***

Представь на минуту, что ты не любишь бананы. Возможно, ты их любишь. Возможно, просто обожаешь, а не любишь что-то другое. Ведь у каждого человека есть что-то, что он не любит, терпеть не может. Но история моя, поэтому пусть будут бананы. Просто представь. Тебе повезло и ты родился. Родился в чудесной стране, такой большой и красивой. В замечательной семье. Полная чаша, горячий очаг, любовь и хорошие люди. Какой же ты удачливый человек! И все вокруг любят тебя и… бананы. Бананы сопровождают тебя всю жизнь. Детей с самых малых лет начинают кормить бананами. Первый прикорм – бананы. Бананы после завтрака, бананы после обеда. Один бананчик перед сном – обязательная программа. В ресторанах быстрого питания в детском наборе банановые палочки или банановые чипсы на выбор. Банановый торт на день рождения. Все в восторге. Кроме тебя. Ты бананы не любишь. Не нравятся они тебе. Невкусно. Даже слегка подташнивает. В самом раннем детстве ты ешь, потому что дают. Ты кушаешь, мамочка улыбается, значит ты всё делаешь правильно. Став по-старше, ты начинаешь отказываться. Ты капризничаешь, тебе не нравится. Мамочка огорчается. А ты ведь хороший ребёнок, ты так любишь мамочку и не хочешь её расстраивать. Ты снова ешь, без особого, конечно, удовольствия. Но мама довольна. В детском саду ты от бананов отказываешься. Другие дети смотрят на тебя косо, но молчат. Воспитатель долго тебя уговаривает, а вечером рассказывает маме. Мама очень тебя любит, она не хочет замечать некоторых вещей, а потому говорит, что это такой возраст, что ты ещё маленький, может, у тебя ещё рецепторы вкусовые не развились достаточно. Воспитатель это оправдание принимает. Теперь во время обедов она просто смотрит и качает головой. Странный, конечно, ребёнок. Но во всëм остальном выше всяких похвал. Вы рисуете желтенькие бананы, у тебя получается самый чистый цвет. Собираете аппликацию, у тебя самая ровная работа. Буквы ты запоминаешь на раз два, а цифры и того быстрее. И всегда помогаешь нянечке накрывать на стол, даже если не дежуришь. Очаровательный малыш. В школу ты приходишь первого сентября в окружении цветов и других детишек. Всё такое красивое, такое волнующее. Такого ещё не было. Новые люди, новые знания, новые места и новые друзья. Все ребята в твоём классе такие интересные! Только вон тот мальчик через парту слишком шумный, сразу видно – задира. Ну, ничего. Ты – хороший, он тебя не тронет. Может, даже подружитесь… С первых же уроков в школе ты понимаешь, в школе все любят бананы. И не только в школе, во всей стране. Рассадив вас по местам, поздравив с наступлением учебного года, рассказав о правилах в школе, учитель выдаёт длинную речь о том, как важны в вашей жизни бананы. Бананы вкусны, полезны и помогают нам в этом большом и серьёзном мире. Любите бананы. Так надо. В первый раз в школьной столовой ты так волнуешься, что даже не замечаешь, как проглатываешь банан. Потом, конечно, противно, но это не важно. Зато всё остальное идёт отлично. Учитель у вашего класса просто замечательная. Она сразу замечает такого умного и прилежного ребёнка. Она благоволит и помогает. На второй раз в школьной столовой ты откладываешь обязательный банан. Шумный задира, что сидит через парту, голосит на всю столовую, что ты не ешь банан. Вокруг раздаётся несколько смешков, кто-то за столом улыбается. Ты застываешь. Кровь отхлынула от лица. Почему все так реагируют? — Ну что ты такое говоришь?! — обращается учительница задире. — Он, наверное, просто отложил его, чтобы съесть позже. Правда? — она поворачивается к тебе с вопросом на лице и