Глава 4. Гнев

Отец одарил их презрительным взглядом. — Вы — наш позор, братья и сестры! Вам не сравниться даже с какой-то грязнокровкой! — угрожающе прошипел Люциус, расхаживая взад-вперед перед провинившимися. Он обвел взглядом всех и каждого, снова и снова останавливаясь на собственном сыне. — Я требую объяснений, капитан! Как могло случиться, что двадцать опытных Пожирателей смерти, не говоря уже о всадниках великой Темной кавалерии, гордости Темного Лорда, не доросли до грязнокровки? — Люциус был возмущен. Его глаза метали гром и молнии. Драко с трудом сглотнул. Он никогда не снимал свою маску — качество, которому многие завидуют и даже ненавидят. Но так и должно быть, потому что он Малфой. — Это полностью моя вина! Я поручил Флинту и Паркинсон охранять заключенного. Я должен был догадаться, что они ни на что не годятся! — устало произнес он. Пэнси тихонько заскулила, но даже беглого взгляда Малфоя-старшего было достаточно, чтобы заставить ее замолчать. Флинт безвольно повис на руках у Крэбба и Гойла. — Что с ним случилось? — тихо прошептал Люциус. Концом трости со змеиным набалдашником он приподнял подбородок раненого юноши, заставляя его посмотреть на себя. Драко бесшумно последовал за отцом. — Неизвестно. Он несет чушь! Мы нашли его в камере без сознания. Очевидно, Грейнджер удалось победить Флинта. Что бы она там ни делала! — равнодушно ответил Драко. Его отец пронзил его взглядом, который, однако, был встречен благосклонно — не привыкать. — Почему ты не поймал заключенную снова? — недоверчиво переспросил Люциус. — Паркинсон видела, как Грейнджер убегала, но мы узнали о случившемся слишком поздно, — извиняющимся тоном произнес Драко. Отец недовольно нахмурился. Махнув рукой, Люциус повернулся к остальным. — Я доложу обо всем Лорду. Однако виновные предстанут перед ним лично. Паркинсон, Флинт и Малфой, следуйте за мной! Оставшиеся вздохнули с облегчением. Но Драко знал, что им тоже не избежать наказания. Задание не выполнено, Темный лорд с этим не смирится. Слуги Волан-де-Морта не бывают неудачниками! Никогда… Всю дорогу до Тронного зала Паркинсон продолжала тихо всхлипывать, представляя собой жалкое зрелище. Слабая и никчемная! Пэнси не годилась на роль настоящего Пожирателя смерти, поскольку стала слугой Лорда по другим причинам. Драко каждый раз видел это в ее глазах… Малфой-младший устало посмотрел на внушительный фасад старых развалин, выбранных Лордом в качестве своей штаб-квартиры. Конечно, он не размещался в лагере Темной кавалерии или каком-либо другом убежище Пожирателей смерти. Он жил в величественном темном замке. Довольно скромно… Молодой человек улыбнулся, хотя такое проявление эмоций было неуместно в его положении. А может, это просто хроническая усталость? Несколько дней без сна! Его самым сокровенным желанием была мягкая, теплая постель. Даже вид обнаженной красавицы не смутил бы его…

***

— Драко! — Люциус неодобрительно зашипел, когда они вошли в Тронный зал. Лорд Волан-де-Морт сидел в окружении своих ближайших приспешников, к которым принадлежал и сам Люциус. Драко ненавидел тусклые, мертвые глаза этого человека… монстра. То, что сидело перед ним, не было человеком… Холодное, безжизненное существо пошевелилось и слегка приподняло худую, бледную руку. И тут же слуги расступились, чтобы не мешать обзору «юных питомцев». — Юный Малфой! Я не ожидал увидеть тебя здесь! — пронзительный голос Лорда больно резанул по ушам. Несмотря на все свое отвращение, молодой человек почтительно опустился на колени, на мгновение склонил голову, а затем пристально посмотрел в мертвые глаза своего «любимого» Лорда. — Я полностью