Часть 1

Пасмурный октябрьский вечер, а ведь когда-то он был самым ярким и тёплым в моей жизни. Забавно, как меняется время: раньше у меня ничего не было, и я считал себя самым счастливым на свете, сейчас я могу себе позволить всё. Я сижу в своем любимом кожаном кресле с бокалом виски, ворот рубашки расстёгнут, а взгляд затуманен и устремлён в окно. В комнате счастливо потрескивает камин, и вроде бы должно быть уютно… но как-то не то. Я купил дом на озере, как и хотелось когда-то. Мечты сбываются. Но не все…к сожалению. Она знает, что сегодня за день. День, когда со мной только боль… Дверь неслышно открывается, раздается шелест падающей одежды, и Эллина ползёт ко мне на коленях. – Хозяин, –произносит она, собравшись с силами, – я готова. – Готова? К чему ты готова, девочка? – криво усмехаюсь я, и в моих глазах начинает зарождаться ярость. – Я готова принять Вашу боль, – опускает Элли голову. Любой другой бы сказал, что она идеальна во всем: длинные стройные ноги, аккуратные пальчики с педикюром, как я и люблю, шикарные черные чулочки, кружевной пояс, закреплённый на тончайшей талии, которую я когда-либо видел, плоский животик. Её большая тяжелая грудь настолько идеальна, что кажется мультяшной. Красивая шея, переходящая в прекрасное лицо без единого изъяна. Кучерявые волосы цвета меда спускаются по нежной спине до самой попки, и, когда Эллина сидит как сейчас, создается впечатление, будто она в них укутана. Элли идеальна почти во всем…но. – Разве я говорил, что ты будешь решать, что тебе принять?!– я с бешенством швыряю стакан в стену. – Простите, хозяин, – шепчет она, подняв на меня свои сияющие слезами глаза. – Что я должна сделать, чтобы заслужить ваше прощение? – Что ж, – смягчаюсь я, присаживаясь обратно в кресло, – покажи, как ты готова меня принять. – Да, хозяин, – радостно произносит Элли, мгновенно проползая оставшееся до меня расстояние. Её маленькие проворные пальчики сноровисто справляются с ремнем брюк и достают мой все еще спокойный член. Эллина легонько целует его и, почувствовав, что он отзывается, начинает лизать по всей длине. Я беру Элли за волосы, и она тут же обхватывает мой член губами, язычок начинает порхать вокруг головки. Я на секунду останавливаюсь, отдаваясь щекочущим ощущениям, заглядываю в глаза Элли. Сколько в них сейчас страсти и голода. Я подаюсь тазом вперед, входя глубже в её ненасытный ротик. – Мммм, – стонет Элли, закатывая глаза. " Давай, покажи мне, как тебе нравится, когда Хозяин ебёт твои нежные губки", – думаю я, постепенно наращивая темп. В какой–то момент Элли останавливает меня, проводит язычком вниз, начиная играть с моей мошонкой, берет ее в ротик. Пристально наблюдая за моей реакцией, ощущает, как чуть двигаю тазом вверх, и тут же её рука накрывает мой возбужденный член. – Боже, а ведь ты могла сделать кого-то счастливейшим из смертных, – произношу я задумчиво. – Только тебя, – произносит Эллина, отрываясь, и пристально смотрит мне в глаза, продолжая нежно двигать своей ручкой. Я молча с полуулыбкой качаю головой, а Элли тут же опускается обратно, принимаясь яростно и отчаянно сосать. Мне остается только вздохнуть. Она никогда не умела сдаваться. Как и ты…. – Глубже, – шепчу я, не выдерживая ее напора. И она слушается, беря меня еще глубже. Язычок Эллины еле-еле касается мошонки, словно это финишная прямая, и она начинает давиться. – Держи, – говорю, продолжая удерживать за волосы, – держи, – добавляю я немного стали в голосе. — Хорошая девочка, – наконец произношу я, отпуская ее. Элли любит мою похвалу. Она сидит на коленях, вся измазанная растекшейся тушью, слюной и моей спермой, но довольная. Она ведь знает, как красиво и возбуждающе в этот момент выглядит. – Лучше, чем Она? – произносит Элли с чертятами в глазах. Я бью быстро. Наотмашь. Тыльной стороной руки. – Никогда. Не смей. Говорить о ней, – цежу я в гневе, – Убралась здесь и пошла вон. Я подхожу к бару, достаю второй стакан и, налив себе еще виски, возвращаюсь в своё кресло. Через двадцать минут, когда пятно на стене от первого стакана уже оттерто, а осколки собраны, я поворачиваюсь, и вижу мнущуюся возле стены Эллину. – Что? – Sla, будет ли мне позволено просить прощения? – произносит она робко. Я подхожу, медленно ступая в мягком ковре. Элли дрожит, она никогда не заходила так далеко. Беру за шею, смотря в умоляющие глаза. – Ты была плохой девочкой. – Накажите меня, Хозяин, прошу вас. – Тебе будет больно. – Пожалуйста… – Что ж, – хватаю Эллину за волосы и тащу её. Она пытается схватиться за волосы, но это тяжело, когда под ногами нет опоры. И вот мы возле кровати. – Ложись на живот, сука, – говорю я, отпуская её “золотое руно”. Элли молча выполняет, а я снимаю ремень и медленно провожу по нежной попке. И если грудь у моей Элли выросла сама, то над попой пришлось немало