Глава 13

Драко раздражался и нервничал. Мальчик не привык добиваться чьего-то внимания, обычно это другие проявляли к нему интерес. Малфой знал, что его семья богата и влиятельна, кроме того, он сам отличался остроумием и несколько раз слышал, как девчонки восхищались его внешностью, думая, что Драко их не слышит. Он и сам не мог объяснить, почему его так тянет к Гермионе. Да, она самая умная и красивая девочка из всех, кого он когда-либо встречал, но по отношению к нему Грейнджер вела себя высокомерно и грубо. Мальчик заметил, что она стала общаться с заносчивым Поттером и с недоразумением, предателем крови Уизли. Возможно, гриффиндорцы наговорили Гермионе гадостей о нём или девочка переняла их отвратительные привычки. Он решил поговорить с ней при первой же встрече, но девочка даже не дала ему такой возможности, торопясь выйти из замка в метель вместе со своими подругами. После этого Драко оставил попытки вежливо вызвать её на разговор и решил просто подстеречь в коридоре, что уже работало раньше. Теперь это оказалось ещё сложнее, потому что девочка почти всегда была окружена друзьями. Через несколько дней Драко удалось осуществить свой план, незаметно оттеснив девочку в пустой класс, после того как она вышла с совместного урока зельеварения вместе с пуффендуйцами. Гермиона справилась с заданием раньше всех и спешила в библиотеку, обрадовавшись, что сможет посвятить немного времени разгадке формулы музыки растений, и не замечая ничего вокруг. Драко позабавил её растерянный вид, пока девочка будто выныривала из глубоких размышлений, пытаясь понять, что произошло. Оценив ситуацию, девочка расстроенно вздохнула и произнесла: – Что такое, Малфой? Почему ты так себя ведёшь? Что тебе опять нужно? – Почему я так себя веду? – возмутился он. – Да ты постоянно пререкаешься и говоришь мне гадости с самого Рождественского бала в моём доме! Мы оказали тебе честь, пригласив тебя, а ты ведёшь себя так, будто я тебя обидел! – у мальчика больше не было сил скрывать свои эмоции и он обиженно сложил руки на груди. Гермиона удивилась, что её поведение так задело его, но совершенно не знала, как отреагировать на такое открытое проявление чувств. – Я не хотела тебя обидеть. Прости, просто...вся эта ситуация так давит на меня...и я, я просто не могу, не знаю, что мне нужно делать. Все как будто ждут от меня чего-то, – девочка почувствовала, что её глаза начинают слезиться и поспешила отвернуться, пока Малфой этого не заметил. – Ты о чём, Гермиона? – мальчик взял её за руку и попытался развернуть. – Ты и твои родители, вы ведь ждёте от меня чего-то? – девочка старалась подобрать ложь, как можно более близкую к правде, чтобы Малфой смог её понять, – Но мои родители – очень далеко, они...заняты и недоступны. Я не думаю, что они смогут пригласить нас на праздники или готовы, думать о моём будущем. – Ах, ты об этом? Моя мать начала обсуждать моё будущее с того момента, как я научился говорить. Ты, ты показалась мне интересной, вот и всё и я был бы рад стать твоим другом, а ты ведёшь себя со мной ужасно. – Прости, на самом деле, ты того не заслужил. Кроме того, что ты постоянно пытаешься манипулировать мной, – начало фразы прозвучало искренне, хотя во второй части высказывания уже проступали ядовитые нотки. Малфой хмыкнул: – Ну что, значит, мы друзья? – Да, почему нет, – пожала плечами Гермиона. – Тогда, может быть, позанимаемся сегодня вместе в библиотеке? – Хорошо, во сколько встретимся? – А ты разве не туда направляешься? – Да, тут ты прав, – Гермиона снова пожала плечами, пытаясь скрыть досаду. Ей не хотелось рассказывать