участием в глазах. — Д-да, — заикаясь, отвечаешь ты, хватаешь банан и быстро прячешь его в карман. — Я потом съем. Все по-тихоньку успокаиваются, никто уже не обращает на тебя внимание. И только задира, с подозрением прищурив глаза, продолжает смотреть на тебя. Что-то ещё есть в его глазах, что-то смутное, будто предвкушение или ожидание. Ты ещё не понимаешь, но уже его побаиваешься. С этого дня ты всегда забираешь банан из столовой, а потом прячешь в рюкзаке. Дома, лёжа перед сном в кровати, ты почему-то расплачешься, а мама долго будет тебя гладить по голове, рассказывая истории о детстве. Она говорит, что дети не всегда бывают хорошими. Нет, это не значит, что они плохие, конечно, нет. Но поступать хорошо и правильно бывает очень трудно, поэтому часто поступают «как все». Как все поступать легко, потому что думать не надо. А не думать вообще легче лёгкого. Мама уходит, а ты засыпаешь. Но перед сном ты твёрдо решаешь: чтобы в школе было легко, надо делать, как все. Мама ведь так сказала, а мама самая умная. И в школе стало легко. Ты поступаешь, как все, носишь с собой бананы и делаешь вид, что они тебе очень нравятся. Учителям ты говоришь то, что они от тебя ждут. Ты хорошо учишься. Ты – хороший ребёнок. А вот дома хорошим быть становится сложнее. В десять лет папа в первый раз порет тебя за то, что ты не стал есть банан. Он, конечно, не виноват. Он приходит домой уставший, что-то на работе не ладится. Мама задерживается на работе, а ты не готовишь еду. В холодильнике есть только бананы. Папа достаёт штук шесть и бросает пару тебе. Сказав, что не хочешь, и оставив их на столе, ты поворачиваешься. Звонкий подзатыльник прилетает тебе на выходе из кухни. Отец что-то кричит, но ты не слышишь из-за звона в ушах. Только смотришь в его раскрасневшееся искажённое от злости лицо и не понимаешь. Слова оправдания слетают с губ, но отец уже стягивает ремень и хлещет по твоим вытянутым в защите рукам, а потом и по спине. Больно и обидно. Что же ты сделаешь, если не любишь бананы? Отец, спустив пар и бросив: «Ненормальный ребёнок.» – уходит к себе в комнату. А ты так и стоишь, в слезах и непонимании. Обдумав всё, что произошло, ты приходишь к выводу: ты – ненормальный, неправильный человек. Вот такой уродился. Чтобы больше не огорчать больше родителей, ты отстраняешься. Теперь врать и притворяться приходится и дома. Ты уносишь бананы к себе в комнату, сообщая, что съешь их за уроками. Но не ешь. Отстойно. Постоянно волнуешься, что мама узнает и расстроится, что отец снова возьмётся за ремень в попытке выбить из тебя эту «дурь». Исправно давишься, но ешь бананы на семейных праздниках. Говоришь тетям и дядям, что австралийские бананы, конечно, хорошие, но индийские, несомненно, лучшие, кто ж спорит. И постоянно ждёшь, что кто-то скажет, что ты об этом ни хрена не знаешь. Тревога становится частью твоей жизни. А в четырнадцать ты понимаешь, что бананы тебе осточертели. И жизнь твоя такая осточертела. И говоришь родителям, что бананы ты не любишь и есть их больше не будешь. Мама начинает плакать, а отец говорит, что тогда тебе не место в их доме. И ты уходишь, хлопнув дверью. Промотавшись по городу пару часов ты идешь к друзьям, но ничего им не рассказываешь. Стыдно и страшно. Просто ругаешься с родителями. Ничего такого, ребят, всё нормально. Ещё через пару часов звонит мама и зовёт домой. Ты идешь домой. А как же? Тебе четырнадцать. Что ты можешь? Дома состоится серьёзный разговор. Мама с опухшими глазами и слегка бледная пытается объяснить тебе, что такое бывает. У тебя подростковый возраст, у тебя