Тринадцать

И вдруг ему снова тринадцать, на губах ещё не обсохло молоко, он решил добровольцем выступить на передовой против Великого Азиатского Альянса, где его Разрыв наконец-то будет полезен. Вот только, как узнаёт его желудок, «быть полезным» — это неизбежная встреча со внутренними органами человека, это бремя сотен — может быть, тысяч — смертей на своих ещё не окрепших плечах.