Глава 10. Правда

Август, 1999 год Голодные, возбужденные и страшно взвинченные, они отправились обратно в подземелья Хогвартса. Допрос продолжался целую вечность, и Гермиона больше не хотела об этом думать. И так каждый раз. Но депрессию вызывали не только допросы. Нет, этому способствовал тот факт, что они так ничего и не добились. Они допрашивали одного Пожирателя смерти. Этому молодому человеку только что исполнилось семнадцать. Он так и не закончил Хогвартс и был схвачен прошлой ночью. Заключенный был невозмутим и сдержан, холоден, как кусок льда. Он не сказал ни слова. Ему угрожали пытками. Ни слова. Ему угрожали Азкабаном. Ни слова. Ему угрожали смертью. Ни единого проклятого слова. Они опоздали. Гермиона печально смотрела в узкое окно коридора. Сгущались сумерки, и девушка чувствовала себя ужасно измученной. Но она точно знала, что вряд ли сможет сомкнуть глаза этой ночью. — Всем вам… Вы вчера хорошо поработали! — знакомый голос, показавшийся нечеловеческим, проскрежетал за спиной. Она даже не обернулась, даже не взглянула в лицо говорившему. В это время Гарри медленно проскользнул в дверь штаб-квартиры. Его глаза были затуманены, как будто он был в трансе. Он словно пришел из другого мира. Гермиона устало опустила голову. Гарри пришлось нелегко. Сегодня он не только допрашивал, но и участвовал в другом сражении. Он убивал. Видел, как умирали другие. Грозный Глаз Грюм тихо прочистил горло, беспокойно постукивая деревянной ногой. — На этот раз мы проиграли. Но в следующий раз все будет по-другому! — прохрипел он, входя в комнату. Деревянная нога мерно постукивала. Тук… тук… тук… Девушка плавно убрала несколько прядей с лица. — Я действительно на это надеюсь, — тихо прошептала она. Подозрительная пелена начала застилать его глаза. Грозный Грюм медленно остановился. — Это нелегко. В конце концов, они никогда не дремлют, — резко сказал он, двигаясь дальше. Гермиона некоторое время сдерживала слезы. Он прав. Но это было так сложно. Это слишком сложно. — Мы постараемся, профессор! — решительно заявила она, следуя за ним к двери. — Дети, перестаньте, в конце концов, называть меня профессором, — запротестовал старый аврор, распахивая дверь спиной. Гермиона слегка улыбнулась. Это правда. Они продолжали называть его профессором, хотя Грозный Глаз Грюм никогда не преподавал в Хогвартсе. Он не преподавал даже на четвертом курсе, потому что тогда Барти Крауч-младший выдавал себя за знаменитого аврора.

***

Люди убегали от них, пытаясь избежать неминуемой смерти. Каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел эти картины. Он слышал голоса, которые беспокоили его. Крики. Ужасающие вопли. Вот почему он старался не закрывать глаза. Старался не спать. Не думать. Но он не мог. Они всегда возвращались. Тени… Тени его самого… Тени его семьи… Тени его прошлого… Но они не смогут стать тенями его будущего. Пусть они даже преследуют его до смерти. Он сделает все, чтобы остановить это безумие. Предательство, ложь, смерть. Он готов умереть за это. Ведь он не хотел такой жизни, навязанной ему и заложенной с самого момента рождения. Холодные глаза впились в него. Бесстрастное лицо исказилось в чудовищной гримасе, впиваясь в него взглядом. Но он выдержал и этот взгляд своего возлюбленного повелителя! — Юный Малфой! Я горжусь тобой. Ты снова доказал мне свою преданность, — прямо у него над ухом раздался холодный, пронзительный голос. Драко усмехнулся. — Это честь для меня, милорд! Лояльность. Что это существо знало о преданности? Он предаст его. Предаст их всех. Он делал это неоднократно и будет делать снова и снова. Очень скоро…

