1 Глава (Грандиозное начало)

Солнечный свет струился сквозь витражи, отливаясь яркими узорами на мраморном полу огромного зала, где собрались гости и виновники торжества. В центре стоял Лололошка, император Лимперии, сияя в своём великолепном одеянии. Окетра, его неотразимая невеста, ослепительно красивая в белоснежном платье, усыпанном драгоценностями из разных реальностей, блистала рядом. Среди гостей были трое других Лололошек из других реальностей, каждый с очаровательной спутницей. Смех и музыка наполняли пространство, пока Империя праздновала это грандиозное событие. В воздухе витал сладковатый аромат свежих цветов, собранных со всех концов Лимперии. Служители трапезы разносили подносы с деликатесами, ещё более удивительными, чем виденные ранее, заставляя гостей восторгаться экзотическими угощениями. Каждый из Лололошек делился историями о своих приключениях, увлекая всех неподдельным обаянием и харизмой. Их спутницы, грациозные и утончённые, добавляли яркие акценты в это зрелище, словно живые произведения искусства. На фоне этого волшебства Лололошка чувствовал, как сердце его наполняется гордостью. Это событие предназначалось не только для объединения их судеб с Окетрой, но и для укрепления связей между реальностями. Всё выглядело идеально — выверенный порядок, радость на лицах, музыка, сплетающая миры. Именно таким он и запомнит этот миг, когда поймёт, что трещина уже пошла. Лололошка поднял бокал с древним эликсиром, глаза его блестели от волнения, и он начал тост. — Друзья, сегодня мы не просто пьём за нашу встречу. Мы пьём за то, что судьбы наши сплелись в единый узор, за то, что реальности, некогда разделённые, теперь стали одной. За Окетру, за её мудрость и силу, что ведёт нас сквозь тьму к свету. За каждого из вас, кто сделал этот миг возможным. Пусть наша Империя будет вечной, а сердца — полными отваги и любви! Гости подняли бокалы, их смех и аплодисменты слились с музыкой. Танцоры кружились, их костюмы сверкали, словно звёзды. И в этом вихре Лололошка скользнул взглядом по толпе и вдруг заметил нечто странное. Дворецкий Артём стоял у колонны, аккуратно держа бокал, но его фигура на долю секунды замерла неестественно, будто стоп-кадр. Ни дыхания, ни дрожания пальцев — абсолютная статика. А затем он вновь ожил, поднёс бокал к губам, как ни в чём не бывало. Никто из гостей не обратил на это внимания. Музыка играла, танцоры порхали, смех разносился по залу. Лололошка моргнул и пристально посмотрел на дворецкого. Тот улыбнулся, кивнул, словно ничего не произошло. Император списал это на усталость. Подготовка к свадьбе была выматывающей. Но внутри, где-то на грани восприятия, уже поселилась тревога — холодная, липкая, как туман из другого мира. Поздним вечером, когда гости разбрелись по дворцовым покоям, а музыка стихла, Лололошка уединился с Окетрой на балконе. Прохладный ветерок трепал её белоснежные волосы, а она счастливо гладила живот, где уже теплилась новая жизнь. — Всё было так прекрасно, Ло, — прошептала она, прижимаясь к его плечу. — Я никогда не думала, что в моей вселенной может быть столько света. Лололошка обнял её, но слова застряли в горле. Ему хотелось рассказать о странном застывшем дворецком, о непонятном чувстве неправильности, но он не хотел тревожить её в такой момент. Поэтому лишь поцеловал Окетру в висок и пообещал, что всегда будет рядом. Их уединение прервали лёгкие шаги. На балкон, звеня украшениями, вышла Дана. Она держалась с официальной холодностью, но в глазах читалось напряжение. — Поздравляю, — произнесла она, но голос её звучал резче обычного. — Блестящая церемония. Даже я не ожидала такого размаха. Окетра чуть выпрямилась, не убирая руки с живота. — Благодарю, Дана. Я рада, что ты смогла оторваться от дел и почтить нас присутствием. Дана усмехнулась краем губ. — Надеюсь, ты понимаешь, что быть императрицей — это не только красивые платья. — А ты, Дана, надеюсь, понимаешь, что твоё место — рядом с Бурисом, а не в моём дворце, — парировала Окетра, и её голос зазвенел сталью. Лололошка встал между ними, подняв руки. — Дамы, прошу вас, сегодня праздник. Он перевёл взгляд на Дану, собираясь сказать что-то примирительное, но в этот миг её лицо… «смазалось». Черты поплыли, как размытая акварель, будто её облик на миг перестал быть твёрдым. Ло моргнул — и Дана вновь стояла перед ним прежняя, с тем же напряжённым, но уже реальным лицом. Это был второй звоночек. И теперь он не мог его игнорировать. Ночью, когда Окетра уснула, утомлённая долгим днём, Лололошка провалился в тревожное забытьё. Ему снилась белая комната. Без стен, без окон, без теней. Только бесконечная пустота и в центре — простой деревянный стол. За столом сидел Пи, сосредоточенно водя ручкой по блокноту. Он не поднял взгляд на вошедшего Лололошку, лишь тихо произнёс: — Ты замечаешь, да? Молодец. Я устал, Ло. Пишу уже год. Пора заканчивать. Лололошка попытался подойти ближе, но расстояние не сокращалось. — Что значит «заканчивать»? — спросил он, чувствуя, как воздух становится густым. Пи наконец поднял голову, и в его глазах Ло увидел не злобу, а бесконечную усталость. — Историю. А когда история заканчивается, мир закрывается. Как книга. Ты читаешь последнюю страницу, захлопываешь обложку, и всё исчезает. У тебя ещё есть немного времени. У вас. Лололошка проснулся в холодном поту. Рядом мирно дышала Окетра, и её тепло казалось единственным якорем в реальности, которая, как он теперь понимал, была ненастоящей. Он долго смотрел на её спокойное лицо, на то, как она чуть улыбалась во сне. Решение пришло само собой, тяжёлое и неизбежное. Нужно найти способ всё исправить. Пока страницы этой книги ещё не захлопнулись. Продолжение следует...