осознаю свою вину, сэр, и готов понести любое наказание! — кротко произнес он. Костлявое лицо Волан-де-Морта исказилось в отвратительной гримасе. Которая, по-видимому, должна была быть чем-то вроде ухмылки, но выглядела очень угрожающе. Драко, не позволяя себе упасть духом, продолжал смотреть в налитые кровью глаза Лорда. — Ты храбрый, юный Малфой! Храбрый и гордый! Я особенно ценю эти два качества в своих питомцах, — голос хозяина апатично дрогнул. Затем взгляд Темного Лорда скользнул к Паркинсон. Девушка поникла и тихо застонала. — И что ты можешь сказать в свое оправдание, моя дорогая? — угрожающе прохрипел Волан-де-морт, снова скривившись. — Милорд… Сэр… Я, — Пэнси запнулась, — я оставила Флинта и Грейнджер одних, чтобы осмотреться. А он… — девушка подавилась очередным всхлипом. Волан-де-Морт неохотно посмотрел на Флинта. — Маркус Флинт! — Лорд прошептал что-то голосом, похожим на шипение змеи. Флинт мутно посмотрел на Лорда и глупо ухмыльнулся. — Я трахнул ее! А потом она… — засмеялся Маркус. Крэбб и Гойл с трудом удержали его. — …Она начала петь… — Флинт начал тихо подвывать какую-то мелодию, покачивая бедрами в такт… Драко приподнял брови, с интересом наблюдая за своим бывшим одноклассником. Если только Флинт не сболтнет чего-нибудь лишнего… — Тогда она… цепи… Она вырвала их из стены и… Она танцевала, — радостно захихикал Маркус, продолжая раскачиваться. Волан-де-Морт в ярости поднял руку, и Люциус немедленно заставил Флинта замолчать. Драко вздохнул с облегчением. Шоковое проклятие Конфундус зарекомендовало себя как лучшее. Однако продолжительность его действия была неизвестна. Все зависело от того, кто произносил проклятие и кого проклинали. Чаще всего это продолжалось пару недель, иногда пару дней, а иногда случалось так, что жертва так и не приходила в себя. К счастью, появление Лорда подсказало, что в случае с Флинтом это останется тайной. Тем хуже для Маркуса и тем лучше для него и Забини! — Флинт и Паркинсон! Этот бесполезный сброд! Убирайтесь прочь! — прошипел Волан-де-Морт. Несколько Пожирателей смерти оттащили Флинта, который издавал булькающие звуки, и совершенно расклеившуюся Пэнси в другую комнату. Мгновение спустя раздались крики, за которыми последовала пугающая тишина. Затем вернулись слуги Лорда. Одни… Драко тихо вздохнул и медленно убрал с лица выбившуюся прядь волос. Тревожно… Он нервничал… Серые глаза Драко слегка расширились, но он заставил себя успокоиться. Только не показывай страха! Никаких чувств, иначе стая Пожирателей смерти разорвет тебя на куски, как стая стервятников… — Юный Малфой! — тихо прохрипел Волан-де-Морт. Драко выглядел настолько уверенным, насколько мог. И она появилась снова… Эта отвратительная, угрожающая гримаса… — Сэр? — кротко спросил он. — Я вижу в тебе величие! Ты обещаешь стать моим триумфом. Или моей погибелью… — Волан-де-Морт рассмеялся. Его смех был похож на звон бьющегося стекла. Пожиратели смерти немедленно подхватили веселье своего хозяина. Драко понял, что получил своего рода «комплимент». Он мельком взглянул в сторону — Люциус улыбался, его глаза сияли гордостью. — Но тебе придется ответить за совершенную ошибку! — продолжил Волан-де-Морт, пристально глядя в глаза виновнику. У Драко пересохло во рту. Главное сейчас — это спокойствие! Главное — сохранять видимость спокойствия. — Я готов! — твердо ответил он, уверенно глядя на отвратительное существо перед собой. С гордостью! Неважно, что сейчас произойдет. Могло быть гораздо хуже…

