12

Долиш светился. Конечно, продвижения в деле, одном из самых запутанных и сложных — всегда приятны. Но Драко злится на идиота, который позволил рыжей пострадать. Его нога перебинтована, и, кажется ещё не до конца заросла. Малфой даёт показания, кидая мимолётные взгляды на Уизли. Лицо Джин светлое. Он начинает верить, что ей становится лучше. Блондин просто надеется, что она никогда больше не попытается наложить на себя руки. У неё есть шанс добраться до ублюдков и убить их голыми руками. Парень позаботиться о том, чтобы рыжая больше не пострадала и не влипла в неприятности, только бы сраные раны затягивались быстрее. И нога зудела не столь сильно.

***

Неделя заканчивалась и обоих выписывали. Малфой направил к Джин домой, чтобы обсудить ситуацию с работой, но другие мысли преследовали его, заставляя переключать разговоры в другое русло. С завтрашнего дня они вернуться к тренировкам, и, едва появится новый вызов, это будет означать шанс, чтобы прижать Пожирателей. Уничтожить их. Драко понимал, что не готов распрощаться с ней. Не общаться или не говорить с Уизли теперь сродни чему-то незнакомому. Привычка, привязанность или идиотские мысли о том, что он хочет видеть, как она налаживает свою жизнь и будет в порядке, преследуют его. Он закурил, а её худенькая рука требовательно потянулась к его пачке. — Одну. — Брось. Не жадничай. — Тогда две. Помочь затянуться, Уизли? — она ухмыляется, поправляя волосы. Новая причёска — она отрезала несколько сантиметров, это безумно идёт рыжеволосой и Драко вновь залипает на её лицо. — Справлюсь, — она бьёт его бедром по ноге. Внутри Малфоя чёртов пожар. Он туманным взглядом обводит фигуру Уизли, и сцепливает зубы. Опомнился слишком поздно. Ему нужно быть рядом, помочь ей. Собрать всё воедино. И можно тогда у него появится шанс на взаимность. Джиневра стоит ожидания, он подождёт.