Глава 1. Пленница

Май, 1999 год Крики доносились из Запретного леса. Крики смешивались с проклятиями и оглушительным стуком копыт… Всадники Темной кавалерии были повсюду. Пожиратели смерти обнаружили их группу и теперь преследовали их по всему лесу. Хогвартс оставался последней надеждой, оплотом гордости и благородства, возвышающимся до небес. Еще немного, и они достигнут своей цели! Они будут в безопасности… Всадники разделили их, и им пришлось бежать в разные стороны. Краем глаза он увидел, что враги окружили нескольких участников движения Сопротивления, а те, кому удалось спастись, уже достигли защитных валов… Проклятия слегка задели его, но не настигли, все время задевая кого-то еще, кто был поблизости. — Вставай! — крикнул он, пытаясь поднять черноволосого юношу на ноги — тот только пошатнулся. Они направились обратно в сторону Хогвартса. Рядом послышался стук копыт. Земля задрожала, и огромный черный конь угрожающе встал на дыбы. На лице всадника, казалось, промелькнула улыбка. — Остолбеней! — кто-то крикнул сбоку, и всадник вылетел из седла. Конь снова испуганно взвился на дыбы, а затем исчез в орущей толпе… И снова он поднял своего черноволосого спутника на ноги и потащил его дальше. Наконец они достигли защитного вала, оставив врагов позади. Обессиленный, он рухнул на землю рядом со своим лучшим другом. — Все здесь? Рыжеволосый парень внимательно огляделся по сторонам. Девятнадцать человек были спасены, некоторые из них получили ранения. Похоже, они в полном составе… Внезапно у него перехватило дыхание: их было всего восемнадцать. Восемнадцать! Он в отчаянии обернулся в сторону леса — пожиратели смерти медленно отступали. Но кого же не хватало? — Где Гермиона? — в ужасе прошептал Гарри…

***

Все еще ошеломленная, она медленно открыла глаза. Темнота и завеса пыли не позволяли ничего разглядеть. Ей пришлось несколько раз сильно моргнуть, прежде чем она смогла что-либо разглядеть… Темнота почти полностью окутала маленькую, мрачную комнату. Тусклый свет, пробивавшийся из-под дверной щели, позволял разглядеть лишь какие-то смутные, расплывчатые очертания. Казалось, на стенах висят цепи, такие же, как те, что безжалостно впивались в ее запястья и дрожащие ноги. Девушка продолжала оглядываться по сторонам, но, по-видимому, здесь больше никого не было. Пол и стены, казалось, были покрыты толстым слоем грязи и пыли — это чувствовалось по тяжелому, спертому воздуху, которым приходилось дышать. Комната напоминала темницу, одиночную камеру. Где она находится? Что случилось? Она изо всех сил старалась вспомнить хоть что-нибудь, но голова раскалывалась, и каждая мысль превращалась в пытку… И все же ей это удалось. События прошлого возвращались мучительно и медленно… Пожиратели смерти! Всадники Темной кавалерии неожиданно напали на их группу, и им пришлось спасаться бегством. Они разделились, и она бросилась на юг… Один из всадников преградил ей путь. Нет, это была всадница! Паркинсон! Это была Пэнси Паркинсон. К ней приблизился еще один всадник. — Так, так… Мы нашли то, что искали! — тихо проскрипел незнакомый голос. Паркинсон улыбнулась и что-то прошептала в ответ. Затем наступила темнота… Палсемиум! — вот что прошептала Пэнси — заклинание, парализующее жертву, приводящее к обмороку. Вот как врагам удалось заманить ее сюда… Девушка беспомощно склонила голову и начала медленно погружаться, но тяжелые цепи на запястьях не давали ей упасть. Металл жестоко впивался в нежную кожу, но ей было все равно. Что теперь делать? Есть ли смысл надеяться на спасение? Или просто подождать? Впасть в отчаяние? Попытаться сбежать? Сбежать?! Вряд ли это возможно. Ее заковывают в цепи и бросают в маленькую мрачную камеру. Камеру, которую даже толком не видно. Что, если здесь кто-то есть, или вдруг, прячась в темноте, кто-то или что-то поджидает ее?.. Важно подготовиться сейчас. Она уже не ребенок, а взрослая девушка, участница движения Сопротивления. Она выступает против Волан-де-Морта и его приспешников. Против насилия, смерти и боли! И ничто не может этого изменить, даже если это что-то самое важное для нее… Пытки, боль, смерть… Она не предаст своих друзей, она не предаст себя! Она никого не предаст… Она умрет с гордо поднятой головой…

***

— Черт возьми! — прошептал молодой человек, выпуская маленькую сову на волю. Он ожидал чего-то подобного, хотя и надеялся, что его предупреждение будет получено вовремя. Но на самом деле все выглядело немного по-другому… Он медленно вернулся к небольшому проходу в скале. Снаружи узкий вход был почти незаметен. Ничто не указывало на то, что здесь располагалась главная штаб-квартира Пожирателей смерти. Темная кавалерия. — Что случилось? — молодой человек с длинными черными волосами тихо заговорил, приближаясь. — Мы поймали Грейнджер! — сказал он почти неслышно, проходя мимо собеседника. — Какой план? — спросил он, прежде чем они дошли до входа. — Все отвратительно. Но это должно сработать! Черноволосый мужчина вздохнул и молча кивнул…