***

Она сонно открыла глаза. Судя по виду из окна, начинался новый день. Оглядевшись, девушка поняла, где находится… Больничное крыло Хогвартса показалось ей до боли знакомым, хотя она редко пользовалась его гостеприимством. Гермиона облегченно рассмеялась. Ей удалось сбежать! Она жива… Гарри устроился в ногах кровати. Рон сидел рядом с ней на стуле, выглядел измученным и сильно храпел. С другой стороны, прижавшись друг к другу, спали Джинни и Парвати Патил. Вступив в ряды Сопротивления, девушки очень подружились… Гермиона осторожно провела пальцами по непослушным черным волосам спящего юноши, и он испуганно подпрыгнул. Его очки съехали набок на переносице. — Гермиона! — радостно прошептал Гарри, нежно сжимая ее руку. Наконец, остальные начали просыпаться. — Что случилось? Как тебе удалось сбежать? — спросила Джинни со слезами на глазах. Гермиона громко выдохнула. Малфой! Она совсем забыла о высокомерном слизеринце. Без него ничего бы не получилось. Он помог ей! Однако до сих пор неясно, почему… — Мы хотели освободить тебя, но они нам не позволили! Клянусь Мерлином, я… — Парвати наклонилась к подруге, чтобы обнять ее. — Это удивительная история, — начала Гермиона, но ей не дали закончить. — Я думаю, вам следует оставить мисс Грейнджер в покое! Не так ли, Поппи? — вкрадчиво прошипел знакомый голос. — Пациентке нужен покой! — поспешно подтвердила мадам Помфри, жестом приказывая молодым людям покинуть лазарет. Рон недовольно фыркнул, Парвати запротестовала, а Гарри открыл рот от удивления. Даже Гермиона потеряла дар речи. Ее друзья были с ней столько часов. Последнее, что помнила Гермиона, были Пожиратели смерти, преследующие ее, и как она бежала, пока не добралась до окрестностей Хогвартса, и упала у хижины Хагрида. Клык залаял, а затем девочка увидела обеспокоенное лицо великана, склонившегося над ней… — Пусть останутся! Я так этого хочу! — возразила Гермиона. Мадам Помфри вопросительно посмотрела на Снейпа. — Нет, они немедленно покинут палату! — приказал мастер зелий, легким взмахом палочки указывая на дверь. Чуть позже Гермиона услышала, как Рон ругается в коридоре… Снейп опустил глаза и на некоторое время задумался. — Я ничего не понимаю! — раздраженно сказала девушка. Это была самая ужасная ночь в ее жизни, и Гермиона совершенно не собиралась участвовать в непонятной игре, затеянной ее бывшим учителем. Она больше не его ученица… — Ты не обязана! Я сейчас все объясню! — тихо сказал Северус, неторопливо ставя стул в изножье кровати. — Поппи, пожалуйста, оставь нас одних! — обратился он к целительнице. Она недоверчиво посмотрела на профессора и покинула больничное крыло. Гермиона непонимающе посмотрела на Снейпа. — Итак, — он прочистил горло. — Ты жива. Судя по всему, план моих доверенных лиц удался! Гермиона продолжала вопросительно смотреть на профессора. — Ну, ты же не сама выбралась, не так ли? Они помогли тебе! — неохотно подсказал Снейп, внимательно глядя на девушку. — Малфой и… Я думаю, Забини помогли мне! Но почему? — все еще не понимая, пробормотала она. Темные глаза Северуса вспыхнули от удовольствия. — Хорошо. В сложившихся обстоятельствах нам придется кое-что прояснить. Но я должен попросить вас сохранить каждое слово в тайне. — Снейп пристально посмотрел ей в глаза. Девушка молча кивнула. — Вы ведь знаете, что предатель, который выдал меня Волан-де-Морту, все еще в наших рядах, не так ли? — резко спросил он, скрестив руки на груди. Гермиона снова кивнула. Конечно, она это знала. Несколько месяцев назад кто-то предал Снейпа, и он едва избежал смерти. Поиски предателя все еще продолжались, хотя и безрезультатно. Но шпионская деятельность бывшего учителя с тех пор прекратилась… — К чему вы клоните? — тихо спросила Гермиона. Снейп нетерпеливо фыркнул. — Хорошо… Я не