Трапеза

Прошли несколько дней после того злосчастного проишествия. Украина чувствовала себя уже намного лучше, хоть и последствия длительной голодовки. Абрикоса уже почти оцвела, оставляя белые хлопья на полу. От дождя они превратились в блеклую кашу. Рейх частенько приходил заниматься с ней немецким. Это было даже не с целью изучить язык, что-то больше. Иногда учителя языков, как психологи, свободно могут выведать любую информацию. И тут, по большей части, речь шла о чувствах, о семье, о мыслях. Украина, после таких сеансов, чувствовала себя лучше, хоть и понимала возможные последствия таких разговоров. Немец реже рассказывал о себе, лишь проницательно смотрел на нее своими голубыми глазами, будто поглощал любое слово, что скажет девушка. Что на счет Италии, тот, балбес только сидел и трындел о себе, жестикулируя. Ураина иногда боялась, что тот собьет ее своими "лопастями" со стула. За это время, они ничего толком и не выучили. Но зато живот болел после смеха на уроке еще долго. Румыния лишь иногда показывал свое присутсвие, будто с тени наблюдал за всем. После проишествия, они почти не общались. Девушка подняла свою худую ладонь, через нее проходили лучи солнца. Такая светлая кожа. Все видно сквозь нее. Она ее осмотрела — "живая". Интересное чувство это, быть живой. Что же отличает живое от неживого? Ведь человек, когда умирает, перестает быть живым, так? Тогда что делает его живым. Что это за частичка такая.. С филосовских мыслей ее вывел опять какой-то грохот. "Италия"— сразу мелькнуло у нее в голове. Уж по повадкам и шагам Украина быстро выучила, кто есть кто. Из-за повышенной тревожности девушке удалось это очень быстро. Громкие, хаотичные шаги удалились по коридору, растворяясь в тишине. Украина расслабилась, закрыв глаза – не к ней, можно еще поспать. Внезапно, опять раздался тот же грохот по коридору, только с большей интенсивностью. Дверь в комнату раскрылась, ударившись об стену. Перед Украиной постал, как и предпологалось, Италия. Весь взьерошенный, с каким-то лахмотьем в руках. От неожиданности, девушка села на кровать. — Буоньжорно, Украина! Ты что, спишь еще?! – прогрохотал Италия: — А ну, собирайся, мы завтракаем сегодня в саду! — Ох, доброе..А мы это кто? Сколько времени у меня есть? Пока Украина там что-то проговорила, Италия уже вылетел из комнаты, теряя вещи по полу. — Пятнадцать минуут..Мы будем ждать тебя у дворе, только не чуди– лишь послышалось из глубины прохода. Украина вздохнула, вставая с кровати. Как ему удается таким быть? Девушка подошла к двери, поднимая вещи возле нее, которые наронял Италия. Она выглянула в проход. В глубине красовалась та самая лестница на третий этаж. Украина никак не могла понять, почему ее туда так манит. Там есть что-то важное? Или кто-то? Нет, наверное, не сейчас. Девушка закрыла дверь, тем самым, отрезав мысли, собираясь. На улице еще стояла весенняя прохлада, поэтому Украина оделась потеплее. Не хочется простудится в такую то пору. Девушка вышла в коридор. Спустя время, ей стало немного больше доверять, не смотря на тот случай. Она остановилась у лестницы, смотря вверх, будто сомневалась, куда ей идти. С одной стороны ей доверяют, а с другой стороны..Ее опять вырвали с мыслей. Уже второй раз за день. — Выход в сад внизу, а не вверху, – лишь хитро, с насмешкой хмыкнул голос. — Я вижу, тебя тоже манит третий этаж, раз постоянно тут где-то сидишь, Румыния, — обратилась с такой же интонацией Украина к мужчине, который незаметно подкрался и облокотился на стену. На его лице была какая-то непонятная эмоция. — Или просто перехватить одну девчушку, которая многое себе позволяет, с ее птичьими правами в этом доме. На месте Рейха, я б... — У тебя прав не на много больше, – прорычала Украина лишь в ответ ему, перебивая: — Пошли в сад и на этом закончим. В воздухе летал разряд какого-то напряжения. Румыния хотел что-то еще добавить, но лишь устало вздохнул и подал руку Украине, приглашая пойти по лестнице. "Ох и джентельмен,"— подумала девушка, но промолчала, принимая руку румына. Они двое вошли в сад. Италия и Рейх уже сидели за