Часть 12

      Наконец наступил вечер. Микаса, облаченная в свой новый наряд, вышла из штаба, где у входа её уже ждали Командир Эрвин в лаконичном костюме и Майор Ханджи в темно-зеленом платье, которое отлично на ней сидело. Вскоре подали карету. Командир помог дамам устроиться внутри, и трое направились в замок правительства.       — Он придёт? — тихо спросила Зоэ, поворачиваясь на брюнетку.       — Я не знаю, — ответила девушка не отрывая взгляда от окна.       Когда ты любишь кого-то… По-настоящему любишь, то ты полностью открываешь для них свое сердце. Ты даришь им часть самого себя, которую не дарил ни кому другому, и позволяешь им видеть твою суть и только они могут изранить твое сердце и душу. И когда они делают этот порез, это жестко — тебе больно так, словно твое сердце вырывают. И ты остаешься голым и беззащитным, гадая, что заставило их сделать тебе так больно, когда ты делал всё чтобы любить их. Что с тобой не так, если никто не может бороться за тебя? Это значит, что никто тебя и не любил? Девушка не верила, что Ривай мог играть с ней в игру чувствами, но и объяснить его поведение тоже не могла.       — Что мне нужно там делать? — спросила Микаса, настраиваясь на мероприятие.       — Ничего, просто отдыхай, но будь со всеми дружелюбна. Может за наш идеальный визит они сократят отсрочку Леви, — ответил ей Эрвин.       «Почему ради него я должна стараться? Если он даже сам не придёт» — думала она.       Карета ещё немного проехала перед тем как остановиться. Дверь снаружи открыл мужчина, который помог им выйти и сопроводил до главного входа. Войдя внутрь Эрвин и Ханджи отправились поприветствовать всех своих знакомых, которые уже прибыли. Микаса осмотрелась. Она находилась в огромном зале с высокими потолками, с которых свисали люстры их драгоценных камней. По краям аккуратно расставлены десяток небольших столов, а посередине один побольше для особых гостей. Постепенно прибывали люди. Как девушка не пыталась отвлечься мероприятием, она все равно искала взглядом того самого, сидя за дальним столиком с бокалом вина. Тут все вдруг обернулись на двух придворных, подбежавших к главным дверям и распахнув их с разных сторон. На пороге подруку стояли мужчина и женщина явно заморских народов. Когда они шагнули вперёд, направляясь к предназначенному для них столу, все встали и захлопали. Позади них шло около семи довольно крепких парней, которые видимо выполняли роль охраны.       Брюнетка сидела за столом в одиночестве, уже потеряв надежду, что Леви посетит это мероприятие, оттого желала скорее уйти. Бал был в самом разгаре. Пары уже вовсю кружились по залу под красивую, медленную музыку. Тут неожиданно сзади к Микасе подошёл светловолосый мужчина довольно приятной натуры, который прибыл с иностранцами и сел рядом.       — Доброго вечера, — мягко поприветствовал он её.       — Добрый вечер, — ответила Аккерман, особо не заинтересовавшись.       — Могу я составить вам компанию на вечер или пригласить на танец?       — Я не танцую, — сказала та.       — Может вы передумаете в скором времени? — начал снова мужчина.       — Я не танцую, — повторила она.       Девушке начинала надоедать его излишняя прилипчивость. Незнакомец не рассказывал о себе, ничего сам спрашивал и только уговаривал её на танец.       И никто в этом большом зале не обращал внимание на явное недовольство Микасы, кроме одного человека, буквально несколько минут стоящего у входа. Когда Ривай только вошёл, он обменялся взглядами с Эрвином и Ханджи, на что те учтиво ему кивнули, и мужчина начал искать глазами главную виновницу его нахождения тут. А теперь он прилагал очень много усилий, чтобы не подойти и не объяснить надоедливому гостю, почему дама не может с ним танцевать. Тем не менее Микаса сдалась и согласилась. Она, к своему сожалению, не заметила появления брюнета. Девушка поднялась, чтобы пройти в центр зала, а мужчина, осмелев, пристроился рядом, придерживая её за талию при ходьбе. Микаса решила никак не проявлять характер и просто перетерпеть любые его выходки, а потом втихую сбежать Когда они аккуратно влились в уже идущий танец, мужчина положил одну руку на её бедро, намного ниже, чем следовало, а вторую на плечо и они закружились в вальсе.       — Скажите, вы служите у правительства? — спросил он в танце.       — Нет, я служу в разведке, — сказала она, глядя прямо ему глаза.       — Это восхищает. Даже стыдно, что пока мы отсиживаемся в кабинетах за бумажками такие хрупкие девушки защищают нас, — начал он, — скажите, вы любите смотреть на ночное небо?       — Если это приглашение, то я соглашусь, — холодно ответила та.       Её ни разу не цепляли сладкие речи незнакомца, но она согласилась, так как думала, что она выйдут на улицу и оттуда она красиво испариться.       — Тогда пройдемте, — сказал он, и они вышли из танца.       Девушка хотела было повернуться к двери, чтобы выйти через главный вход, когда мужчина довольно грубо отдёрнул её назад, поворачивая в противоположную сторону.       — Давайте не пойдём наружу, уже довольно прохладно. Тут есть отличные балконы, можем постоять там, — сказал он и настойчиво потянул её за собой.       Микасе этот жест совершенно не понравился, и она резко выдернула руку из его оков, уже думая, как помягче отказать мужчине в совместном вечере. Девушка решила, что как только они поднимутся наверх, то она выскажет ему всё что думает без лишних глаз и уйдёт. Потому она не противилась, когда мужчина продолжал вести её по коридору к лестнице, всё больше и больше удаляясь от шумного зала Леви наблюдал за этой сценой скрепя зубами. Где-то в душе он чувствовал неладное, чувствовал, что нельзя сейчас так просто дать ему увести девушку, но Ривай ничего не предпринимал, списывая это на обычную ревность. Пока он смотрел вслед уходящей парочке, к нему подошёл Эрвин и увлек его разговором.       В этот самый момент, когда Микаса шла по коридору, а за ней двигался незнакомец, сзади них отворилась дверь, и тот резко схватил девушку за плечи и толкнул в комнату, заходя следом и закрывая за собой дверь на ключ. Здесь уже она и сама наконец поняла, что этот мужчина пристал именно к ней не просто так. Когда её буквально закинули в комнату, платье как назло запуталось в ногах, отчего девушка не смогла перебрать ногами и упала на колени. На секунду она подняла голову и увидела ещё двух мужчин, которые сидели в центре комнаты и смотрели на всё происходящее с довольной улыбкой. После этого тот, кто затолкнул её сюда, подлетел к ней и, схватив за горло, прижал к стене. Их лица находились в сантиметре друг от друга, и теперь его смазливое лицо выглядело чрезвычайно довольно, а глаза искрили самодовольством. Но Микаса не собиралась так просто сдаваться. Она резко ударила его свободной рукой под дых, и тот моментально скрючился на полу. Но тут на неё переключился второй, заломав ей руки, он перетащил её вглубь комнаты и со всей силы вжал в кровать, надавливая сверху коленом. На этом все попытки девушки вырваться были окончены.       — Неплохая работа, — озвучил главарь, всё ещё сидевший в кресле напротив.       — Спасибо, шеф, — ответил тот, кто сейчас держал Микасу.       — Ну вот мы и встретились, — томно промолвил глава шайки, подходя к девушке и проводя рукой по её щеке, — какая же ты строптивая. Прямо две капли воды Он сел на корточки, чтобы быть на одном уровне с потерпевшей.       — Мы же предупреждали твоего парнишку, что времени у него в обрез. Ну спешу тогда тебя огорчить, он предпочёл службу, а не тебя.       Микаса лежала молча, сверля незнакомца взглядом. Она не понимала, о чем тот говорит, но догадывалась, что речь идёт о Леви. В своих мыслях она уже проклинала его. Сначала он изменяет ей, скрывает какую-то информацию, а потом даже не появляется на мероприятии, зная, что с ней случится что-то недоброе.       — Я ничего не знаю, что… — начала она, но мужчина резко закрыл ей рот рукой.       За дверью послышался какой-то шум, но он быстро стих.       — Что вы от меня хотите? — закончила она, когда тот убрал руку.       — Чтобы сделать то, что мы хотим — твоя помощь не нужна, я просто хочу, чтобы ты знала в лицо тех, кто испортит тебе жизнь, — ответил главарь, смакуя каждое слово, настолько ему было приятно говорить это.       — Сперва мы тебя усыпим при помощи волшебной баночки, — насмешливо сказал мужчина, потреся перед её лицом банкой с какой-то жидкостью, — потом удовлетворим свои потребности, а затем отдадим тебя тем, кто тоже хочет удовлетворить себя.       — Вы настолько жалкие, что боитесь изнасиловать меня в сознании, — зло ответила девушка.       За это она сразу же получила крупной мужской рукой пощёчину. Ей захотелось по инерции потереть щеку, потому она дёрнулась, отчего её ещё сильнее вжали в кровать, явно чрезмерно надавливая на позвоночник.       — Я не буду тебя насиловать, не хочу марать руки. Разве что эти ребята захотят, — он оглядел двоих своих приёмников, — нам придётся делать всё быстро, чтобы вывезти тебя отсюда до конца праздника. А если ты не будешь сильно выкаблучиваться, я быстро подберу покупателя, чтобы тебя, дурную девчонку, поменьше приходовали в пунктах передержки.       — Только после того, как я оприходую всех вас здесь же, — прошипела она.       Мужчина обезумел от такой наглости, и достав из кармана складной нож, с силой воткнул его в матрас в опасной близости к лицу Аккерман.       — Следующий раз будет в тебя, — сказал он.       Девушка не боялась. Она понимала, что на помощь ей не придут, так что можно было последние минуты выразить свою злобу.