гормоны, ферменты и ещё какая-то чушь. Организм перестраивается, вкусы меняются. У многих такое бывает. А потом становятся нормальными, тоже начинают есть бананы. Ты не спеши, а главное, не говори пока никому. Отец несколько раз порывается встрять с эпическими фразами «Били тебя мало!» и «Найду место, где тебя вылечат от этой дури!». Мама снова начинает плакать. Ты любишь маму и не хочешь видеть её слëз. Ты всё ещё хочешь быть «хорошим ребёнком». Ты говоришь, что постараешься. И стараешься. Правда. А в шестнадцать ты отправляешься в спецучреждение для «таких». Отец случайно находит в твоей комнате мусорный пакет полный бананов, который ты не успеваешь выкинуть. Он весь вечер тычет маме в лицо этот пакет. А потом говорит: «Всё». Ты уходишь в комнату, ложишься на кровать и думаешь, думаешь. В твоей стране, которую ты так любишь, все любят бананы. Может, конечно, и не все, но говорить об этом нельзя. В стране ЛЮБЯТ бананы. В стране бананам посвящают культуру, искусство. Политика ориентирована на любящих бананы людей. В стране проводят год бананов, им посвящают концерты, праздники. И ты ничего против бананов не имеешь. Ты просто не любишь бананы. Тебя от них тошнит. Что ты можешь сделать? Уехать из страны, которую любишь, в ту, где не любить бананы не зазорно? Ну нет. Не пойдёт. И ты думаешь, думаешь. В специальном учреждении говорят, что нелюбовь к бананам лечится. Полюблю бананы, как пить дать. В специальном учреждении тебя закрывают в комнате, и начинается ад. Тебе несколько дней не дают еды. Никакой. А потом дают банан. Ты ешь. Разумеется. Потом повторяют. Потом ещё. Ты начинаешь ненавидеть бананы лютой ненавистью. Но ешь. И думаешь. Если существуют такие учреждения, значит есть ещё те, кто не любит бананы. И много. Они проходят через это тоже. А потом выходят отсюда и живут. Ты их не видишь, об этих людях не рассказывают по телевизору, но они живут. Значит, надо просто выйти отсюда и найти их. И ты ешь бананы и выходишь, пройдя «полный курс терапии». Из учреждения тебя встречают мать и отец. Они улыбаются. Они верят, что ты теперь «здоровый и нормальный человек». До университета ты живёшь в их доме и ешь бананы. Ты уже умеешь ненавидеть и есть бананы. И даже улыбаться при этом. Научили. А по ночам в интернете ты ищешь и находишь таких, как ты. Ты читаешь их истории и учишься принимать себя. Перед отъездом в университет ты рассказываешь друзьям о том, что бананы не любишь. Кто-то, окатив тебя напоследок нордическим презрением, навсегда исчезает из твоих контактов, кто-то принимает, а кто-то говорит, что всегда подозревал. Задира, со свойственным ему шумом, объявил, что у тебя всегда на лице было написано, что ты не любитель бананов. И ты понимаешь, за этих друзей надо держаться. В университете в первый же день в столовой ты откладываешь банан и говоришь, что бананы не любишь. В наступившей за столом тишине слышатся шепотки. Под косые взгляды студентов ты выходишь из помещения, понимая, что это тебя больше не задевает. Конечно, в дальнейшей жизни в каждой компании, куда ты попадаешь, обязательно находится человек, что уверяет тебя, что тебе просто никогда не доставался по-настоящему вкусный банан. Но ты знаешь, что учить людей не твоё дело. Кто-то периодически пытается всунуть тебе банан, сообщая, что это «твой» банан, он заставит тебя полюбить бананы. Но ты знаешь, что этот кто-то точно тебе не друг. Мать по-прежнему винит себя, думает, что, может, давала тебе в детстве слишком много бананов. Или слишком мало. А отец не ждёт тебя в гости. И просто живёт. И ты живёшь. И не любишь бананы.