*

      Леденцы со вкусом ежевики, как наркотик, пленят её, а она слишком устала, чтобы бороться, падает на колени и заходится в истерике. Слёзы текут по щекам, Люси не пытается их остановить, лишь размазывает тушь по лицу.       В порыве гнева на саму себя медленно плетётся к столу и хватает ножницы. Золотые локоны летят на пол, вместе с холодными, как его сердце, слезами.       Люси истошно вопит, срывая голос. Хорошо, что хозяйки квартиры нет дома, а то скандала было бы не избежать.       Доползает до кровати и валится от усталости, тело болит, ей хочется забыться, а на губах всё ещё чувствуется вкус ежевичных леденцов. ***       Просыпаясь рано утром, Люси вспоминает свою ночную истерику и заходится тихим истеричным смехом. Её смех затихает в кашле. Вместе с кашлем она выплёвывает кровь.       — Уж лучше бы я умерла вчера. — Шепчет Хартфилия, вновь заходясь кашлем.       Поднимаясь с кровати, Люси плетётся в ванную. Принимая ледяной душ, она не обращает внимания на неровно состриженные волосы, что неаккуратно падают на плечи. Лишь выходя из душа, она замечает новую причёску и тихо смеётся, даже не собираясь как-то поправлять свой новый имидж.       Заходя в спальню, она подходит к гардеробу и достаёт оттуда свои любимые голубые шорты и белую майку. ***       Уже на подходе к гильдии, она кривит свои губы в до боли знакомой улыбке, а на языке всё ещё остаётся лёгкий привкус леденцов со вкусом ежевики — её наркотика.