Часть 1

В поезде Алеша, не то грустит, не то гордится собой. Беспартийный, обычный писарь, зато столько интересных вещей смог повидать, оказать услугу родной РСФСР. Если бы не смерть от тифа товарища Глазкова, то, может быть, и не было бы всей этой кадрили с огромными деньгами, которые в итоге все равно пошли на устранение голода в Поволжье. Не было бы благодарности и повторного отправления на Чукотку с добрыми пожеланиями нести советскую власть во все, даже самые мерзлые уголки страны. Вспоминается Тимофей Иванович, оставшийся в США, ничуть не жаль этого скользкого типа, что, кажется, не только родину, но и родную мать продаст за доллары. Но скучает Леша по коренным жителям, которые пускай и неповоротливы во многих моментах, зато друзья самые настоящие. Могут и обогреть и уберечь от беды, когда надо. Он так и видит перед собой лицо нареченного им же Вовки, как тот его в последний момент на лодку посадил и сказал плыть как можно дальше от белых, прознавших о благих его делах слишком невовремя. Усмехается Леша, когда думает о том, как ему Вовка невесту привел, дает себе он обещание, что второй раз так не смутится, если эту же даму перед ним поставят. Сразу скажет, что при советской власти так не принято. Раскачивается поезд, набирая все большую скорость, а Леша тяжело вздыхает о том, что так и не построил социализма на Чукотке. Нет там по-прежнему ни электричества, ни бань, только бесконечные снега. Особо жаль Леше планетария, что так и не увидит люд темный других галактик, не захочет приобщиться к звездам. «Ну и пусть», — удрученно хмыкает Леша. — «Я возьму все в свои руки еще раз. Не позволю обижать чукчей и наживаться на них. Товарищ Зюкин будет мной гордиться». Расписывает ему наивное, почти детское, воображение, как он вернется в Уйгунан, а там вновь начнет бороться с контрреволюционистически настроенной белой сволочью. Не один же он будет там в конце то концов. Однажды осуществится планетарий на Чукотке. Общими силами с товарищами добьется этого. Примет активное участие. Широко улыбается Леша от своих мыслей. «Эх, сколько же у меня еще дел», — тянет мечтательно, потягиваясь и обращая взгляд за окно, где вечер опускается на долы. Настроение хорошее, надежда на все самое лучшее есть, а это главное…