единственный шпион в рядах Волан-де-Морта! Глаза Гермионы расширились от ужаса. — Малфой? — простонала она дрожащим голосом. — Среди них… До недавнего времени никто, кроме Альбуса и меня, не знал об этом. Разумеется, ради безопасности вышеупомянутого человека. Теперь вы также знакомы с двумя нашими помощниками. В противном случае освободить вас было бы нелегко, — Северус на мгновение замолчал. — Откуда вы можете быть уверены, что предательница не я? — внезапно спросила Гермиона. Конечно, она не была предательницей, но почему Снейп доверял ей? В конце концов, шпион Волан-де-Морта так и не был найден… Темноволосый мужчина хрипло рассмеялся, насмешливо скривив губы. — Это хороший вопрос, мисс Грейнджер! Для этого есть много причин. Давайте исключим пару из них. Вы с Поттером довольно близки. Я не думаю, что вам будет сложно заманить Гарри в ловушку. Далее, зачем Волан-де-Морту понадобилось похищать вас, если вы были на его стороне?! — он сделал паузу, вызывающе глядя на нее. — Кроме того, мой жизненный опыт подсказывает мне, что вы ни при каких обстоятельствах не присоединилась бы к Волан-де-Морту. Что вы сами подтвердили пару месяцев назад с помощью Сыворотки правды, которое мы с Альбусом… — устало продолжил Северус. Глаза Гермионы расширились от ужаса. — Вы использовали Сыворотку правды? — она запнулась, выпрямляясь от ярости. — Вы действительно думаете, что мы доверяли бы вам, если бы у нас были какие-то сомнения?! — ровным голосом спросил Снейп, вызывающе глядя на девушку. Она усмехнулась. — Вы использовали Сыворотку правды на всех… и это нарушило закон! Сыворотку правды разрешено применять только к подозреваемым в преступлениях! — гневно воскликнула Гермиона. — Это было сделано не со всеми. Только с теми, кого мы хотели исключить в первую очередь. Однако потом мы передумали, — резко прервал ее Снейп. Гермиона откинулась на подушки. — И почему вы вдруг передумали? — Из соображений безопасности! Хотя это уже не так важно. Я здесь по другой причине. Вы теперь тоже замешаны в этом деле, хотя и частично. И если вы кому-нибудь расскажете, как вы сбежали из плена, а также кто вам помог, то наши доверенные люди окажутся в крайне неприятной ситуации! Поэтому вам придется молчать! — нетерпеливо закончил Снейп. — Но что тогда я должна сказать своим друзьям? В конце концов, меня завалят вопросами! — едко спросила Гермиона. Северус нервно кашлянул. — Согласно официальной версии, вы действовали самостоятельно. Вы знаете правду. Так измените ее, чтобы она не отличалась от нашей. Снейп выжидающе посмотрел на девушку. — Хорошо! Тогда официальная версия выглядит так. Я была наедине с Маркусом Флинтом. Воспользовавшись его неуклюжестью, мне удалось забрать свою палочку, которая, к счастью, была у него с собой… Я одолела его и освободилась. Затем, накинув мантию, бросилась к выходу, который тоже обнаружила по счастливой случайности… Мне удалось трансгрессировать снаружи! — со смехом выпалила Гермиона. Глаза Снейпа удовлетворенно блеснули. — Пока все замечательно! И помните, вы не должны никому открывать правду! Даже Поттеру и Уизли! Двое моих парней рисковали своими жизнями прошлой ночью! Вы у них в долгу… На мгновение девушка печально опустила глаза. Гарри и Рон наверняка сохранили бы это в тайне. Но Снейп прав. Она обязана этим Малфою и Забини. Особенно Малфою! Впервые в жизни легкая улыбка промелькнула на лице Гермионы при мысли о ее бывшем однокласснике. — У меня на устах печать! — серьезно сказала она, глядя на Снейпа. — Ловлю вас на слове! — удовлетворенно ответил мужчина, медленно поднимаясь. Лицо профессора на мгновение озарилось подобием улыбки.