Воспоминание четвертое.

      И я помню, как изменилась моя жизнь.       —Вот ублюдок. — пробурчала моя мама, когда на пороге нашего дома стоял полицейский.       —Что, простите? — спросил он, подозрительно смотря то на меня, то на маму. Я же ничего не понимала.       —Мы уехали за город не потому, что пытались «залечь на дно». А потому, что у моей дочери болезнь, которую мы не можем вылечить из-за отсутствия денег*. А мой муж бросил нас уже давно. — объяснила мама, но, кажется, он не услышал.       —То есть вы знаете, почему я пришел? — спросил он. Моя мама кивнула.       —Вы пришли с обвинениями в убийстве. — у меня внутри что-то перевернулось. Ну, как, перевернулось. У меня там произошло органотрясение, некоторое количество сальто в исполнении сердца, а после — полное онемение.       —Что? — спросила я и повернулась к маме, всматриваясь в её лицо, чтобы понять, лгала она или нет.       Но её глаза были чисты, не считая слёз.