ты совершенство

«вы просто у-ж-а-с — ужас,» — тихо напевает нолан себе под нос, просовывая нитку в узенькое горлышко иголки. о, он помнит, как тогда двигался лу. как же его движения были ритмичны и выверены. это была первая встреча нолана с самим совершенством, он тогда только-только появился на свет. очередная модель, как и все куклы здесь, но почему-то именно его наделили всякими уродствами. как ему сказал сам лу; ранее он даже не задумывался о своих разноцветных глазах, «разбросанных» веснушках по всему лицу, странной разноцветной пряди в волосах. о, лу ему помог увидеть свои недостатки. правда так и не показал, как их изменить. нолан отрезает нить большими металлическими ножницами для ткани, делает узелок на конце отрезанной нити, чтобы и так кривой, ненадежный шов не разошелся. на ткани красуются хаотичные полосы ниток, представляющие из себя подобие крестообразного шва, или, другими словами, шов «козлик». хоть это и просто крестики, они не получились у нолана достаточно прямыми. он явно далек от совершенства, ведь его уродские руки не могут даже ровно пришить ткань. но лу готов помочь и с этим; какая же он добрая душа. «конечно я люблю тебя,» — говорил лу на первом уроке, где присутствовали не только куклы-совершенства, но и уродцы. конечно, потом лидер сказал, что он любит всех, но изначально это было обращено к нолану. к уродцу, над которым он так стебался, что повесил на его шею табличку, подчеркивающую его ужасный внешний вид. и нолана это так растрогало, что он не мог стянуть улыбки с лица. но эта «любовь» не помогала ему стать совершеннее: один раз он попал в стиральную машинку. о, какой это был ад. барабан был, казалось, скоростным; нолан может поклясться, что он чуть ли не выблевал весь синтепух из себя. и вновь на него тыкали, тыкали на эту табличку. что ему нужно было сделать? как бы он ни пытался, все равно его считали уродом, как бы ни старался. нолан подбирает с пола выпавший синтепух, сует его обратно в свое плечо. «тц, разошлось,» — с небольшой раздражительностью в голосе говорит кукла, достает моток ниток и выбирает себе ровно семнадцать сантиметров. ножницами отрезает нужную себе длину, продевает нитку в иглу, снова тем же швом старается приделать руку на место. наверное, после стиральной машины его осенило. ему просто нельзя быть собой; он ведь урод. в нем уродливо все, от лица до мизинца на ноге. но он ведь мог попросить помощи у самого совершенства. он хотел стать как лу. он хотел стать лу. ножницы громко чикают в полнейшей тишине. на лице «дефектного» расползается улыбка, как он рассматривает самодельный шов на плече. «ах, само совершенство!» — проговаривает нолан и поворачивает голову на лу. кукла встает, подходит к нему и берет его голову в руки, поднимает на один уровень с собой. на лице все также красуется полная благодарности улыбка. «лу, ты правда совершенен. никто в жизни бы не позволил мне так воспользоваться своим телом», — проговаривает нолан, подходит вместе с ручным лу к зеркалу. на плечах висел большой для куклы деловой пиджак, часть ежедневного костюма лу. руки, ноги — это принадлежало ему. это принадлежало самому воплощению совершенства; но лу настолько совершенен, что позволил нолану забрать это. совершенство. совершенство. совершенство. «лу, скажи, тебе нравится?» — с безумной улыбкой спрашивает Нолан, держа голову лу прямо перед зеркалом. лидер института только устало закрывает глаза. жаль, что куклы так просто не умирают.