Глава 1

      Шото всегда предупреждает заранее, если хочет встретиться с Момо, но это не мешает ему из раза в раз делать это слишком внезапно. И Момо из раза в раз повторяет как мантру в голове: «У меня много дел, я могу отложить встречу до более удобного времени», а в итоге всё равно соглашается, при том прижимая телефон к уху одной рукой, а второй уже выдвигая полку с косметикой.       Когда Шото сбрасывает звонок, — он всегда звонит, не любит писать, — она с быстротой и ловкостью кошки начинает приводить себя в порядок.       — Ты красивая, — говорит ей Шото как бы невзначай, но всё равно на выдохе и мягко.       Вместо приветствия говорит, а Момо всего-то сделала быстрый макияж минут за десять, волосы уложила и завязала в низкий хвост парочкой спешных движений, а оделась и того быстрее. Однако, несмотря на это, она всё равно скромно улыбается нежно-алыми губами, отводит на миг взгляд, кажущийся более цепким из-за маленьких тонких стрелок, а её щеки розовеют лепестками сакуры.       Момо приятно. Ни один комплимент не подарит ей столько радости, не сделает такой уверенной в себе, как комплимент от Шото.       А Шото же смотрит на неё, не отрывая глубоко задумчивых глаз. Он действительно не понимает, как на ком-то может так легко и в то же время броско смотреться кожаная куртка поверх платья миди с цветочным принтом. Момо в это время смущенно потирает землю носком кед, бросая на Шото мимолетные взгляды.       — Сегодня и правда отличная погода, — с солнечно-мягкой улыбкой говорит Момо, когда они сворачивают в сторону парка.       Шото оглядывается по сторонам, будто не он позвал Момо на прогулку, увидев, что погода наконец сменила гнев на милость и, к тому же, расцвела во всей своей красе. Запах свежести после легкого дождя на растениях, оживающих всеми цветами радуги под тонкими лучами солнца. Красивый ухоженный парк, поющие оды насыщенно-голубому небу птицы меж густой листвы деревьев. Отзвуки чужих разговоров, звук шагов и счастливая девушка рядом.       Шото внимательно смотрит на Момо, будто пытается прочесть, а та нежно улыбается и оглядывается по сторонам. Она заворачивает шелковистую длинную прядь за ухо, сверкает сережка в виде цветка, а Шото безмерно хочется взять Момо за руку.       Он делает глубокий вдох, ощущая аромат сакуры в воздухе, деревья которой выросли в парке то тут, то там, и уже тянется к её пальцам. Они у Момо тонкие и длинные, будто созданы для игры на клавишных, однако… его рука застывает в воздухе.       Шото тихо вздыхает. Что-то не подпускает его к Момо, он ещё недостаточно знает её, чтобы вот так просто взять за руку. Однако не проходит и мгновения — она сама берёт руку Шото. Тот врезается в неё взглядом, будто пытаясь вытащить ответ из тела, и, несмотря на всю осторожность и ласку движения Момо, едва не вырывает ладонь. Она же лишь улыбается немного шире, крепче сжимает его пальцы в своих и смотрит невозможно глубоко куда-то за радужку разноцветных глаз Шото.       Он в глазах Момо, будто кошачьих, видит два больших агата, в черноте которых можно увязнуть, как в сладости густого шоколада.       Шото не прочь. Он легко, неуверенно улыбается в ответ, — Момо тут же приободряется, — и переплетает их пальцы.       Шото разрывает это прикосновение только тогда, когда в глубине парка видит кошку. Красивую, трехцветную, она гордо сидит возле пустой лавки и обращает внимание на Шото лишь в тот момент, когда он подходит достаточно близко. Он отпускает мягкую руку Момо, садится возле кошки на корточки и начинает гладить. Шерсть у неё не только трехцветная, но ещё и пушистая.       Однако долго это не продолжается: кошка поднимается с места и идёт к левой стороне Шото, потираясь о другую его руку. Он вздыхает, легко улыбаясь. Момо хихикает, прикрывая рот ладонью. Они оба знают, что коты больше любят левую сторону Шото, потому что там огонь, там теплее. Однако тот по привычке все равно начинает гладить животных правой, холодной рукой.       В конце концов даже Момо не может удержаться и тоже ласкает кошку. Та мурлычет от удовольствия, кажется, на весь парк, да так, что птиц не слышно.       И вот их руки снова оказываются слишком близко друг к другу…       Момо до сих пор, несмотря на тот год, который они знакомы, бывает неловко рядом с Шото. Неловко рядом со своим парнем, это вообще нормально? Она не знает. Момо косится на Шото, лицо которого не выражает ничего, кроме спокойствия, — опять. Она совершенно не понимает, о чем тот думает, а догадаться о его эмоциях порой бывает так же сложно, как и прочесть книгу, перевернутую вверх ногами. Поэтому, не зная, чем заполнить молчание, Момо начинает говорить о самой распространенной теме — об учебе.       А Шото слушает на удивление внимательно как для человека, которому разговоры про геройство уже набили оскомину. Просто Момо умеет вести любой диалог так, чтобы было интересно. К тому же, она акцентирует внимание Шото на его собственных заслугах, указывает на них пальцем, и ему это приятно. Похвала, которой так не хватало Шото в детстве, греет душу и, что не менее важно, подталкивает двигаться вперед и развиваться.       Момо сворачивает к берегу реки неподалеку от парка. Там ветрено, полы легкой джинсовки Шото безбожно треплет из стороны сторону, и челка лезет в глаза, раздражая. Момо быстро перевязывает свой хвост: он остается всё таким же низким и длинным, но локон, обрамляющий высокий лоб, теперь удерживается под резинкой.       Их разговор прерывается, потому что Момо решает сделать пару фотографий реки и отправляет их родителям и Джиро. Шото же смотрит на неё, да, вновь, какой уже раз за эту прогулку, и сжимает влажные руки в кулаки. Его сердце неистово стучит в груди, хочет сбежать прямо через грудную клетку, но лишь сбивает дыхание. Момо, кажется, оборачивается, обеспокоенно заглядывает в лицо и наклоняется ниже. Спрашивает, всё ли в порядке… А Шото, оставив четные попытки подобрать слова, в которые можно было бы облачить собственные чувства, просто спрашивает:       — Можно я поцелую тебя? …Момо, — и заглядывает в удивленные глаза напротив так просяще и искренне, что Момо могла бы рассмеяться — настолько ей это нравится.       — Можно… — кивает она, а её губ касается нежная улыбка, — тебе можно всё, — говорит Момо настолько душевно, что Шото, даже удивляясь этим словам, разом теряет всё свои сомнения.       Он бережно обнимает её за талию, пока краснеющая в щеках Момо опускает руки на его плечи, нежно сжимая их пальцами. Уже в следующий миг Шото целует её мягкие губы, прекрасно зная, что останется след от помады. Однако это не важно, потому что в этот поцелуй Шото вкладывает все свои чувства и эмоции, которые не мог показать, и все слова, которые не мог произнести, а Момо принимает это…