***

— Это бесчеловечно. Там также были дети, — прошептал Рон, рисуя непонятные значки на белом листе бумаги. Его голубые глаза сверкали. Дети. Как можно быть таким жестоким? Как можно убить ребенка, не моргнув глазом? Как можно убить невинного человека? — Гермиона? Той ночью Пожиратели смерти при поддержке Темной кавалерии уничтожили целую деревню. Небо было украшено многочисленными Темными метками. Это было чудовищно, бесчеловечно, жутко. Повсюду были раненые и мертвые. Когда они прибыли на место, врагов почти не осталось. — Гермиона? Только предупреждение Снейпа помогло им добраться туда. Но они опоздали… — Гермиона! — вздрогнув, она обернулась. Джинни посмотрела на подругу опухшими глазами. — Ты никак не отреагировала, — Гермиона понимающе кивнула. — Прости. Я… — начала она слабым голосом, который предательски дрожал. — Я понимаю, — мягко перебила ее рыжеволосая девушка. Гермиона храбро улыбнулась, скрестив руки на груди. — Снейп хочет с тобой поговорить, — хрипло добавила Джинни. Гермиона кивнула, медленно выходя из комнаты. Гарри недоверчиво посмотрел ей вслед. Его пристальный взгляд прожигал ей спину, и бесчисленные невысказанные вопросы вертелись у нее на кончике языка.

***

Северус, как обычно, сидел за своим столом, углубившись в какие-то бумаги, когда раздался стук в дверь. — Войдите! — рявкнул он. Дверь медленно открылась, впуская робкую Гермиону. В последние недели она стала его частой гостьей. — Мисс Грейнджер, — поприветствовал он со сдержанной радостью. Профессор был обеспокоен отсутствием новостей от Драко. Конечно, он понимал, под каким невероятным давлением находится младший Малфой, вынужденный вести себя крайне осторожно. Но он был очень встревожен… Девушка рассеянно посмотрела на Снейпа. Грустные глаза придавали ей вид маленького беззащитного ребенка. — У вас есть какие-нибудь новости? — прямо спросил он, но Гермиона только покачала головой. Он тяжело вздохнул. — Хорошо. Немедленно отправляйтесь домой и ждите там. У меня сейчас встреча. Я сразу же дам вам знать, когда вернусь. Будем надеяться, что он появится до этого, — устало сказал он. Девушка нервно рассмеялась. — Как вы себе это представляете? У меня все еще есть… — запротестовала она, но Северус заставил ее замолчать одним взглядом. — Пусть это будет моей заботой! — резко сказал Снейп, поднимаясь со стула. Она кивнула в знак согласия, тоже вставая.

***

Темнота окутала его, не давая возможности разглядеть что-либо вокруг. Но так было лучше. Он не хотел ничего видеть. Не хотел ничего чувствовать. Он хотел забыть. Мог бы немного забыться, но не смог этого сделать. Ни разу. Драко медленно прислонился к стене, равнодушно глядя в окно. Его волосы растрепались, закрывая лицо, и капли дождя все еще стекали с кончиков, хотя здесь было сухо. Дождь. Он способен смыть все. Почти все.

***

В замке загремел ключ. Сегодня она выбрала обычную дорогу домой. Не волшебную. В квартире было непривычно темно. Была первая половина дня, и должно было быть намного светлее. Видимо, это из-за пасмурной погоды. Казалось, что небо оделось в траур. Привычным жестом она повесила куртку на вешалку и направилась в ванную. Ее отражение в зеркале выглядело просто ужасно, но Гермионе было наплевать на такие мелочи. После такого дня, как этот, она имела полное право выглядеть отвратительно. Девушка наскоро умылась и слегка провела расческой по волосам. Затем она нетвердой походкой направилась в гостиную. И эта комната погрузилась в темноту. Но на этот раз темнота была непроглядной и никак не связана с погодой. Эту темноту можно было создать только с помощью магии. Кто-то превратил день в ночь. Дрожащими руками она попыталась нащупать выключатель. Что-то шевельнулось возле окна. Живоглот с любопытством смотрел с дивана, его глаза сверкали в темноте. Гермиона тихо ахнула, наконец дотянувшись до кнопки. Дрожащими пальцами включив свет, она замерла…