***

Девушка попыталась немного выпрямиться, и цепи громко звякнули. Карие глаза в ужасе уставились на дверь. Или на то, что в кромешной тьме казалось дверью. Шаги. Они медленно приближались. Дрожа, она крепко зажмурила глаза и попыталась преодолеть свой страх. Страх перед тем, что может случиться. Столкнувшись лицом к лицу с неизвестным. На самом деле, она была не такой храброй, как думали многие. Никогда не была. Но она член легендарного трио Поттера. Шаги стихли, и послышался едва слышный грубый голос. Затем дверь распахнулась. — Люмос! — прозвучало приглушенно. В тоне говорившего послышались легкие саркастические нотки. Помещение наполнилось ярким светом, и на какое-то время глаза заключенного превратились в узкие щелочки. Перед ними замелькали разноцветные пятна. — Грейнджер! Посмотри! Уже очнулась. Ты выспалась? — парень в мантии тихо захрипел. Капюшон скрывал его лицо. — Чего ты хочешь? — слабым голосом спросила Гермиона. Она хотела спросить равнодушно и холодно, но голос получился разбитым и усталым. Молодой человек, который был, наверное, на пару лет старше ее, медленно опустил капюшон и подошел чуть ближе. — Грейнджер… О, ля-ля… — прошептал он и многозначительно прищелкнул языком. Гермиона сразу узнала его, хотя не видела несколько лет. — Убирайся, Флинт! — огрызнулась она и попыталась отвернуться к стене, но цепи не позволили. Сколько лет прошло с тех пор, как они с Маркусом Флинтом учились в Хогвартсе? Четыре? Пять? Еще? Казалось, это было бесконечно давно, хотя выпускные экзамены были сданы всего два года назад. — Я слышал, что ты похорошела! Но, честно говоря, я этого не ожидал… — продолжил Флинт и почти нежно провел пальцем по бледной щеке девушки. Резким движением головы она стряхнула его руку и, звякнув цепями, снова отстранилась. — Не смей прикасаться ко мне! — угрожающе прошипела Гермиона. Голос прозвучал на удивление твердо. — И в самом деле! Ты сильно изменилась… — Флинт проигнорировал протест. — Длинные ноги, очаровательная попка… — он жадно окинул ее сальным взглядом. — И какая грудь! Только твои непослушные волосы напоминают старую ходячую гриффиндорскую энциклопедию… — с этими словами парень грубо убрал одну из вьющихся прядей с ее лица. Его рука задержалась на шее девушки, спустилась к плечу и погладила округлость груди. — Ублюдок! — прошипела Гермиона, пытаясь в очередной раз увернуться от ненавистных прикосновений.

***

Молодой человек крался по мрачному коридору, хотя в этом не было необходимости, потому что он был одним из них. Ни у кого не возникнет подозрений, никто не обратит внимания. Черноволосый спутник не отставал от него ни на шаг. — Так что, может, действительно попробуем план А? — прошептал он. — Верно! — он кивнул на ходу. — Остается надеяться, что все получится! — устало ответил темноволосый мужчина. — Если это не сработает, мы применим план Б! — рявкнул он, останавливаясь. Флинт должен был стоять здесь на страже. Куда он, черт возьми дементора, делся? И где Паркинсон? Ей тоже не следовало игнорировать заключенную. Дверь не охранялась, что является плохим знаком. В конце концов, тюремные правила запрещали оставлять заключенных одних. Особенно если речь шла о Грейнджер. Что-то здесь не так… Это было бы слишком просто. Вздохнув, он поспешил к камере. — Подожди! — темноволосый мужчина тихо последовал за ним. — Что, если планы А и Б не сработают? Он небрежно прислонился к стене, почти полностью исчезнув в тени, и слабо пожал плечами. — План «В». — И это будет…? — ухмыльнулся черноволосый. — Сработают планы «А» и «Б»… либо одно из двух! — насмешливо произнес он, продолжая свой путь. Какой безрассудный поступок. Даже если у них все получится, это будет зависеть от простого везения…

***

Улыбаясь, Флинт придвинулся ближе к дрожащей девушке. Она снова безуспешно попыталась отвернуться. Коротким рывком негодяй притянул Гермиону к себе и грубо прижал ее к стене. — Ты тоже такая недотрога с Поттером и Уизли? Они тебя умоляют? — он издевательски ухмыльнулся, проведя языком по ложбинке у нее на шее. Гермиону охватил ужас, ее сердце остановилось, тело словно парализовало. Дрожа, она попыталась оттолкнуть Флинта, но он не отступал, еще плотнее вжимая свою жертву в стену. Гермиона предприняла еще пару слабых попыток освободиться, но и они оказались безуспешными. Что мне делать? Сильная часть ее существа каждой клеточкой своего существа призывала к сопротивлению! Но другая, слабая, хотела, чтобы это прекратилось. Чтобы все закончилось как можно скорее. Не важно как… — Пожалуйста… Нет, надо… — Гермиона застонала, ее глаза затуманились. — О, как мило! Или, может быть, мы все еще невинны? Тогда, возможно, мне следует быть более нежным… — Флинт цинично рассмеялся, грубо срывая с нее мантию. — Нет… — несчастная девушка снова застонала. Его рука уверенно потянулась к ее свитеру, и через мгновение Гермиона почувствовала грубые, влажные ладони на своей коже. К горлу подступила тошнота. Она не сдастся! Она сильная! Гордая… — Убери от меня свои грязные лапы! — прошипела она, и мучитель на долю секунды замер, а затем впился зубами в ее губы. Она застонала от отвращения и в сотый раз попыталась высвободиться из ненавистных объятий, однако опять безуспешно… — Оставь ее в покое, Флинт! — внезапно со стороны двери раздался спокойный голос. Маркус на мгновение замер и обернулся. Гермиона подняла глаза, пораженная и испытывающая облегчение…