Малфою об их с Рольфом исследованиях, ведь друг доверил свою тайну только ей. Новоиспечённые друзья отправились в библиотеку, говоря о домашних заданиях. Оказалось, что Малфою, как и самой Гермионе, больше всего нравились точные магический науки, как зелья или трансфигурация. Защита от Тёмных искусств и Заклинания включали в себя не только правильные движения палочкой, но формулировку эмоционального посыла, всплеск энергии, что давалось им обоим чуть сложнее. Гермиона сама не заметила, как за ожесточёнными спорами пропустила обед. Они с Малфоем неизменно решали задания абсолютно разными способами, но оба приходили к верному решению. Это очень удивило Гермиону. После занятий мальчик предложил ей покататься на метле до ужина, и она согласилась, потому что ей тоже захотелось подышать чистым воздухом. Вскочив на метлу, Драко понёсся ввысь, будто прорезая тёмно-серый купол зимнего неба остриём древка. Гермиона удивилась, заметив на его лице выражение спокойствия и восторга, которых она не замечала в Малфой-Мэноре. Его хорошее настроение передалось и когтевранке, девочка забралась на школьную метлу и полетела вдоль периметра квиддичного поля, потихоньку набирая высоту. Через несколько секунд к ней приблизился Малфой, легонько толкая её в плечо. – Ты всегда летаешь со скоростью бабушки? – протянул он с добродушной улыбкой. – А ты всегда вмешиваешься, когда тебя не просят? – ворчливо ответила Гермиона. – Ну я же просто стараюсь помочь тебе. Всего-то нужно чуть наклонить метлу вперёд..., – девочка с визгом оттолкнула его руку со своей метлы, почувствовав, как ускоряется помимо воли. – Ах ты! Собрался меня убить, мы же на огромной высоте! – Всего-то несколько метров, – хмыкнул Малфой, опять поднимаясь вверх и ускоряясь. Гермионе вдруг захотелось доказать ему, что она – не трусиха. Девочка подалась всем корпусом вперёд и начала подниматься всё выше. Она опомнилась, уже находясь над верхушками деревьев в Запретном лесу. Даже Малфой завис на несколько метров ниже, удивлённо глядя на неё. Гермиона показала ему язык и начала медленно спускаться, стараясь не поддаваться панике. Этот мальчик до добра её не доведёт. Она даже на несколько минут забыла, что боится высоты. Наконец коснувшись дрожащими ногами земли, девочка поспешила в сарай с мётлами, чтобы оставить там школьную метлу и немного перевести дух. Она закрыла дверь на щеколду, надеясь, что Малфою хватит такта или безразличия не открывать её заклинанием, и опустилась на пол, уже не сдерживая колотившую её дрожь и всхлипы. Через десять минут Гермиона попыталась избавиться от красных пятен, которые не хотели сходить с лица после её истерики, умывшись холодной водой и вышла из сарая, надеясь, что Малфой уже ушёл или улетел достаточно далеко, чтобы не заметить её. Она ошиблась, мальчик стоял неподалёку от двери с виноватым выражением лица и сразу же подбежал к ней. – Прости, я не знал, слышишь! Хотел пошутить, если бы я мог предположить, чем это кончится, я бы никогда... – Всё в порядке, – перебила его девочка, – я и сама не знала, правда. Но мне пора возвращаться в гостиную. – Я провожу. – Не стоит. – Я настаиваю, – Гермиона только кивнула головой, не чувствуя в себе сил на ещё один спор. Дети отправились к замку в молчании, задумавшись каждый о своём. Оказавшись в гостиной, Гермиона сразу отправилась в спальню, игнорируя любопытные взгляды Оливии, и задёрнула полог своей кровати. Она подумала, что ей сейчас очень не хватает её любимых магловских приключенческих романов и уснула, воображая, как путешествует по другим планетам, летая на космическом корабле.

