдать ​свою ​жизнь, ​и ​именно ​это ​ценное ​дает ​нам ​силу ​преодолеть ​наши ​границы ​и ​стать ​по-настоящему ​сильными. ​ ​Иссэй ​задумался ​над ​тем, ​что ​сказал ​Наруто, ​но ​от ​этих ​мыслей ​у ​него ​разболелась ​голова, ​и ​ему ​пришлось ​остановиться. ​Он ​ничего ​не ​понял. ​ ​- ​Что ​у ​тебя ​драгоценное ​и ​дорогое, ​сэнсэй? ​ ​Наруто ​улыбнулся. ​ ​- ​Разве ​это ​не ​очевидно? ​Мои ​драгоценные ​вещи ​- ​это ​люди, ​которыми ​я ​себя ​окружил; ​мои ​самые ​дорогие ​друзья ​в ​клубе ​оккультных ​исследований. ​ ​~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ ​ ​Пока ​клон ​Наруто ​и ​Иссэй ​спарринговали ​и ​беседовали ​на ​некотором ​расстоянии, ​настоящий ​Наруто ​стоял ​рядом ​с ​Конэко. ​Они ​снова ​были ​на ​поляне. ​Свет ​падал ​на ​маленький ​пруд, ​и ​несколько ​рыбок ​плавали ​вокруг. ​Это ​место ​представляло ​собой ​спокойную ​и ​мирную ​атмосферу, ​которая ​была ​необходима ​для ​того, ​что ​они ​пытались ​сделать. ​ ​Пытались ​было ​ключевым ​словом. ​ ​Конэко ​упала ​на ​колени, ​ее ​тело ​неудержимо ​тряслось. ​Слезы ​потекли ​из ​ее ​глаз, ​когда ​она ​обхватила ​себя ​руками. ​ ​- ​Конэко-тян! ​ ​Наруто ​бросился ​к ​ней ​и ​опустился ​на ​колени. ​Он ​не ​прикасался ​к ​ней, ​потому ​что ​не ​был ​уверен, ​что ​случилось. ​ ​Она ​посмотрела ​на ​Наруто, ​и ​он ​чуть ​не ​отшатнулся, ​как ​от ​удара. ​Ледяной ​кулак ​сжал ​его ​сердце, ​когда ​он ​увидел ​красные, ​опухшие ​глаза, ​уставившиеся ​на ​него. ​Он ​мог ​видеть ​страх ​и ​отвращение ​к ​себе, ​которые ​они ​содержали; ​страх ​перед ​силой, ​которой ​он ​пытался ​научить ​ее, ​и ​отвращение ​к ​себе, ​потому ​что ​она ​верила, ​что ​ее ​неспособность ​учиться ​- ​или, ​скорее, ​ее ​желание ​не ​изучать ​Сендзюцу ​- ​разочаровала ​его. ​ ​- ​Я ​не ​могу ​этого ​сделать, ​- ​пробормотала ​она, ​- ​прости, ​Наруто-сэмпай, ​но ​я ​... ​…я ​просто ​не ​могу ​этого ​сделать, ​- ​она ​посмотрела ​на ​землю, ​и ​дрожь ​усилилась. ​ ​Он ​не ​понимал, ​что ​происходит. ​Они ​так ​хорошо ​учились. ​Конэко ​дошла ​до ​того, ​что ​Наруто ​планировал ​научить ​ее ​Сендзюцу. ​Но ​в ​тот ​момент, ​когда ​они ​начали ​тренироваться, ​чтобы ​собрать ​чакру ​сендзюцу, ​Конэко ​просто ​остановилась. ​Никаких ​объяснимых ​причин. ​Она ​остановилась ​и ​теперь ​лежала ​вот ​так, ​на ​земле, ​плакала ​и ​дрожала, ​как ​лист, ​попавший ​в ​ураган. ​ ​Наруто ​мог ​не ​знать, ​что ​происходит, ​но ​он ​знал, ​что ​что-то ​надо ​было ​сделать. ​Если ​Конэко ​и ​дальше ​будет ​так ​плакать, ​он ​никогда ​себе ​этого ​не ​простит. ​Девочек ​нельзя ​заставлять ​плакать, ​если ​только ​это ​не ​происходит ​в ​постели. ​ ​Он ​обнял ​ее ​гибкое, ​дрожащее ​тело. ​Он ​плюхнулся ​на ​землю ​и ​притянул ​девушку ​к ​себе ​на ​колени, ​не ​обращая ​внимания ​на ​слезы, ​которые ​начали ​пачкать ​его ​рубашку. ​Время ​перестало ​ощущаться, ​пока ​он ​сидел, ​прижимая ​девушку ​к ​себе, ​нежно ​лаская ​ее ​волосы, ​пока ​она ​плакала ​у ​него ​на ​груди. ​Слезы ​Конэко ​в ​конце ​концов ​прекратились, ​хотя ​тряска ​продолжалась ​еще ​несколько ​минут. ​ ​- ​Тебе ​лучше, ​Конэко-тян? ​- ​Спросил ​Наруто, ​одной ​рукой ​нежно ​поглаживая ​ее ​волосы. ​Конэко ​кивнула. ​ ​- ​Прости, ​Наруто-сэмпай. ​ ​- ​За ​что? ​ ​- ​Я ​... ​потерпела ​неудачу… ​я ​просто ​не ​могу… ​я ​не ​могу ​этого ​сделать. ​Изучая ​эту ​силу, ​Сендзюцу, ​я… ​ ​- ​Ш-ш-ш, ​- ​успокоил ​девушку ​Наруто, ​- ​довольно ​об ​этом. ​Здесь ​нечего ​стыдиться. ​Тебе ​нечего ​стыдиться. ​ ​Конэко ​ничего ​не ​ответила. ​ ​- ​Конэко-тян, ​- ​сказал ​Наруто ​в ​тишине, ​- ​не ​возражаешь, ​если ​я ​спрошу, ​почему ​ты ​так ​боишься ​этой ​силы? ​ ​Конэко ​молчала. ​Наруто ​подумал, ​что, ​возможно, ​сказал ​слишком ​много, ​когда ​молчание ​затянулось. ​Когда ​он ​уже ​собирался ​извиниться, ​она ​заговорила: ​ ​- ​Я ​знаю, ​что ​ты ​можешь ​использовать ​ее... ​и ​я ​видела, ​как ​ты ​мог ​использовать ​ее ​и ​не ​потерять ​себя ​в ​ней, ​но ​я ​просто… ​я ​боюсь. ​Эта ​сила ​такая ​темная, ​такая ​пугающая. ​Моя ​сестра ​использовала ​ее ​и ​потеряла ​себя; ​она ​была ​поглощена ​им, ​и ​я... ​я ​не ​хочу ​потерять ​себя ​так, ​как ​она. ​Я ​не ​хочу ​стать ​таким ​чудовищем, ​каким ​стала ​она. ​Более ​того, ​я ​не ​хочу ​использовать ​силу, ​которая ​может ​принести ​столько ​несчастий ​другим. ​ ​Наруто ​почувствовал, ​как ​его ​сердце ​дрогнуло. ​Ее ​голос ​звучал ​так ​жалко ​и ​хрупко, ​как ​будто ​даже ​самые ​простые ​вещи ​могли ​заставить ​ее ​разбиться. ​Он ​искренне ​сочувствовал ​этой ​девушке. ​Он ​хотел ​обнять ​ее ​и ​никогда ​не ​отпускать, ​обнять ​и ​защитить ​от ​мира, ​который ​причинял ​ей ​такую ​боль. ​ ​Он ​также ​хотел ​выбить ​дерьмо ​из ​ее ​сестры. ​ ​- ​Конэко, ​возможно, ​я ​не ​первый ​раз ​буду ​говорить ​это, ​но ​Сендзюцу… ​это ​часть ​тебя. ​Ты ​- ​Некошо, ​вид ​Ёкай, ​где ​Сендзюцу ​это ​естественно. ​Это ​такая ​же ​часть ​тебя, ​как ​твое ​собственное ​сердце. ​Это ​не ​то, ​что ​ты ​можешь ​просто ​подмести ​под ​ковер ​и ​забыть. ​Я ​знаю, ​что ​ты ​не ​хочешь, ​но ​это ​не ​то, ​чего ​ты ​можешь ​избежать. ​Когда-нибудь ​тебе ​придется ​столкнуться ​с ​этой ​частью ​себя. ​ ​- ​Лучше ​бы ​я ​не ​была ​Некошо, ​- ​с ​горечью ​пробормотала ​Конэко, ​- ​тогда ​мне ​никогда ​не ​пришлось ​бы ​иметь ​с ​этим ​дело. ​ ​- ​О, ​Конэко, ​- ​прошептал ​Наруто, ​прижимаясь ​щекой ​к ​ее ​макушке, ​- ​ты ​никогда ​не ​должна ​желать, ​чтобы ​ты ​была ​чем-то ​иным, ​чем ​ты ​уже ​есть. ​Если ​бы ​ты ​не ​была ​той ​Конэко, ​какой ​являешься ​сейчас, ​мы ​бы ​никогда ​не ​встретились, ​и ​я ​бы ​никогда ​не ​подружился ​с ​тобой. ​Я ​хочу, ​чтобы ​ты ​приняла ​себя ​так, ​как ​я ​принимаю ​тебя. ​Я ​не ​хочу, ​чтобы ​тебе ​пришлось ​прятаться ​от ​страха ​или ​стыда. ​Тебе ​нечего ​бояться ​или ​стыдиться. ​ ​Чья-то ​рука ​зарылась ​в ​ее ​волосы. ​Небольшое ​применение ​чакры ​развеяло ​гендзюцу, ​использовавшееся ​для ​сокрытия ​ее ​кошачьих ​ушей. ​Конэко ​напряглась, ​но ​вскоре ​растаяла, ​когда ​он ​начал ​нежно ​ласкать ​ее ​уши. ​ ​- ​Это ​часть ​Конэко, ​которую ​я ​люблю, ​которую ​любит ​Риас. ​Это ​часть, ​которую ​ты ​тоже ​должна ​любить. ​Я ​надеюсь, ​что ​однажды ​ты ​научишься ​любить ​в ​себе ​все ​так ​же ​сильно, ​как ​мы ​с ​Риас.