потрудиться в спортивном зале, чем она справедливо гордится. Что ж, пришло время испортить эту красоту. И резко, почти без замаха бью пряжкой. – Ай! – вскрикивает Элли, дергаясь. – Терпи, – замахиваюсь сильнее. – Да, Хозяин. Уахууу! – впивается она ногтями в подушку. – Вот так, – усиливаю я удары. – Ммммм!!! Ммммм!!! Ммммм!!! – снова и снова опускается тяжелая пряжка на нежную кожу… – Оооооооох, боже – только и вырывается у Элли, когда я неожиданно прикладываю лед из ведерка, где охлаждался виски. – Ты хорошо выдержала наказание, маленькая, – произношу я, поглаживая нежную спинку. – Там все так плохо, что ты выше гладишь? – доносится до меня голос, приглушённый подушкой. – Нууу, скажем так, сидеть просто не будет, – произношу я с усмешкой. Элли со стоном переворачивается и садится. – Вы довольны, повелитель? – вопрошает она с улыбкой. – Ваша сучка достойна прощения? – Да, Элли, теперь да. – Что ж, теперь я требую награды, – лукаво улыбается Эллина. – Ты действительно думаешь, что можешь сегодня что-то требовать? – поднимаю я в недоумении бровь. Элли раздвигает ножки, ставя их на носочки, раскрывает киску, и, взяв мою руку, проводит ей от нежных губок до аккуратных кустиков стрижки. Ух ты, да у нее тут целый водопад! Похоже, порка была не таким уж и наказанием. – И вот эта мокрая шлюшка не должна быть оттрахана? – с хитринкой заявляет Эллина. – Да и ты, как я посмотрю, уже давно готов меня отодрать. – Здесь я решаю, кто и когда будет готов, дрянная девчонка! – рычу я, хватая Элли за шею и наваливаясь на нее всем телом. – Да, хозяин, – хрипит, направляя меня внутрь, – о Боги, какой же у тебя горячий член. – Рррр, ты ходишь по грани, – говорю я, сильнее сжимая горло, и начиная размеренно и резко двигать тазом, – но все же скажи, если тебе больно. – Сильнее, прошу. Я закрываю рот Элли поцелуем и исполняю желание, сжимая пальцы еще сильнее и начиная вбивать её в чёртов матрац. Ее ногти впиваются в спину, а крики переходят в вой. Моя свободная рука перемещается вниз, и я чувствую, как смазка течет по попке. Пальчик с легкостью входит внутрь маленькой узкой дырочки, и ощущения моего члена, бьющегося через стеночку, доводят нас до пика безумия. Элли прикусывает мою губу, обнимает ногами и кончает, содрогаясь всем телом. Проходит минута, и лишь затем тело подо мной обмякает. Лишь через пару минут Эллина приходит в себя. – Как же ты меня оттрахал, – заявляет девчонка с полуулыбкой. – Разве ты видишь, чтобы мы закончили? – спрашиваю я в недоумении. – Но как же? – На колени. – Моя киска ещё не готова тебя принять, – заявляет Элли, устраиваясь удобнее на локтях. – О, не переживай, это не проблема, – произношу я, направляя свой член выше. – Оох, не так быстро – только и раздается в ответ, когда мой весь мокрый от смазки член входит в тугую маленькую попку. Я беру Эллину за волосы и сразу задаю темп, от чего она не выдерживает и падает на кровать. Мой член ритмично двигается внутри, а вторая рука опускается вниз к мокрой киске, находя маленькую горошинку, и начинает медленно гладить, слегка надавливая. – Вот так, да, да, – произносит Элли, глубже насаживаясь на мой член. Темп продолжает нарастать, мои пальчики смещаются чуть выше, Элли вскрикивает, не выдержав напряжения, и без сил соскальзывает вниз. Но я и уже кончаю. Поднимаю ее ноги выше и густо заливаю чулочки своей спермой. Когда оргазм стихает, Эллина проводит пальчиком от носочка к пяточке, и отправляет в рот с мечтательной улыбкой удовлетворённой женщины. – И как я буду все собирать? – спрашивает женщина игриво. – В следующий раз обязательно кончу внутрь, чтобы это было ещё сложнее, – сообщаю я. – Значит, мне придется решать как-то эту проблему. Ни одна капля моего мужчины не пропадет, – наставительно поднимает тот самый пальчик вверх Элли. – Любопытно будет на это взглянуть. – О да, с удовольствием устрою тебе такое шоу, дорогой. Я выхожу на балкон и закуриваю. Черт, сколько раз уже бросал. После второй чувствую, как в мою спину упирается теплая мягкая грудь. – Любимый. – М? – Я смогу её когда-нибудь заменить? – Конечно да, – лгу я… Каждый раз она задает этот вопрос. Каждый раз я ей говорю “Да”. Каждый раз она знает, что это не так. Она почти идеальна, и любой мужчина умер бы, чтобы назвать ее своей. И я могу умереть ради нее. Могу сразиться со всем миром или подарить его Элли, но не сердце, нет, не сердце, ведь она не ты….       – Отдать тебе любовь?       – Отдай. Тебе навеки я верна,       Тебе за это нежность, ласку.       И так смогу лишь я одна.       – Мне не нужна любовь!       – Не важно.       Я буду всем: сестрой, женой,       любовницей, подругой, каждой.       Лишь бы всегда. Лишь бы с тобой.       – Я не люблю тебя.       – Я знаю. Но я люблю, люблю всегда!       – Любовь тебе отдать?       – Любовь. – Я не отдам, ты — не она…