***

На следующий день Малфой вместе с Ноттом и Забини присоединились к девочкам в библиотеке, слегка потеснив их. Встретив их удивлённые взгляды, слизеринцы лишь пожали плечами, а Малфой примирительно протянул им мешочек с шоколадными конфетами под столом. Подруги не стали отказываться от угощения и продолжили заниматься, теперь тихонько переговариваясь и со слизеринцами. После занятий в библиотеке, слизеринцы последовали за девочками на прогулку, против чего, видимо, не возражал никто, кроме Киры, решившей в отместку задать им несколько неудобных вопросов. – А кстати, ребята, что вы думаете о магглорождённых и полукровках? С точки зрения магии, они не отличаются от чистокровных волшебников, но некоторые их презирают, почему? – начала подруга невинным голосом. Забини только усмехнулся, а Нотт пожал плечами, замечая, что не придерживается идеологии отца и по возможности делает всё точно наоборот. Малфой же возмущённо посмотрел на девочку. – Насколько я знаю, именно чистокровные двигают магический мир вперёд. Миру известно гораздо больше чистокровных экономистов, первооткрывателей и колдомедиков, чем грязнокровок или полукровок, – проговорил он холодно. – Так это же происходит потому, что им везде чинят препятствия и их в любом случае меньше, чем чистокровных. Кроме того, многие скрывают свою родословную! – ответила Кира с негодованием. – Оправдания...Всем известно, что без постоянного контакта с магией, без необходимого образования волшебник не развивается. Чистокровные проводят ритуал связи с родом, мы черпаем свою силу из неиссякаемого источника. У полукровок просто нет шансов. Посмотри, например, на Уизли, его семья позабыла об этих обычаях, и кем он стал? Не может произвести простейшего заклинания, – продолжал Малфой, пародируя интонацию отца. Гермиона задыхалась от гнева и обиды. Вот значит, какого Малфой о ней мнения, он не даёт таким, как она и шанса! – А как же Гарри Поттер? Он вырос в маггловской семье и тем не менее стал первым игроком в квиддич, которого взяли в команду уже на первом курсе, кроме того, делает успехи в Защите от Тёмных Искусств, – зло возразила Гермиона. – А ты, оказывается, – одна из фанаток Поттера, откуда знаешь его историю, неужели, уже успел поплакать на твоём плече, – Малфоя, казалось, очень задела её реплика, хотя Гермиона не могла понять, почему. – Его историю знают многие и Гарри – мой друг. А логические аргументы у тебя есть, или ты намерен подсчитывать "фанаток Поттера"? – возмущённо ответила Гермиона. – Так он же – избранный, на которого не действуют обычные законы, разве нет? – ответил Малфой с издёвкой. – И ты в это веришь? – удивилась Гермиона. – А ты нет? –ответил мальчик скептически. – Конечно же, нет, – вздёрнула нос Гермиона, – я считаю, что главное – талант и усердие, а не устаревшие ритуалы. А Гарри неплохо обучили и в маггловской школе, у них учёба начинается раньше, чем в Хогвартсе. Магглы гораздо более продвинуты во многих сферах жизни: передача информации, познание мира, коммуникацию и многое другое. – Откуда ты всё это знаешь, – опешил Нотт. – А я, в отличие от слизеринцев, вижу дальше своего носа, – гневно кинула Гермиона перед тем, как удалиться в гостиную своего факультета. Подруги последовали за ней, не попрощавшись с однокурсниками. Сначала Гермиона решила никогда больше не разговаривать с Малфоем. Когда гнев немного поутих, девочка поняла, что его глупость обусловлена абсолютной неосведомлённостью о жизни магглов. Возможно, стоит показать ему музеи, заводы, небоскрёбы и современную технику. И всё таки, ей стоит быть осторожнее, ещё один раз она так вспылит, защищая магглов, и слизеринцы обо всём догадаются. Может быть, ей стоит изучить заклинание стирания памяти, но это, наверняка, продвинутая магия. Девочка заснула, планируя, как организует для слизеринцев путешествие в мир магглов и какие у этого могут быть последствия.