одним столом в небольшой деревяной беседке. Один из них эмоционально что-то доказывал другому. — Доброе утро всем, — обратила внимание Украина на себя. Италия обрадовался их появлению, а у Рейха немного прошла тень по лицу, когда увидел Румынию и Украину вместе. — Ой, вы что, помирились? – обрадовался Италия: — Не уж то это свершилось! Разве это не прекрасно, Германия? — щебетал итальянец, приглашая их пройти за стол. — И в правду. Доброе утро, Украина, доброе утро, Румыния. Садитесь за стол. Я рад вас видеть. — сдержанно проговорил немец. Украина удивилась его реакции. Это его Италия достал? Или что-то другое? Девушка села за стол возле немца. Он окинул ее взглядом, будто что-то хочет выведать. — Как у тебя с питанием, Украина? Мне говорили что уже лучше, – педантично начал диалог Рейх: – И собирай волосы за столом, когда ешь, — он, одним движением, заправит ее светлую прядь за ухо. Сегодня у него не было настроения. И, увидев Украину с Румынией, ему это позитива не прибавило. —Д-да, спасибо, с питанием уже лучше. Я могу есть уже сложную пищу, — девушка немного покраснела от его прикосновения. Это было неловко. Италия видел это все и решил как-то сгладить. Румыния сидел все время молча, копошась в своих мыслях. — Слушайте, что вообще случилось? Почему такие все грустные? Смотрите, какая погода классная! Солнышко светит, тепло как. Лето скоро, — Италия радовался теплой погоде, как ребёнок и пытался поднять настроение другим. — Да, да. А работы не меньшает, – ответил на это Рейх. Украина наблюдала за этим с улыбкой. Как двое таких разных человека могут так долго дружить и уживаться. — Работа, работой, а отдых отдыхом! Вот когда ты послений раз отдыхал? Помнишь? Конечно же нет! — У кого-то работа – работать, а у кого-то работа – отдыхать, – с доброй насмешкой ответил немец, помешивая кофе ложечкой: — Чем тебе сейчас не отдых? Как ты там говоришь, солнышко, тепло, лето почти.. — Ну тебя, – отмахнулся Италия: — Тоже мне, отдых! Вот в горах или на море – вот это отдых. — Ты, что и делаешь, что отдыхаешь. Не надоело тебе еще? — Не хочешь, как хочешь. Я вот тогда.. Я вот тогда с собой Украину возьму и поеду отдыхать. А ты и дальше тут тухни, в своей работе. При упоминании своего имени, Украина аж поперхнулась, а румын вышел на секунду с мыслей, чтобы послушать в чем же дело. На секунду на лице Рейха вновь промелькнула та самая тень, но также быстро появилась улыбка. — Раз Украина поедет, то и я поеду, — он погладил девушку по спине, чтобы ей было легче откашляться. — А, вот в чем дело.. С ней ты едешь, а меня в шею гонишь? И какой ты друг после этого? — наигранно-драматично проговорил Италия, делая вид, что он ранен до глубины души. — Тогда предлагаю поехать нам всем троим, а Италия останется тут работать, — вмешался Румыния. Немец засмеялся, Украина непроизвольно улыбнулась, а Италия, схватился за сердце. —  Et tu, Brute?¹ – молвил Италия в отчаянии: — От тебя я такого не ожидал, Румыния. От кого-кого, но не от тебя явно! А ты что скажешь, моя милая Украина, не уж то бросишь бедного Италию?! — Если и поедем отдыхать, то все вместе! Никого не бросим! – твердо кивнула головой девушка. — Ну что за прелесть, что за душка. Хоть один лучик света в этой непроглядной тьме.. Все засмеялись. И Украине вдруг стало так тепло на душе. Не уж то это – ее настоящая семья? Даже тот самый противный румын не такой уж и плохой. И Рейх вовсе не хмурый. Не уж то, и она имеет право на счастье и радость? *** — Сегодня она опять смотрела в сторону третьего этажа. Она все чувствует, мы долго не сможем это скрывать – раздался голос из тени, заставляя остановиться на лестнице. Оппонент лишь гнустно вздохнул, что совершенноне характерно для его персоны. — Думаешь, стоит ей показать? — на мгновение засомневался оппонент: — Ты же понимаешь, что это все изменит? Мы потеряем её, она нам не простит! И Рейх тоже. Ты это понимаешь? Все то, что было уже не будет! — прорычал голос ему в ответ. — Такова цена правды, – отрезал другой голос. Лишь шаги послышались по разную сторону, луну которых поглотила бездонная полость дома.